Чтение онлайн

— Не нужно пилить мне мозг. Если вам доставляет удовольствие осознавать себя элементом аппарата, то меня это нисколько не греет. Я — Ян Гашек, а не элемент. И я свободный человек, и как свободный человек, я волен делать то, что считаю нужным.

— Не льстите себе, свободный человек. Вы член Городской структуры, где понятие «свобода» не уместно. И, более того, вредно, и, даже, преступно. Если вы этого не понимаете, то мне остается вам только посочувствовать.

— Я польщен вашим участием. Скажите, вы разговаривали с ними?

— Нет. Это я вам сказать могу. Вам стало легче?

— Майор, — впервые Гашек обратился к Хайдену по званию, — я знаю, что вы причастны к этому делу. Я не исключаю, что не вы непосредственно ведёте его, но…

— Скажите, капитан, — перебил его Глен, — представим, что я вам всё рассказал. Теперь вы всё знаете. Знаете, кто, что и зачем сделал, где, куда, когда и так далее. Что это вам даст? Что вы будете с этим делать?

— Я уж найду применение.

— Вы в этом уверены?

— Я, вообще, стараюсь как можно меньше сомневаться. Сомнения тормозят действие. Скажите, а что вы делаете в библиотеке?

— Вы сменили тему?

— Просто любопытно. Вы сказали, что работаете.

— Вы решили выведать всё, чем я занимаюсь?

— Нет, просто, если вы занимаетесь тут своей аналитикой, то, возможно, я действительно теряю с вами время, надеясь на то, что вы что-то знаете. Дело в том, что относительно одного из задержанных у меня есть информация, не связанная с наркотиками, но очень любопытная с точки зрения проведения параллелей.

— Что вы имеете в виду? — заинтересовался Глен.

— Я имею в виду то, что я не могу провести между двумя фактами параллель.

Хайден настороженно посмотрел на Гашека. Гашек это заметил.

— Вы, сидя в библиотеке, не пытаетесь проводить никаких параллелей? Просто, мне пришло в голову, что это место не очень подходит для расследования дела о наркотиках, следовательно, вы либо не расследуете это дело, либо проводите параллели. Я прав?

— У вас очень интересная логика, — констатировал Хайден.

— Максим Волков, — вдруг сказал Гашек.

— Не понял.

— Это имя вам не о чём не говорит?

— Нет, а должно?

— Один из задержанных, причастный кроме всего прочего к убийству в клубе «Бомба», где я его и встретил впервые, я полагаю, должен знать это имя.

— И что из этого?

— В этом-то и вопрос! Я вижу, вам стало интересно. Вот мой телефон. Да я и сам вас найду. Я предупредил, что не отстану. Этот задержанный из числа продавцов. Их меньше чем покупателей. Тем более, покупателей мы знаем. — Гашек встал. — До встречи, надеюсь, очень скорой. Удачи в библиотеке!

Гашек шёл, скрипя зубами от злости. Встреча не дала никакого результата. На то, что Гашек сказал Хайдену о том, что они знают покупателей, Хайден никак не отреагировал. «В этом нет секрета? Чёрт с ним. Я-то не знаю покупателей. Нужно у Симбы узнать, может, чего выяснили. Не верю, чтобы он взял и закрыл дело просто так. Максим, Максим! Ну, извини, больше я ничего придумать не смог. Сам хотел активного участия. Вот, пожалуйста, участвуй».

Вечером он всё рассказал Максиму. Он, вообще, не хотел ничего рассказывать, думая, что своим упрямством победит упрямство Максима. Но, видимо, чувство стыда за то, что он так взял, да и сдал его не кому-нибудь, а МГБ, развязало ему язык, таким образом, как он посчитал, позволив ему раскаяться. Максим был удручен на столько, что не почувствовал удовлетворения от всего услышанного. «Во что я втянут?» — сокрушался он, в тоже время, чувствуя, как азарт неизвестной игры наращивает обороты.

Акира присутствовал при разговоре, — Гашек позволил себе даже такую оплошность. В свою очередь Акира и Максим поделились своими наблюдениями.

— Итак, — начал резюмировать Максим, — МГБ, полиция, Шнайдер, оракул, наркотики, убийства и я. Я ничего не забыл?

— Забыл, — произнес Акира, — ещё мы.

Среди ночи Максима разбудил стук. Он с трудом поднялся с кровати, накинул халат и подошёл к двери.

— Кто там? — спросил он недовольным голосом, открывая дверь. Перед ним возник высокий мужчина крепкого телосложения и тоном, не принимающим возражений, произнес:

— Собирайтесь. С вами хотят встретиться. Жду вас внизу.

Мужчина ушёл. Максим остался стоять в недоумении.

«Вот и всё. Спасибо тебе, добрый полицейский, — подумал он. — Прямо, тридцать седьмой год. Среди ночи. «Жду внизу». Даже в мыслях нет, что я могу сбежать. Видать, обложили. А, может, просто, поговорят? В конце концов, я-то ничего противозаконного не сделал. Что мне могут предъявить? Вот, правильно. Я, вообще, если тщательно разобраться — жертва. А им-то всё равно. Но, как-никак, тут демократическое общество. И я гость. У меня неприкосновенность… нет? Жаль, что её нет. Или сбежать? Через балкон. Прямо со скалы! Нет, лучше всё узнать».

Максим оделся и спустился вниз. Мужчина проводил его до кареты, стоящей у входа и сел вместе с ним. Они тронулись. Мужчина молчал. «Странно, — думал Максим, а почему он один? Спросить? Нет, подожду». Минут двадцать они ехали. Ни мужчина, ни Максим не проронили, ни слова. Карета остановилась. Они вышли на улицу. «Доехали до конца зеленой зоны, — понял Максим. — Что дальше?»

— Идите вон туда, — сказал мужчина и указал на автомобиль, стоящий у края дороги. Сказав, он сел обратно в карету, и она уехала.

Максим пошёл в указанном направлении. Подходя к автомобилю, он с любопытством разглядывал его. Это было нечто. Это нечто было красного цвета и бесспорно, шикарно. Он подошел ближе. Свет от фонарей, освещающих улицу, не позволял разглядеть, кто находился внутри, да и стекла автомобиля, как оказалось, были тонированы. Ничего не происходило. Максим замер, затаив дыхание и ждал. Он решил подойти спереди, но тут стекло двери водителя плавно опустилось вниз.

— Держу пари, ты испугался, — заговорщическим тоном прошептала Жанна Роллан.