Синтез
Шрифт:
— Годен, — лязгнуло над головой.
Тот, кто ещё не знал своего имени, шагнул вперёд и налетел грудью на металлическую конечность чьего-то экзоскелета.
— Руку! — рявкнул солдат в багрово-чёрной форме. Безымянный огляделся — из стены чуть пониже плеча торчал округлый зажим. Он сомкнулся на левой руке новичка и зашипел, нагреваясь докрасна. Запахло палёной кожей и горячим металлом.
— Пошёл! — солдат в массивной броне толкнул его в плечо. Захват разомкнулся незаметно. На побагровевшей коже дымился ряд выжженных знаков — длинный номер из цифр и букв. Заканчивался он на «35».
Жёлоб, нависающий над коридором, сбросил на пронумерованного тёмно-синий свёрток. Тот поймал странную вещь и довольно кивнул — одежду ему всё же выдали.
Коридор оборвался на кольцевой террасе, одной из многих, опоясавших огромную площадку под высоким полупрозрачным куполом. Лязг, вой и грохот стояли над ней. Внизу ворочались пятнистые машины с выступающими из брони соплами бластеров и ракетомётов, ползали, порываясь взлететь, трёхкрылые серые корабли со скошенными носами, пахло нагретым фрилом и горящей органикой. Коридор выплюнул на террасу ещё троих, и они встали на проходе, растерянно озираясь. Тот, кто недавно получил номер, развернул свёрток и теперь торопливо влезал в пятнистую сине-чёрную форму. Плечо ныло при каждом касании, но боль быстро ослабевала.
Пятнистый скирлин прижимался к коже, принимая от нагрева форму тела, и снова застывал, обретая прочность металлического листа. Застегнув последнюю пряжку, новый солдат «Шибальбы» повёл плечами, переступил с ноги на ногу, задумчиво пошевелил пальцами — четырёхпалые сапоги не стесняли движений. Он покосился на белые молнии, сошедшиеся крестом на груди, нашёл такой же символ на сине-чёрной форме сослуживцев внизу, на площадке, и пожал плечами. «Как мишень…»
Что-то резко пискнуло в нагрудном кармане. Там была плоская коробочка с шестью острыми выступами. «А, координатор,» — вспомнил безымянный, прикладывая находку к правому виску. Писк стал громче. Шипы, вытянувшись, впились в кожу.
Внизу взревел двигатель. Защитные поля, вздуваясь мыльными пузырями, лопались одно за другим. Послышались злые крики. Безымянный шагнул к ограждению, с интересом вглядываясь в суматоху на площадке. Там, истошно воя, вползал в тесный док «Ицумаден» с развороченным носом. Оба трюма превратились в дымящееся месиво. За кораблём тянулась тёмная, едко пахнущая тропа.
Что-то оглушительно заверещало под самым куполом, и координатор громко пискнул.
— Квадрат семнадцать дробь восемь! — объявил он. — Квадрат семнадцать дробь восемь!
Солдат быстро огляделся и бросился вниз по лестнице. Куда бежать, он уже видел, — два пролёта вниз, налево по террасе и ещё один пролёт до воздушного перехода…
— Семнадцать дробь восемь! — взвизгнул передатчик так, что зазвенело в ушах. Безымянный остановился, мигнул, — да, так и есть, направо, а не налево, и три пролёта вниз, а потом — к открытому доку. Тому, из которого торчат тридцатиметровые «жвала» «Циклопа», разворачивающего защитные поля над бронёй. Он как раз закрывает предпоследний люк.
Последняя створка опустилась у тридцать пятого за спиной, и палуба под ногами мелко затряслась — «Циклоп», дрожа, отрывался от земли. Безымянный огляделся и увидел длинный трюм, шесть закрытых люков и серо-стальные трёхкрылые «Гарпии» — по одной в каждом маленьком доке.
— Свежее мясо, — без выражения проговорил солдат в пятнистой броне, посмотрев на новичка, и ткнул бластером в сторону одной из «Гарпий».
