Чтение онлайн

Здесь все оставалось таким же, как тогда… кажется, это было так давно! Все та же обугленная дыра в стене, пол, залитый в прошлом раскаленным, но теперь уже давно застывшим металлом. Пол, стены, потолок… теперь здесь было безопасно, а было время, когда каждый шаг здесь грозил смертью. Здесь раньше были светильники, ни один из которых не уцелел, когда Денис прошел сквозь защищенную магической ловушкой дверь, — но сейчас в дополнительном освещении не было нужды. Кристалл в руках Таяны заливал помещение жгучим голубым светом, заполнял волнами жара, не давая даже толком дышать. Но девушка знала: этот жар, от которого вот-вот вспыхнут волосы, — не более чем иллюзия. Надо только заставить себя не обращать на него внимания…

Она положила руку на сияющую грань, принимая из артефакта первую порцию Силы, и произнесла первые слова заклинания.

Сразу все изменилось — свет кристалла почти погас, погрузив помещение в полумрак, зато рука волшебницы окуталась облачком голубого сияния. Казалось, свет втягивается в кожу, продолжая светиться под ней. Постепенно голубизна охватила обнаженную руку Таяны почти до самого плеча — а может, и дальше… Жарову, который, разумеется, не мог удержаться, чтобы не выглянуть из-за угла, показалось, что даже волосы его волшебницы заискрились, словно звезды в ночи. Зазвучали слова заклинания — и по огромной башне прошла дрожь.

— Что это? — прошептал Шенк.

— Тих-хо!!! — шикнул на него Денис. Подумав, шепотом добавил: — Не знаю… Подождем.

Башня дрожала все сильнее. С потолка сыпались пыль и мелкая каменная крошка, пол под ногами ходил ходуном. Неподалеку раздался протяжный звон — один из светильников, чудом уцелевший во время шествия неуязвимого Дениса сквозь расставленные Ульрихом дер Зоргеном ловушки, приказал долго жить, осыпавшись на каменный пол стеклянным крошевом. Откуда-то пришел гул, сначала едва слышимый, но с каждым мгновением все усиливающийся, меняющий тональность, переходящий в визг, от которого начинали болеть уши. Голос Таяны с трудом пробивался сквозь этот пронзительный звук, но девушка уверенно продолжала выстраивать заклинание, не сбиваясь с ритма ни на миг.

И вдруг все прекратилось. Визг замер на самой высокой ноте, тишина обрушилась со всех сторон, словно толстая пуховая перина — Денису даже показалось, что он утратил слух… Сверху еще сыпался каменный мусор — но то были лишь отголоски катаклизма, дрожь стен унялась. Жаров слегка стукнул пальцами по стене и, услышав металлический звук, улыбнулся. Слух в порядке — и то ладно.

— Кажется… — голос Таяны не содержал в себе ни грана уверенности, — кажется, получилось.

Она стояла возле двери, которой в этом зале раньше не было. Простая деревянная дверь — ни металлической окантовки, ни украшений, ни даже простейшей резьбы. И дерево самое обычное — плохо обработанные, столь же плохо пригнанные доски… такая дверь могла бы вести в коровник, на сеновал… даже хозяин менее чем среднего достатка поставил бы в своем доме что-нибудь получше.

Денис подошел к Таяне, встал рядом, скептически оглядел дверь, но от критики воздержался. Пути магии неисповедимы, и выяснить, куда эта дверь ведет, можно было только одним способом — пройти через нее.

— Это оно? — спросил Шенк спокойно, как будто двери, возникающие прямо из воздуха, для него не такая уж и большая диковина.

— Я не знаю… — беспомощно пробормотала волшебница, не решаясь потянуть за грубую, занозистую ручку, косо прибитую к доскам двумя толстыми, не до конца вогнанными гвоздями.

— Значит, будем выяснять, — решительно заявил Денис и, отодвинув девушку, шагнул вперед. Его рука в латной перчатке коснулась дерева… он был внутренне готов к чему угодно — взрыву, вспышке… даже к тому, что дверь исчезнет от прикосновения, растаяв словно морок.

Но ничего не произошло, пальцы ощутили твердую поверхность, дверь легко поддалась и распахнулась. За ней — памятная уже чернота, он видел такую, когда они проникли в башню, использовав купленное в Гавани Семи Ветров заклинание. Молнией мелькнула мысль — он вспомнил, что в прошлый раз Таяна прыгнула в портал первой… давать ей возможность повторить эту выходку он не собирался. А поскольку вряд ли она будет тихо стоять в стороне и ждать…

И Денис шагнул вперед. В любом случае он рисковал меньше всех — броня и глухой шлем, изготовленные по неведомым технологиям, защищали от большинства магических воздействий и были практически неуязвимы перед воздействиями физическими. То, что наверняка убило бы Шенка и могло бы причинить вред Таяне, для него могло оказаться совершенно безопасным. Еще шаг, и чернота окружила его со всех сторон…

А в следующий миг он ощутил сильный толчок в спину и, не устояв на ногах, рухнул лицом вперед, успев лишь выставить руки, чтобы принять удар…

— Что это?

Шенк стоял, дико оглядываясь по сторонам, закрывая лицо рукой — лишь узкая щель оставалась меж пальцами, но и ее хватало, чтобы переливы света резали глаза до боли. Но он продолжал смотреть, хотя слезы уже текли по щекам. Долгое пребывание в полумраке башни дало свои плоды, и теперь зрению требовалось время, чтобы снова привыкнуть к дневному свету.

— Это она, — коротко ответил Денис. — И куда ты так торопился?

— Э-э… — Темплар осторожно отнял руки от лица, стараясь смотреть себе под ноги. Толку от этого было немного — лучики, отражающиеся от многочисленных хрустальных граней, все равно находили дорогу к зрачкам. — Я подумал, что тебе может понадобиться помощь.

— М-да… и сбил меня с ног, дабы прикрыть своим телом?

Вопрос не требовал ответа, и Шенк промолчал.

— Что скажешь, Тэй? Получилось?

Девушка внимательно осмотрелась, затем неопределенно качнула головой:

— Вроде бы… да. Не думаю, что где-то еще может существовать столь точное подобие Хрустальной Цитадели.

— Это она и есть, — раздался у них за спинами мягкий голос.

Темплар обернулся, как ужаленный, одним плавным движением сбрасывая на землю тяжелый тюк с книгами и бросая руку на рукоять меча. В воздухе раздался мелодичный смех…

— О, незнакомец, вы будете угрожать сталью женщине?

Рука, уже стиснувшая эфес, замерла, словно живая плоть превратилась в камень. Перед темпларом стояла женщина ослепительной красоты. Длинная шея, точеное лицо… мягкие локоны золотистых волос шевелились на ветру, влажные губы, просто созданные для поцелуев, чуть приоткрыты, длинные ресницы затеняют огромные зеленовато-голубые глаза… Легкое платье, воздушное, полупрозрачное, будоражило воображение — но было очевидно, что фигура женщины совершенна… и воображение лишь рисовало степень этого совершенства.