Чтение онлайн

– То есть всего три плюс плюс две, плюс две… Десять экспедиций. Если в каждой по шесть человек, это шестьдесят. Плюс по шесть человек на четырех заимках, порядка двадцати на разных добычах известняка, соли и прочего. Итого сто человек. Я думаю, лагерь останется слишком незащищенным. К тому же, если наблюдатель просигналит тревогу, с окрестных локаций люди успеют вернуться в лагерь. А экспедиции – нет.

– Ну… Можно тогда не все экспедиции отправить одновременно. Это еще одна причина начать пораньше.

Медики тихо радовались, боясь сглазить удачу, что трупов в течение зимы не появилось. Их барак пустовал без пациентов, и компания тихо употребляла недельную порцию самогона в узком профессиональном кругу.

– Вот, казалось бы, ерунда – каких-то несколько вырванных зубов, – размахивал руками Олег. – А обезболивающего нет – и народ нервничает. Хотя больше всех волноваться следовало бы мне. Я то уже руку набил, но себе зуб удалить не смогу. Стало быть, меня станет мордовать дилетант. А посуды для экспериментов нет.

– Всё так, – согласилась с нейрохирургом Ирина Ахмадулина. – Но летом кого-нибудь непременно будем хоронить.

– Что так мрачно-то?

– Беременных много, – сообщила врачу медсестра, поглаживая живот. – И статистика здесь играет против нас. Олег поморщился. Действительно, кого-то наверняка придётся резать. А кому достанется это неприятное дело? Понятно кому. Можно пальцем даже и не тыкать. Вздохнув, мужчина признал правоту Ирины:

– Ладно бы только роженицы, но ведь летом опять кто-нибудь сумеет попасть под копыта или бревно. За зиму мы обогатились в оснащении лишь спиртом и тряпками. Пожалуй, стоит заказать пилку и долото на всякий случай. Не приведи бог, чтобы мне понадобился этот наборчик.

Пока кто-то убивал зимнее время на лесоповале или в кузнице, кто-то другой развлекался иначе. К примеру, имея одного хирурга на всё племя, люди, как могли, старались уберечь специалиста от тяжелого физического труда, чтобы руки его не огрубели и не утратили точность хода. В результате Олег, от нечего делать, изготовил себе симпатичный костяной доспех. Компанию ему составил израненный Пётр Алтуфьев, а консультантами выступали Лев и Ицхак. Путтер и сам сделал костяной бронежилет, но поменял его на дерюжный костюмчик. Такое развлечение сильно радовало военных, но первую башню для молитв уже сделали, и Илья вновь озаботился духовностью.

– Ицхак, а ведь ты у нас еврей, – задумчиво произнёс Буданов.

– Ну? – не стал отпираться Ицхак.

– Вот! – обрадовался офицер. – А это значит, что нужен ещё один храм. Должны же иудеи где-то молиться?

– Наверное, где-то должны, – опять не стал спорить Путтер. – А сейчас они где молятся?

– То есть как где? – опешил Илья. – Тебе лучше знать, ведь кроме тебя нет никого. Ну, в смысле, ты пока единственный еврей на планете.

– Угу, – подтвердил Ицхак.

– Чего угу? Нужен тебе храм? – стал терять терпение офицер.

– Не нужен.

– Да я и сам знаю, что не нужен, – поморщился пожарный. – Но ты мог бы сделать вид, что нужен?

– Нет.

– Почему?

– Да хлопотно. Там хотя бы подметать нужно будет. И молиться я не умею. Вот принимай сам иудаизм и требуй храм!

– Нельзя. Марьяна говорит, что для не еврея нужен специальный обряд. В общем, не прокатит.

– Ну, так ислам прими или буддизм какой-нибудь!

– Не поверят, – вздохнул Буданов. – Национальность у меня неправильная. И не знаю я ничего о верованиях.

– Ну, как не знаешь? Ты же всех уже обошел? Нарыл что-то подходящее? Здесь же полно народа из разных мест. Наверняка верующие найдутся.

