Симбиоз
Шрифт:
Выводы я сделал позже. Сначала возникли вопросы. Почему я так нагло вел себя с Ириной? Ведь буквально перед уходом у меня был секс с Машей. Что это, воздействие стимуляторов, содержащихся в пище, либо внушение Дилта? Или такими становятся все люди, попавшие внутрь узла?
Я не смог отбросить ни одну из причин, пришедших на ум. Да и какой смысл в нахождении определяющего фактора, если я не могу ничего изменить? Я уже пытался нажимать на черные прямоугольники, через которые приходили и уходили путники - меня не выпускали. Умирать от голода я не хотел, а другой еды здесь не было, поэтому приходилось довольствоваться тем, что выдавали - зерном и тягучим напитком.
Судя по тому, как Дилт привел к общему знаменателю наши с Ириной желания, он не только читает наши мысли - огромное существо управляет и нашим разумом, и нашими поступками. Впрочем, я не отупел и могу анализировать свои мысли и чувства. Однако какой толк в том, что я понимаю причину своих действий, ведь я не могу ничего изменить.
* * *
Хватаю застывшего хомяка и бью его по загривку ребром ладони. Я только что убил живое существо, но остался равнодушным. Отрубаю лапы - капли крови и мельчайшие частички плоти и костей разлетаются в стороны, попадая и на мою кожу, и на юбку. Дилт впитает все, что попало на стены и пол, юбка отстирается, кожа отмоется. Снимаю шкурку, бросаю ее в одно окошко, тушку - в другое. Все, хомячка больше нет. Дилт выкормил его своим молоком, а потом сам же и сожрал. Ирина называет это симбиозом и считает подобными взаимоотношения людей и Дилта. Только зачем ему я? Или он меня тоже съест? Кстати, в бурдючках такое же молоко, что и в кормушках хомяков - не исключено, что моя судьба тоже будет похожа на участь зверьков.
– Ван, пойдем со мной!
Это Нида. Она с Тирта, как и Таа. Тирт - название планеты на едином. Там, как и на Земле, множество народов и почти столько же наречий. Понятно, что и названия звучат по-разному. На едином языке все и всем понятно: Тирт, Земля - Ирт, планета, где мы сейчас находимся - Дилт. Других названий я не знаю, да они и не нужны, люди попадают сюда только с двух планет.
Нида невысокая и крепко сбитая; у нее короткие огненно-рыжие волосы и очень смуглая кожа - непривычное сочетание. Говорит она на едином, но мне все понятно, ведь язык несложен. Зов этой маленькой женщины мне приятен, и я знаю, что она будет рада остаться со мной наедине.
Путников сегодня двое. Ирина и Золаа встретили их, а Нида осталась без мужского внимания. Поэтому мы сейчас пойдем сначала в ванную, а затем в ее комнату. То же самое нам предстоит на закате, когда Золаа и Ирина будут провожать путников. Ночью я уединюсь с каждой из трех женщин.
На Земле я и представить не мог, что обычные мужчины и нормальные женщины могут уделять сексу столько времени и внимания, однако сейчас я считаю такой режим вполне разумным. Более того, я счастлив спать с женщинами, тела которых пахнут свежестью - именно такой эффект дают ванны Дилта. И я знаю, что дарю своим партнершам радость.
* * *
Дни длинны, ночи тоже не коротки, а приятная усталость после общения с женщинами быстро проходит. Я обдираю хомячков, сортирую грузы и успел досконально изучить строение узла.
Центр зала занимает круг, заполненный хомяками, а вокруг него идет кольцевой проход пятиметровой ширины. В нем можно бегать или заниматься гимнастикой. Я часто так и делаю, потому что энергия переполняет меня. Вдоль круговой стены стоят столы-тумбы и такие же стулья. Их вырастил Дилт, и сдвинуть такую мебель невозможно. Несмотря на твердость, предметы обстановки живые и впитывают практически все, что на них попадает. Такое же свойство у стен и пола.
Все остальное скрыто в стенах. Три черных прямоугольника обозначают вход, выход и вход-выход - путники и исчезают в нем, и появляются из него. Мягкие двери в помещения едва заметны, их всего три. Одна ведет в комнату, где находится ванна с моющим раствором. Отсюда можно попасть в отделение для ополаскивания - там такая же ванна. В этой комнате имеются еще два выхода, ведущие в коридоры, из которых можно попасть в спальни. Их восемь, они совсем маленькие - кровать и узкий проход. В конце каждого из двух коридоров - туалеты и выходы в круглый зал. Вот такой лабиринт, к тому же лишь слегка освещенный.
В кольцевой стене есть еще ниши, некоторые из которых закрываются. Например, есть углубление, куда можно ссыпать зерно, принесенное путниками в мешочках. Соседний проем раздает зерно: расстилаешь квадратик материи, и Дилт высыпает на него дневную норму. Завязываешь узелок и бросаешь его в следующее окошко. Туда же кладешь узелки с зерном, принесенные из других мест. Из этого же проема нам выдают нашу дневную норму зерна. Зачем такие сложности - не пойму.
Молоко Дилта наливается из специального соска: подставляешь открытый бурдючок, нажимаешь на стену, как на большую кнопку, и емкость наполняется. Бурдючки с жидкостью нужно убирать в одно окошко, а для еды нам их выдают в соседнем проеме. Опять непонятные условия. Или молоко должно выстояться в бурдючке?
* * *
Золаа высока и стройна, у нее смуглая кожа, черные вьющиеся волосы и милое личико. Как и все женщины, живущие в Дилте, красотка обожает секс, а также очень любит поговорить. Эти два занятия она легко совмещает, чем поначалу изрядно удивляла меня. Вот и сейчас женщина, оседлав меня, энергично двигается и рассказывает о различиях в нравах ее страны и соседнего государства, в котором когда-то жила Таа.
Я чувствую приближение апогея. Дыхание Золаа участилось, речь стала прерывистой, но она упрямо продолжает болтать. Я пытаюсь понять, о чем идет речь, но у меня почти ничего не получается.
Долгий стон обрывает повествование, женщина награждает меня сочным поцелуем, ложится рядом и вновь начинает говорить:
– Этот путник жил на Ирте, там попал в тюрьму. Оттуда он сбежал, заблудился в лесу, почти умер от голода, но оказался здесь. В покинутом месте у него была только одна женщина, потом он жил в круглом зале с одним входом и одним выходом. Путником служит дней двести... В Бабуре мужчины и женщины не целуются - я говорила Таа, что это глупость. Знаешь, что она ответила? Что сможет поцеловать единственного мужчину - его зовут Ванечка.
Золаа часто меняет тему разговора, перескакивая с одного на другое. По-моему, она не может долго говорить о чем-то одном. Часто смуглая красавица несет откровенную чушь, но я продолжаю внимательно слушать, чтобы из ее болтовни извлечь необходимую информацию. Какую? Я хочу знать, как устроено огромное существо, называемое Дилтом. Есть желание предугадать свое будущее, хоть немного подготовиться - может, я смогу что-то изменить.
Главный источник информации - путники, но я с ними общаюсь очень мало. Вот и приходится действовать через женщин.