Захлопнув за собой люк, безымянный втиснулся в кресло. Кабина была ему тесновата в плечах, и в крышу он почти упирался макушкой. Широкие ремни защёлкнулись, намертво приковав его к креслу, опоясали грудь и щиколотки. Тихо загудел мотор, а потом засвистел, разогреваясь, генератор Сивертсена — ещё рано было окружаться защитным полем, но проверить всё не мешало. Безымянный задумчиво щурился на индикаторы и косился на соседние корабли. То, что досталось ему, нравилось ему всё меньше.
Генератор Сивертсена тихо, но отчётливо потрескивал — где-то внутри отошли контакты, а значит, следовало ожидать, что защитное поле не сомкнётся, сомкнётся не там или разомкнётся, когда не надо. Безымянный огляделся в поисках отвёртки или хотя бы ломика, попробовал поддеть крышку пальцем, и она даже поддалась — но тут по обшивке снаружи постучали прикладом. Солдат в пятнистой броне выразительно потыкал бластером в иллюминатор. Безымянный, пожав плечами, отвернулся. Генератор не так беспокоил его, как чавканье и тихий плеск из-под обшивки, со стороны топливного насоса… и вон та покорёженная пластина брони, из-за которой люк прилегал неплотно. «Это чинили?» — подумал тридцать пятый, но вслух спрашивать не стал — ответ он знал и так.
Координатор на виске пронзительно пискнул, и пилот взялся за рычаги. «Гарпия» крутнулась на месте и спустя пару секунд вывалилась в распахнутый люк вслед за пятёркой других. Шесть кораблей, два звена…
— Кто командир? — запоздало спросил безымянный. Координатор заверещал, неприятно обжигая кожу. На вопросы уже не было времени — вереница едва заметных, размазанных синеватых силуэтов мелькнула в небе, ещё один, огромный, длинный и ребристый, плыл за ними следом. Позади круто уходил в стратосферу «Циклоп», и алый свет горел между его «жвалами», выдавая местоположение.
— «Рапторы», — пискнула железная коробка. Треугольные тёмно-синие истребители промчались мимо «Гарпий», преследуя уходящий на орбиту «Циклоп». Безымянный щёлкнул по крайним клавишам, и размытый силуэт, летящий впереди, словно запнулся о воздух — разрыв под брюхом подбросил его и перевернул, вторая ракета разорвалась рядом с турелью, вдавив её в крышу кабины так, что крыша вмялась в пол. Сплюснутый «Раптор», кувыркаясь, летел вниз, безымянному некогда было его разглядывать — он едва успел сомкнуть защитное поле. Генератор затрещал ещё громче, но прозрачный пузырь над «Гарпией» схлопнулся, и очень своевременно. Поле засверкало пурпуром, поглощая лучи бластеров, безымянный дёрнул за рычаг, прижимая защитную плёнку к броне и выпуская наружу сопло ракетомёта. Рядом громыхнуло — ещё один синий треугольник превратился в чёрное дымное облако.
Ракетомёт выплюнул два снаряда, прежде чем защитное поле заволокло его. Осколок чиркнул по краю сопла, обшивка заскрежетала, но выдержала. Два «Раптора», дымя дюзами и вихляясь в воздухе, быстро снижались. Безымянный вздрогнул от резкого писка, дёрнул рычаг, «Гарпия» легла набок. Крыша кабины зашипела, швы обшивки налились багрянцем. Мощный луч, сверкнув, ушёл в облака под крыльями «Гарпии». Она развернулась, и её трижды подбросило — что-то взорвалось под брюхом. Безымянный, послав два луча вслед улетающему «Раптору», развернул «Гарпию» и едва не врезался носом в полосатую оранжевую броню. Нелепый на вид корабль — шар с шестью кривыми лапами — метнулся в сторону, и тридцать пятый еле успел камнем упасть на пять метров ниже. Шквальный огонь сдул обрывки защитного поля, обшивка зашкворчала под лучами бластеров.