Чтение онлайн

Ребенок хохочет, заливается.

(Я смотрю из-за стекла, как кто-то за стеклом в стекле прячется от того, кто не в стекле… Детки в клетке.)

Жизнь превратилась в сплошной театр. Приспособились и книжки читать, и играть через стекло. Рыб хватило на один день. И ладно, одна морока. Стали разыгрывать кукольные представления. Весь двор превратился в игровую площадку, сами начали двигаться, как куклы, и голова всегда повернута на Яна. Вынесли стол в сад, стулья – все как на сцене.

Две недели. Это ведь только на две недели.

В настенном календаре Лариса отметила красным кружком дату освобождения. Исправно зачеркивала прожитые дни.

На девятый день над боксом загорелась пульсирующим красным светом лампа. Сойти бы с ума от охватившего ужаса, да уже от ума ничего не оставалось – жизнь на одних нервах. Оказалось, у Яна поднялась температура. Тут же прилетел дрон, загрузил тестовую систему. Три отрицательных моментальных теста и двадцать восемь часов на лабораторный химический анализ.

Лампа не гасла больше суток – до окончательно отрицательного результата. Соседи совсем перестали открывать окна, а мимо их ворот проносились, пригнувшись. Наверное, еще и дыхание задерживали. Ступидо! А впрочем, кто бы не стал таким соседом на их месте?

Что не давало Макару покоя в последние месяцы непрерывно, так это вопрос: как их островному государству до сих пор удавалось избежать наплыва беженцев? Какие ангелы раскинули над ними свои крылья? И когда закончится эта лафа?

Ответ прибыл ранним утром десятого дня домашнего карантина вместе с требовательным гудком черного лимузина около ворот. Лара с Макаром вздрогнули и застыли, как преступники-рецидивисты, застигнутые на месте преступления. Ребенка же просто продуло под кондиционером – в этом маленьком пространстве совсем негде укрыться, – у малыша сопли, он капризничает – обычная простуда!

Готовые защищать свое любыми способами, Макар и Лариса встретили представителя Министерства здравоохранения.

Им предложили стать «патронатной семьей» для вновь прибывших женщин с детьми на период карантина. С маленькими детьми, ведь у них тоже маленький ребенок… и вот собачка. И они будут разыгрывать веселье перед боксом, чтоб там внутри было не так скучно и одиноко. А что касается питания, то это все будет поставляться из ресторанов, не стоит беспокоиться, никаких хлопот. А какой им резон превращаться в клоунов? Так все просто: за это их сыну будет выдано разрешение для въезда на остров. Они ведь ждут сына, да? А остров с этого дня закрыт на «спецобслуживание» – только избранные, только лучшие. Ну что, согласны или еще надо подумать? Вот и чудненько, тогда вечером можно ждать садовника, а завтра прибудут фотограф со стилистом – надо сделать портфолио.

– Приберитесь тут и будьте красивыми, – заключил чиновник. – А что собачка у вас необщительная такая? Надо чтоб веселая была. Разберитесь… Да, и вот вам звание почетных граждан, распишитесь. Что, гражданства еще нет? Упущение, разберемся. Вот завтра же и разберемся.

Вопросов было множество. Макар попытался было прояснить ситуацию вообще и в частности, но все его вопросы были проигнорированы… или нет, не так, вежливо отклонены с некиим чувством превосходства.

И только в последний момент, когда Макар уже приготовился поставить подпись под договором, Лариса поднялась, хлопнула ладонью по столу, нависла глыбой и заявила:

– Пока не поговорю с сыном – никакого согласия!

Чиновник не удивился – видно, был готов к такому раскладу, – быстро сложил свои бумажки и, ни к кому не обращаясь, бросил:

– Ждите. Завтра. Но садовник будет сегодня.

Гость убыл, деловито помахивая папочкой. Маша новое положение вещей приняла с радостью, с какой-то надеждой и готовностью, ведь о Славе говорят, значит, знают, значит, с ним все в порядке, значит, завтра уже они его услышат… и она все-все, что надо для гостей, будет делать! («Гостей! – Макар хмыкнул. – Ну-ну».) Ларка будто заразилась этим Машиным оживлением: встрепенулась, воспряла духом, вышла из оцепенения – понеслась, как электровеник, мыть, чистить, печь. Форменный дурдом. Макар втихую почти сумел улизнуть в город, но был пойман буквально на пороге и сам не заметил, как уже стоял на стремянке и мыл окна веранды.

Южане медлительны, созерцательны, даже ленивы, при этом говорливы и любопытны. Если у тебя есть источник пресной воды, финиковое дерево и пальмовый лист, то базовые потребности удовлетворены и можно особенно не суетиться – как-то все само собой устроится. Люди, которых прислали с целью создать идеальную картинку на участке Макара и Ларисы, были совсем другой природы – деловиты, молчаливы, сосредоточенны. За один вечер два садовника полностью облагородили сад, преобразили лужайку, высадили новую клумбу и полдюжины цветущих кустов. Сопровождающие их четверо рабочих параллельно отмыли и освежили фасад дома, выкрасили крыльцо и ворота.

Лариса, последовательно пройдя через стадии стыда, возмущения и гнева, слегла наверху с мигренью. Макар включил телевизор погромче, надел наушники и сделал вид, что читает исторический роман. Рядом с ним на диване перевозбужденная, вконец вымотанная Лила нервно перебирала во сне лапками.

А вот Маша с Яном были вполне довольны. Ян смотрел новое «кино», его мама наслаждалась неким подобием покоя.

С шести утра следующего дня Лариса начала ждать Славу. Вернее, звонка от него. Сидела истуканом, уставившись в экран телефона. Потом вдруг хваталась за какие-то дела, так же внезапно все бросала и опять замирала на месте. Макар всех накормил и вышел полить новые насаждения.

Сначала прибыл фургон и привез осветительное оборудование. Потом приехали стилист с подручными. Они долго красили и причесывали деревянную от напряжения Ларку. Макару чуть не отчекрыжили его байроновские кудри. Еле отбился. Затем он с женой получил очередную порцию унижений, когда критике подвергся их гардероб. В итоге Ларе привезли платье в мелкий цветочек с воланами. Препираться не было сил, что воля, что неволя… Когда уже позвонит Слава?

Слава не позвонил.

Чиновник приехал в четвертом часу. Прошел через лужайку прямо на веранду.

Сел к столу. Вынул из папки планшет.

Дождался, когда Лара с Макаром тоже сели. Включил видео.

– Мама! Папа! У меня все хорошо! Я здоров и сыт!

Славка смеется. Родной мальчик. Худой, бледный, обритый… потирает рукой колючий ежик.

– Классная стрижка, да? Всегда мечтал о такой! Мам, пап, вы не злитесь – я остаюсь еще на один срок. Тетя Лена попросила. Пап, ты ведь тоже бы так поступил. У меня неопасная работа. Сейчас я вообще в транспортном подразделении. Я знаю, что Маша с Яном у вас! Я так рад! Что за дурацкие боксы, я, конечно, не понял. Но ведь завтра-послезавтра все заканчивается! Да? Мам! Обними их за меня крепко и поцелуй. Маша, малыш! Я обещаю вам, что все будет хорошо! Я справлюсь. Я вас всех целую и обнимаю! Скоро буду вместе с вами! Вы не представляете, как я рад…