– Это кажется только, что много разных, а на самом деле китайцы ни во что не верят. Французы – тоже христиане, а для них храм есть. Нивхи с якутами во что-то веруют, но без храма обходятся. Мусульман и буддистов нет совсем.

– Дятел ты, Илья. Этих сект христианских – вагон и маленькая тележка. Если хорошо побегаешь, то наберёшь к марьяниной секте каких нибудь православных и католиков. Это минимум ещё два разных храма.

– Точно! – обрадовался военный. – Нужно уважать самобытность самых разных культур.

Запах приближающейся весны заставил крестьянские души шевелиться. Несмотря на то, что длительность года, а стало быть, и тёплого периода, обещала быть больше земной, перцы и помидоры высадили в коробки и заняли почти все имеющиеся окна. Высадили, понятно, не одновременно, так как оптимальных сроков никто назвать не мог, да и сбор урожая следовало максимально растянуть по времени.

– Печально, что теплиц-то нет, – сокрушалась Марьяна, благодаря которой, собственно, семена и оказались в самолёте.

– И не говори! Хорошего, конечно, мало, – соглашалась с ней Мирослава. – Если стекло делать не научимся, нужно будет хотя бы из пузырей что-то придумать. Но в этом году придётся обойтись имеющимися окнами.

Снежок начал таять, обнажив первые пятна земли, а вскоре полезла и черемша, что сделало вонь в бараках просто невыносимой, поскольку жильцы поголовно и в больших количествах поглощали эту зелень. Всё чаще люди стали устраивать сквозняки в помещениях и попадать в госпиталь с простудой. Активизировались работы на улице. Землю, отведённую под огород, очистили от снега в надежде на то, что солнце быстрее её прогреет до нужной кондиции. Туда же ребятишки выгоняли свиней, которые за зиму превратились во вполне взрослых животных, счастливо избежав мясницкого ножа. Верблюд и бизоны тоже паслись, поглощая отчасти ту же черемшу, а отчасти выкапывая прошлогоднюю травку из под снега. Вид этой скотинки внушал жалость, так как женщины заботливо вычесали у линяющих животных шерсть едва ли не вместе со шкурой. Килограмм ценного сырья пошел на призы спортсменкам, а остальное пошло в оплату трудодней. Коммунизм советского типа расцвёл в племени вместе с чёрным рынком, несмотря на отсутствие полноценной валюты. Так, к примеру, Лев, как хороший столяр, едва не спился. Спасло ценного специалиста лишь то, что тот перебрался жить в медицинский барак к Муратовой Галие, которая и наложила лапу на зарабатываемый мужем самогон. Не бедствовал в этом смысле и Путтер. Ну, не в смысле жены, а в смысле приработка. Оружейник удивительно хорошо умел работать руками, особенно с металлом. Хорошо провели зиму и оба якута, которые, быстро освоив лук, промышляли охотой, удаляясь от посёлка на несколько дней. В основном добычу составляли лисы и зайцы, часть которых не сдавались в общий котёл, а шли на свободный рынок, впрочем, вполне законно. Лисий мех пользовался неизменным успехом у женщин, что обеспечило в изобилии обоих охотников не только текстильной продукцией, но и тем же самогоном.

В рамках подготовки к посевной компании и в связи с тёплой погодой небольшая компания взялась оборудовать полевой лагерь для вящего удобства тружеников растениеводства. Предполагалось сделать столы, лавки, полевую кухню, навесы от дождя и солнца, туалеты. Сегодня притащили из посёлка лавки и столы, которые вкапывать в грунт не требовалось. Навесы же нуждались в земляных работах, которые вести пока было рановато. Теперь Марьяна, Галия и группа мужчин, расставив садовую мебель, отмечали трудовой подвиг скопившимся самогоном прямо возле будущего огорода, который изрядно попахивал веселящимися здесь же свиньями. Первую рюмку опростали за удачный старт небольшой, но нужной стройки. А вот вторую Марьяна предложила выпить за Осипова: