Чтение онлайн

Какие, однако, амбиции у этой директрисы! Кем она себя возомнила? Надо же сказать: ботинки я ей вылизывать буду! Не дождется! Во мне созрел план побега из детского дома, ставшим мне адом.

Уеду, найду себе жильё, за год подготовлюсь лучше, и на следующий непременно поступлю в академию.

Мама всегда говорила, что образование должно стоять на первом месте. Быть невеждой не пристало ни принцессе, ни простому человеку.

А пока сделаю вид, что смирилась со своим положением.

Иду в огород, выполняю задание директрисы: копаю грядки, поливаю саженцы, вечером чищу сарай, кормлю скот, дою коров.

Директриса ходит и радостно улыбается, довольная тем, что я подчинилась.

В дом иду, спотыкаясь, так устала, ноги ватные, руки не поднимаются.

Иду мимо закутка, слышу смех Дареи.

– Кевин, не надо… от твоих поцелуев у меня уже губы болят.

– А от поцелуев Криса – нет? – зло спрашивает оборотень.

– Не ревнуй, малыш, – она примирительно поглаживает его по плечу.

Кевин стоит спиной ко мне, он прижимает Дарею одной рукой, второй гладит её по талии, потом целует в шею.

Остановилась, мне стало завидно. Пока я пашу, как ломовая лошадь, приобретая новые мозоли на руках, кто-то развлекается по полной программе.

У них есть мечты, цели, стремления, а у меня одна цель: добраться до кровати, не упав от усталости по дороге и проспать дня два.

Увидев меня, Дарея засмеялась и похлопала по плечу Кевина, со словами:

– Посмотри на эту лохматую чумазую уродину.

Кевин повернулся, и тоже раскатисто рассмеялся надо мной.

– Что смешного? – скрестила руки на груди, приподняла бровь.

– Ты так убого выглядишь. – сказал Кевин. – Бери пример с Дареи, – та довольно улыбнулась, – она всегда хорошо выглядит, ухоженная, накрашенная. А ты? Умываться что, не научили? Ты платье бы одела, а то ходишь постоянно в этих джинсах.

– С удовольствием поменяюсь местами с ней. Даже интересно посмотреть, во что превратится твоя Дарея, убирая навоз в платье и на таких высоких каблуках. Убираться у скота: это наша общая обязанность. Я делаю мужскую работу, копаю огород. Видимо, парни в нашем детском доме до такой степени хилые, что это им не под силу.

Он прекратил смеяться, его глаза засверкали гневом.

– Что сказала, убогая?

– Сказала, что ты способен только тискать девок по углам!

– Хочешь, докажу обратное?

– Тебе слаб'o! Ты и одного дня не выдержишь.

– Спорим?

– Давай. Завтра ты сделаешь всё за меня, а я посмеюсь.

– Ещё посмотрим! – он ушел, толкнув меня напоследок.

– Завтра в пять утра, у хлева, – кричу ему вдогонку. Он резко разворачивается.

– Что в такую рань то? – жалобно сказал он.

– Коров доить нужно, если не хочешь, чтобы они замостители. Так как? Ты признаешь, что слабее девчонки? – приподнимаю бровь, насмешливо улыбаюсь.

– В пять, так в пять, – пошёл наверх.

– Кевин… – растерянно кричала Дарея. – Куда ты?

– Отсыпаться пошёл, ему завтра вставать рано.

– Убогая! Как тебе удалось развести его на слаб'o?

– Может не такая уж и убогая? А, красотка? – подмигиваю ей. – Переключись на другого. Этот парень будет занят весь день, и на тебя ему сил не хватит.

Стою, зеваю. Солнце только встало, на улице туман, от выпавшей росы сыро и промозгло: ёжусь, закутываюсь сильнее в тёплую кофту. Жду Кевина. Неужели передумал? А я так хотела отдохнуть сегодня. Коровы требовательно мычат, ждут еду.

Я уже хотела приниматься за работу, когда увидела сонного Кевина.

– Привет, – буркнул он. С улыбкой оглядела его. – Что? – непонимающе посмотрел на меня.

– Ты серьёзно будешь убирать в этих дорогих ботинках?

– А что? – вздохнула, закатила глаза, выдала ему пару резиновых сапог.

– Я это не обую! Они не подходят к брюкам. – рассмеялась.

– Ты не на фотосессию собираешься. Не выпендривайся, одевай!

Он переодевается, отдаю ему перчатки, мы заходим в сарай.

– Фу, блин! – недовольно зажимает нос. – Чем так воняет?

– Сам догадаешься, или подсказать? – меня веселит его реакция. – Даю ему вилы и тележку, сажусь на перегородку.

– Давай, греби! – командую им.

Какое это удовольствие, смотреть, как другие работают. Надо отдать должное, Кевин быстро со всем справился. Натаскал сена, всех покормил.

– И всё? – довольно спрашивает он, снимая перчатки.

– Нет, мой руки, иди доить.

– Кого? – рассмеялась.

– Глупый вопрос. Не меня же!

– Что, и это я должен делать? – оглядывается на нетерпеливо переступающих коров.

– Ну, если ты признаешь, что слабее девчонки, тогда не нужно.

– Ладно, рассказывай, как это делается.

Притаскиваю тазик с мыльной водой, ставлю стульчик напротив коровы. Она волнуется, оглядывается на него, недовольно бьет хвостом.

Во-первых, она привыкла только ко мне, во-вторых, он оборотень.

Кевин садится на стул, моет вымя, потом насухо вытирают.

– Показывай, что дальше?

– Массаж делай.

– Тебе? – непонимающе смотрит то на меня, то на корову. Смеюсь.

– Не мне, корове. Вымя погладь, а то она молоко тебе не даст.

Показываю, как надо, Апрелька довольно жмурится, когда руки Кевина неуверенно касаются её, корова распахивает глаза, потом привыкает, и искренне балдеет.

– Всё, можешь доить.