Симпатия
Шрифт:
ТУЛЛИО: То, что я совершенно не умею торговать.
ДЖУЛИАНА: Но ведь у тебя такая богатая фантазия. Еще ребенком, чего ты только не придумывал. Ты помнишь те времена, когда наша мама возвращалась вечерами с работы?
Тогда она занималась десятками документов, чтобы помочь папе вести магазин. Приходила домой со страшной головной болью и с глазами, смыкающимися от усталости. Ты же, словно горный поток после ливня, мчался изо всех сил ей навстречу на своих худющих ножках и буквально осыпал ее лицо поцелуями. После чего взволнованно, проглатывая слова, ты начинал ей подробно рассказывать обо всем том, что у нас случилось за день, самые смешные и необычные истории. Мама принималась смеяться, чуть ли не умирая с хохоту, и, умиляясь твоей детской фантазией. Я всегда полагала, что, по крайней мере, половину этих историй ты придумывал сам, лишь бы доставить удовольствие маме, чтобы на ее губах появилась опять улыбка, а в глазах блеск. Эти истории не имели ничего общего с враньем, и, все без исключения, были плодами твоего воображения, странными лучезарными спутниками, которыми ты, словно лучиками света, каждый вечер озарял ей лицо…
ТУЛЛИО: Прошу тебя, не надо! Я вижу, ты хочешь растрогать меня.
КАРМИНЕ: (Спускается по лестнице и направляется прямиком к Джулиане) Синьора Джулиана…
ДЖУЛИАНА: (понимает причину обескураженности Кармине) Кармине…
КАРМИНЕ: Я хотел бы просить вас передать мой привет синьору Альберто и выразить ему глубочайшее почтение, которое я всегда питал к нему, вместе с моей любовью.
ДЖУЛИАНА: Ты уходишь всерьез?
КАРМИНЕ: Да, всерьез.
ДЖУЛИАНА: Почти после трех лет работы?
КАРМИНЕ: Да.
ДЖУЛИАНА: Но почему?
КАРМИНЕ: Потому что… я, наверно, тронулся умом…
ДЖУЛИАНА: Не говори глупостей, Кармине.
ТУЛЛИО: Он уходит, потому что больше не может переносить меня. Я говорю верно, Кармине?
КАРМИНЕ: От человека, тронувшегося умом, вы можете ожидать чего угодно. (Плохо скрывая свое волнение) Синьора, целую ваши ручки и прошу прощения. (Обращаясь к Туллио) Помните, что этот сумасшедший любил всю вашу семью и был вам верным охранником. Желаю вам фортуны. (Уходит).
ДЖУЛИАНА: (решительно осуждая Туллио, за безразличие к происходящему) Туллио, как ты можешь: ты позволяешь ему уйти просто так, даже не попытавшись переубедить его?
ТУЛЛИО: Но, если он сам так решил.
ДЖУЛИАНА: Ты хотя бы поинтересовался, может он хочет прибавки к зарплате.
ТУЛЛИО: Он мог бы остаться лишь при одном условии, если бы я ушел сам. (Зовет) Лючия!
ДЖУЛИАНА: Скажи мне: зачем она тебе понадобилась?
ТУЛЛИО: Мы остались одни в магазине. Надо, по крайней мере, закрыть, на всякий случай, входную дверь.
ЛЮЧИЯ: (Входя) Я к вашим услугам.
ТУЛЛИО: Закройте входную дверь и включите звуковую сигнализацию.
ЛЮЧИЯ: Сию минуту. (Выполняет команду и выходит из зала).
ДЖУЛИАНА: Пресвятая Дева Мария, разве тебе непонятно, что нельзя так просто отпускать такого охранника, каким был Кармине.
ТУЛЛИО: А меня, получается просто так можно?
ДЖУЛИАНА: Как такое тебе могло прийти в голову?
ТУЛЛИО: Ведь так удобнее, не так ли?
ДЖУЛИАНА: (более опечаленная, чем оскорбленная таким ответом) Туллио, почему ты не хочешь взглянуть на вещи более трезво?
В это время к стеклянной двери магазина приблизились два клиента, синьор и синьора Фортуна. Мужчина, худой и небольшой росточком, прилагает невероятные усилия, чтобы достать кнопку звонка указательным пальцем правой руки; между тем, энергичная, не отличающаяся терпением женщина, мускулистая, крепкого телосложения, большегрудая и ростом намного выше своего мужа, приходит ему на помощь, после чего, наконец, раздается звонок в магазине. Джулиана, обеспокоенная мрачным настроением брата, пытается вывести его из этого состояния.
ДЖУЛИАНА: Туллио, возьми себя в руки: пришли синьор и синьора Фортуна, два, очень важных для нас клиента. Ступай, и прими их подобающим образом.
ТУЛЛИО: (Подходит к входной двери и растворяет обе ее створки. Звонок прекращает звонить). Добро пожаловать, синьора. (После чего, обращаясь к мужчине). Проходите, пожалуйста… (Синьор и синьора Фарина входят в магазин. Туллио прикрывает за ними дверь).
СИНЬОРА ФОРТУНА: Добрый день. (Тоном, не скрывающим раздражения) У вас что, поменялся хозяин?
ТУЛЛИО: Нет, а что?
СИНЬОРА ФОРТУНА: Я вас здесь раньше что-то не примечала.
ТУЛЛИО: Я здесь нахожусь постоянно. Я компаньон синьора Босси.
СИНЬОРА ФОРТУНА: Какая интересная новость! От меня ничего не ускользает. Более того, я всегда хвалила синьора Альберто за его способность в одиночку вести дела в таком, не простом для торговли, магазине.
ТУЛЛИО: Мой компаньон должен скоро подойти.
СИЬОРА ФОРТУНА: Я нуждаюсь в совете по одному весьма деликатному вопросу. Я буду с вами говорить как с человеком, которому можно доверить свои помыслы, как это я делаю с синьором Альберто. Мы должны, (смотрит на мужа, который занят чем-то своим, вытянув вперед голову, как это делают обычно близорукие; после чего синьора шлепает мужа по спине, чтобы тот не отвлекался), мы должны сделать подарок одному очень важному человеку… очень влиятельному. (Понижает голос, переходя на конфиденциальный тон) Шефу моего мужа. Мне подумалось, что это могла быть какая-нибудь ценная безделушка, которую можно поставить на мебель, но не знаю точно, что это могло бы быть. Я реагирую на вещи чисто инстинктивно, если вещь стоящая, я это чувствую сразу же. Но, чтобы мне именно хотелось купить, я затрудняюсь ответить, тем более что я в этом деле совершенно ничего не смыслю. Я крайне нуждаюсь во мнении настоящего эксперта.
ТУЛЛИО: И, кто этот человек, чем он занимается?
СИНЬОРА ФОРТУНА: (Смотрит на Туллио удивленными глазами, словно имеет дело с каким-то идиотом) Как кто? Этого я вам не могу сказать; такого ваш компаньон не позволил бы себе сказать! (С чувством собственного превосходства) Большие руководители все похожи друг на друга.
ТУЛЛИО: (оступается на пару шагов, потрясенный нравоучениями, исходящими от синьоры Фортуна) Я вовсе не собирался быть нетактичным с вами! Чтобы выбрать вам нужный подарок, я должен иметь хотя бы общее представление о культурных и профессиональных запросах этого человека.