Чтение онлайн

Еда теперь добывалась быстро и легко - у нас появилось время на другие занятия. А дел было много. Наверно, мы могли лениться и отдыхать, но то у меня, то у Таа появлялись новые идеи, и работа не прекращалась. Свободная жизнь вдали от Дилта и людей оказалась заполненной каждодневным трудом. И этот труд не всегда был легким.

Много сил и времени ушло на укрепление нашего жилища. Зато теперь ветер не гуляет по песчаному полу, а камни, уложенные снаружи у стен, не позволят зверям сделать подкоп.

Путь, прорубленный к заливу, вновь стал зарастать. Оставленные мной пеньки покрылись маленькими веточками, увеличивающимися на глазах. Пришлось жечь костры на тропе. Остатки кустов выгорели, и проход сквозь заросли превратился в ровную дорогу - мы ходим по ней, не глядя под ноги. Запах гари, видимо, отпугивает ящеров, и к заливу они пробираются другими путями.

Пустыню можно было бы считать безжизненной, но в ней живут ящеры. Насколько мы поняли, днем они отдыхают на песочке, а по ночам выходят на охоту. Поскольку в пустыне добычи для них нет, хищники охотятся в прибрежной зоне. Сквозь кусты они проходят по постоянным тропам. Только добравшись до зарослей тростника, ящеры начинают охоту - об этом говорят примятые растения и знакомые следы.

Если в пустыне безжизненно, то в прибрежной зоне обитателей не счесть. Насекомые всех расцветок и размеров, ползающие и летающие, от мельчайших букашек до стрекоз с ладонь и жуков с палец. Естественно, все это изобилие должно служить пищей для кого-то, и такие зверьки здесь водятся.

Ящерицы ползающие, ящерицы высоко прыгающие, ящерицы летающие. Может быть, я зря их всех так называю, но у них есть общие признаки: гладкая кожа, отсутствие волос и перьев, полное пренебрежение к собственному потомству. Наверно, земной зоолог отнес бы часть этих внешне похожих животных к пресмыкающимся, а часть - к земноводным, но мы с напарницей в такие тонкости не вдаемся. Кстати, Таа относит к ящерицам и хомяков, живущих в Дилте и рядом с ним. А ведь они не откладывают яйца -- значит, среди местных пресмыкающихся есть живородящие.

Имеются здесь и лягушки, весьма похожие на земных земноводных. Дома я видел только самых обыкновенных квакушек, маленьких и средних. Здесь есть и маленькие лягушки, но попадаются экземпляры с хорошую кошку. Подозреваю, что питаются они отнюдь не комариками.

Сначала, чтобы установить ловушку, до открытой воды я пролезал сквозь тростник. Растение это не колючее, но все равно неприятно, когда по твоему голому телу скользят стебли и листья. Я долго не думал и выдергал тростник, освободив себе несколько проходов.

Именно эти места облюбовали большие лягушки. Они выбирались на берег и сидели на суше, а стоило нам подойти, прыгали в воду и скрывались в глубине.

После нападения ящеров мы с Таа стараемся везде ходить вдвоем. Я не расстаюсь с копьем, а напарница носит дротик с костяным наконечником. Каждый раз, когда мы приближаемся к воде, Таа бросает свой дротик в лягушек и всегда промахивается. Однако любимая упорно продолжает охотиться , надеясь, что когда-нибудь удача повернется к ней лицом.

В конце концов Таа повезло, и лягушка, пронзенная костяным наконечником, истошно заверещала. Соплеменницы неудачницы попрыгали в воду, но сегодня не все они спаслись. Какое-то движение я заметил, но за молниеносным броском толком не уследил и сначала ничего не понял. А потом увидел плывущую змею, из пасти которой виднелась задняя часть лягушки с дергающимися лапками.

Если вдуматься, ничего особенного не произошло. Если есть мелкие животные, то должны быть звери крупнее. Сильные же всегда охотятся на слабых. Змей мы видели и раньше, правда, не таких больших.

Однако я этого удава испугался и, наверно, не зря. Да, я слышал, что на Земле огромные змеи не нападают на человека, потому что как добыча он для них велик. Но разве удав не сможет задушить человека?

А если среди местных змей или других зверей есть ядовитые?

И отчего умер ящер, на труп которого мы когда-то наткнулись?

А ведь в поселении рядом с Дилтом не было никаких диких зверей, там даже насекомые почти не появлялись. По всей вероятности, монстр просто сожрал все живое вокруг себя, но людям от этого стало лучше! Тут же кусачие комары, ящеры, а теперь вот змеи.

Потом мы увидели, как на середине залива на мгновение показался хвост огромной рыбы.

– А если она подплывет к берегу, когда мы проверяем ловушки?

Таа задала вопрос, от которого нам обоим стало не по себе. Дорожки, которые я сделал в тростнике, оказывается, таили в себе опасность.

К ловушкам я привязал длинные палки, чтобы не заходить глубоко в воду, а в проходах забил в дно колья и установил плетеные перегородки. Однако мне становилось страшно каждый раз, когда я заходил в воду. Почему то я боялся не удавов или больших рыбин, а неведомых ядовитых созданий.

Нечто похожее творилось и с Таа.

– Давай уплывем отсюда, - как-то сказала она.
– Поищем место, где живут люди, и нет Дилта.

Увы, мы попали не в рай, и существование в таких условиях уже начало тяготить меня. Постоянно смотреть по сторонам, чтобы не прозевать появление ящеров, каждую ночь жечь костры, ждать опасность из-под воды - такую жизнь безмятежной назвать нельзя.

Нам надоело есть рыбу, ящериц, лягушек, разнообразя меню лишь корневищами тростника. Я мечтал о фруктах и орехах, вспоминал кашу из зерна. Не радовало даже то, что скоро должны были созреть семена тростника.

В общем, мы решили уплыть.

На чем? Поскольку у нас имелись только прутья и тонкие стволы, мы решили соорудить плетеный плот.

Недостаток такого водного транспорта - большая осадка, но мы надеялись, что глубина реки позволит нам плыть на плетеном плоту. Разумеется, делать его нужно из сухих прутьев, иначе грузоподъемность плавучего домика окажется совсем маленькой.

Сухого материала у нас не было, но мы справедливо рассудили, что плот можно сплести из сырых прутьев, а потом подождать, пока они высохнут.