Чтение онлайн

Во многих славянских традициях известен обычай подкладывания под порог хлева различных частей одежды (фартука, штанов, пояса). Считалось, что расстеленная под ногами скота одежда «привязывает» его к дому, хозяевам.

У южных славян в мужских и женских календарных обходах использовалась свадебная одежда, что должно было обеспечить молодежи скорое вступление в брак.

Существовал ряд запретов на изготовление одежды в определенные периоды времени. В Словении женщины не пряли в доме, пока там лежит покойник, иначе будут неметь руки. У словаков в Горегронье нельзя было прясть в Пепельную среду: конопля и лен не вырастут, а нитки принесут несчастье тому, кто носит одежду из них. У южных славян запрещалось шить и чинить одежду в средопостную среду, Андреев день, Лазарев день. У балканских славян широко известно табу на изготовление мужской одежды во время «волчьих дней», чтобы волки не трогали пастуха и его стадо или охотника.

Нередко в обрядах и повседневной жизни использовалась одежда, вывернутая наизнанку для защиты от «злых сил» и «сглаза», ночного путника, роженицы, жениха и невесты на свадьбе, родственников покойного во время траура, чтобы душа не узнала их и не смогла бы им причинить вреда, если те случайно обидят ее. Но надетая навыворот шуба могла иметь и продуцирующее значение, как пожелание богатства, плодовитости и благополучия в свадебном обряде и при крещении ребенка, когда его перед выводом в церковь клали на вывернутую шубу.

Цвет одежды имеет знаковую функцию в семейной обрядности: при трауре — черный и белый; на свадьбе — красный и белый; носят черную одежду; у некоторых мифологических персонажей: демоны судьбы — в черной одежде, гады, самовилы, ведьмы — в белой, змеи имеют серебряную рубашку.

В фольклоре известны «чудесные» атрибуты одежды: шапка-невидимка, сапоги-скороходы, плащ-невидимка у южных славян.

Важнейшая часть одежды (ср. сербскую пословицу: «Шапка старше головы»).

В традиционном этикете противопоставление обнаженная — покрытая голова было важнейшим, но имело разную реализацию в зависимости от возраста и семейного положения. У южных славян только парни брачного возраста получали право носить шапку. Мужчины, как правило, носили шапку на улице и снимали в помещении, а также в церкви, перед иконой, перед человеком более высокого социального положения. При исполнении некоторых обрядов обнажение головы мужчиной имело сакральный смысл: мужчины снимали шапку при первом севе, при покойнике и др. У южных и восточных славян отсутствие шапки у мужчин было знаком траура, а в Сербии в этом случае носили шапку наизнанку.

Некоторые ритуалы, напротив, требовали ношения шапки. Так, по обычаю сербов Хомолья (Восточная Сербия), при объявлении имени новорожденного гости должны сидеть в шапках, пока кум не сообщит имя крестника. У южных и восточных славян независимо от времени года жених оставался в шапке, а у македонцев не снимал ее даже во время венчания. В этом случае шапка имела апотропейную функцию.

Срывание шапки иногда символизировало отказ от прежнего статуса. По сербскому обычаю, при выносе покойницы из дома ее муж сбрасывает шапку и надевает новую в знак того, что он хочет вступить в новый брак. У русских на свадьбе подруги невесты крали шапку жениха и требовали за нее выкуп. Шапку жениха надевали на невесту в знак утверждения над нею его власти и как пожелание мужского потомства. У русских срывание шапки в послесвадебный период было одним из обрядов приема молодого в круг взрослых мужчин.

Использование головного убора, принадлежащего противоположному полу, могло быть одним из видов ряжения и нередко имело продуцирующий смысл. Так, в болгарской свадьбе дружка невесты надевала шапку жениха при замешивании обрядового хлеба. Чтобы у девочки поскорее выросли груди, она должна была потереть их шапкой, взятой у парня (Полесье). В Польше невеста во время брачной ночи надевала шапку своего мужа, а роженица не снимала ее шесть недель после родов, что должно было защитить ее от сглаза.

В целом, однако, ношение женщинами мужского головного убора осмыслялось негативно. Считалось, что девочка, надевшая шапку, потеряет волосы, станет жертвой сглаза (Украина), останется в девках (Полесье) или родит внебрачного ребенка (Словакия).

Шапка нередко использовалась в сельскохозяйственной и птицеводческой обрядности с продуцирующей целью. На Украине в Сочельник хозяйка окуривала все хозяйство, надев шапку мужа. В Полесье и в Польше (Покутье), сажая наседку на яйца, предварительно клали их в мужскую шапку.

Шапка часто воспринимается как символ человека и может замещать его в особых случаях. У болгар на помолвке отсутствующего жениха заменял его колпак. Во время свадьбы, если желали молодым мужского потомства, то у восточных славян и в Польше подкладывали в постель новобрачным шапку, а у южных — невесту сажали на мужскую шапку. В Белоруссии над шапкой священник нарекал имя младенцу, а в Черногории епископ мог заочно прочитать молитву об исцелении отсутствующего больного над его шапкой. У восточных и южных славян покойника непременно хоронили в шапке или клали ее в гроб рядом с телом. У сербов существует поверье, согласно которому тот, кто наденет себе на голову шапку мертвого, не сможет ее снять. У южных славян при побратимстве менялись шапками.

Показательны запреты в обращении с шапкой. В Сербии считали, что «у того, кто греет шапку на огне, заболит голова». У русских считали, что нельзя играть с шапкой, вертеть ею — голова заболит, нельзя класть на стол — будет ссора. На юге России во время сева конопли запрещалось отвечать на приветствие («ломать шапки»), иначе конопля на поле будет гнуться и ломаться.

В сказках и поверьях шапка предстает как средоточие магической силы дьявола или другого мифологического персонажа. В южно-славянском фольклоре нередко отмечается, что красная и остроконечная шапка — атрибут дьявола и мира мертвых. Известен также другой сказочный предмет — шапка-невидимка.

Пояс — в народных верованиях символ дороги, пути через мифические и реальные преграды (так же как и нитка, пряжа, волокно, веревка и даже цепь). Пояс как часть одежды человека, принимающая форму круга, часто употребляется в качестве оберега. Белорусы повязывали поясом ребенка сразу после крещения, на Украине при проводах умершего из хаты родственники нередко завязывали поясом ворота, «чтобы больше покойников не было»; считалось, что подпоясанного человека «бес боится», его не тронет ни домовой, ни леший.