Чтение онлайн

Вот еще три, это флешки, я их ношу по карманам, как в старину носили портсигары, футляры с очками и авторучки. А вот еще и еще, странные, пульсирующие, с быстро меняющимися параметрами… Не может быть, это же «багровые чипы», что вмонтированы в черепа моих коллег! Значит, я уже установил с ними связь, чипы работают, но их хозяева еще не очнулись от наркоза.

Замерев, я всматривался, вчувствовался, и через несколько долгих минут из тьмы начала проступать странная картина операционного зала. «Ромашка», на которой семь распростертых фигур, застывшие люди в синих хирургических халатах. Всех почему-то вижу с разных сторон, это просто дико. Возле моего беспомощного тела человек с профессорской бородкой замер в странной позе: с вытянутой в сторону стола рукой, а в трех сантиметрах от руки в воздухе висит прозрачная капля раствора.

Я попытался повернуться на ложе, не сумел, даже глазные яблоки не могу повернуть, странное чувство, в то время как мозг работает быстро и четко. Прозрачная капля все еще в воздухе, на том же месте, но это значит…

…это значит, мозг в самом деле заработал со скоростью в миллиард раз быстрее, чем раньше! Глазные яблоки мои повернутся через миллиард моих нынешних секунд, а это значит, через три с лишним года я смогу чуть скосить глаза, а капля раствора шлепнется на стол.

Все эти три с лишним года мне не потребуется ни пить, ни есть. Даже дышать не обязательно, много ли за секунду надышишь, зато мыслить могу не только в ускоренном режиме, но, как сейчас понимаю, и в усиленном.

Вижу все так странно потому, что глаза мои все еще закрыты, видеонаблюдение работает, могу разом видеть всех-всех в гигантском здании, могу…

Почти бездумно я подключился по беспроводке к инету, через две секунды – свои секунды! – вошел в хранилища данных. Странное ощущение, когда вижу, как происходит соединение, как совершается поиск, как срабатывают алгоритмы, в которых теперь видно, где нужно внести изменения… Господи, как много мусора, как много лишних операций, что за дикость, какой дикарь писал эти программы! Впрочем, писали люди, а я теперь уже не совсем человек…

Нужные мне материалы я искал, перелопачивая массивы данных, одновременно подправлял проги. Сперва просто почистил, укоротил связи, убрал лишние и просто дублирующие цепи, все это время растет ошеломляющая радость, дикое ликование, что вижу, воочию вижу, как все это работает! Никто в мире не может сказать, что такое электричество, а я могу! Самое главное – понимаю все даже не через знание, а просто вижу, как человек эпохи Древнего Рима понял бы работу механических часов любой сложности, просто наблюдая, как под воздействием туго накрученной пружины раскручиваются колесики, толкают другие, те третьи, а третьи поворачивают стрелки…

И, видя все это, я немедленно убрал лишнее, проложил новые линии и создал самое правильное программное обеспечение, затратив на это не больше двух своих минут.

Медленно-медленно, прилагая титанические усилия, но все равно расходуя на это часы и даже дни своей новой жизни, я разбирался в устройстве «багровых чипов», очень хитрая и сложная защита, но я смотрю не со стороны, а изнутри, потому снять заслоны и переподчинить их удалось сравнительно просто, хотя я и гуманитарий, который, по общему мнению, боится сложной техники.

Кронберг уже начал было приходить в себя, но я успел перехватить управление и через его «багровый чип» велел ему пока оставаться под наркозом.

Капля раствора наконец коснулась вытянутым краешком стола, а всей поверхностью ляжет на столешницу еще через полгода. Потом еще через три месяца моей нынешней жизни от нее вверх и в стороны начнут подниматься мелкие серебристые шарики.

Я подал мысленную команду, стальные захваты на моем теле получили команду и начали долгий процесс размыкания. Я поднимусь уже не член команды, кем был сто миллионов секунд тому, и даже не глава организации, кем стал только что. Кронберг слишком оптимистичен, полагая, что организация и дальше сможет управлять человеческим обществом на пути в сингулярный мир. С ростом технической мощи это делать все труднее. Сейчас я понимаю, что если управление будет в одних руках – выиграют все.

Через три секунды жизни «простых» стальные капканы щелкнули и раздвинулись. Я поднялся, за это бесконечно долгое время переподчинив себе все атомные станции всех стран и народов, ракетные установки, космические спутники, субмарины, заводы, банковскую деятельность, всю торговлю и все передвижения любых устройств, использующих электроэнергию хотя бы в качестве зажигания.

Еще через неделю своей жизни я сумел установить контроль над отдаленными курдскими племенами, а также над прочими, которые в джунглях пока что не знакомы даже с инетом, ну и что, под свой контроль ставить можно и без высоких технологий. Особенно если высокие технологии у одной из сторон все-таки есть.

Еще через пару дней я внезапно понял, почему бог одинок.

Через месяц своей новой жизни, что в прежней заняла бы доли секунды, я понял, как передвигаться по Вселенной быстрее света в миллиарды раз. Через два – сообразил, как остановить разбегание галактик, но еще не понял, нужно ли это мне.

Кронберг и все члены организации будут послушно выполнять мою волю, это на благо человечества. Сейчас мне, видимо, стоит также установить полный контроль над всем живым на планете, начиная от людей и заканчивая бактериями. Никто не будет знать, что всего лишь выполняет мою волю. И все будут счастливы и будут полагать, что у них полная свобода.

Дорога к сингулярности резко сократится. Я войду в нее первым. И… подумаю над тем, кого брать.

И вообще, брать ли кого-то еще.

Разве что нудистку. Хотя… зачем?