Чтение онлайн

При слове «головы» меня посетило внезапное видение: ушедший Минна, наши склоненные вместе головы пусты и легки, как лопнувшие шарики. Его смерть разлучит нас, и оставалось только гадать, какое еще время мы пробудем вместе, перед тем как разойдемся навсегда…

– Ну хорошо, – повторил Тони. – Гилберт, ты должен уйти отсюда – они знают твое имя. Так что тебе придется побегать. Короче, ищи этого парня по имени Ульман.

– И как же мне искать его? – спросил Кони. Он не был специалистом по розыску людей.

– Почему бы мне не помочь ему? – предложил я.

– Ты мне нужен для другого дела, – заявил Тони. – Гилберт сам в состоянии найти Ульмана.

– Ну да, – кивнул Гилберт. – Вот только каким образом?

– Может, его имя есть в телефонном справочнике, – сказал Тони. – Ульман – не такая уж распространенная фамилия. А может, она есть в записной книжке Фрэнка. Кстати, она у тебя? Записная книжка Фрэнка?

Гилберт перевел взор на меня.

– Должно быть, она по-прежнему в его пальто, – сообразил я. – А пальто в госпитале. – Этих слов оказалось достаточно, чтобы на меня навалился очередной приступ тика. Я похлопал по всем своим карманам по шесть раз. А потом, сдерживая дыхание, прошептал: – Записная книжка Фрэнка, записанный угол, окровавленный стол…

– Отлично, – заявил Тони. – Все просто отлично. Что ж, хотя бы раз прояви инициативу и разыщи этого парня. Господи, Гилберт, это же твоя работа. Позвони своему приятелю, этому копу-мусорщику. У него наверняка есть доступ к полицейским записям, ведь правда? Найди Ульмана и схвати его. Может, он и есть тот здоровяк. Думаю, он сейчас немного нервничает после встречи с Фрэнком.

– Это все подстроил тот парень, который разговаривал с Фрэнком наверху, – сказал я. Меня огорчило, что Гилберт со своим друганом из Санитарной полиции получили задание искать Ульмана. – Они были в сговоре – парень наверху и великан. Тот, что наверху, знал, что здоровяк поджидает Фрэнка внизу.

– Хорошо, но это ничего не меняет. Пусть Гилберт найдет Ульмана, – раздраженно проговорил Тони. – Вот тогда и узнаем, кто он такой.

Я поднял руки – сдаюсь! – и тут же схватил в воздухе воображаемую муху.

– В Ист-Сайд я поеду сам, – продолжал Тони. – Осмотрюсь там, узнаю, можно ли проникнуть в здание. Дэнни, ты останешься здесь.

– Ладно, – буркнул Дэнни, гася окурок.

– Этот коп обязательно вернется, – говорил Тони. – Потолкуй с ним. Сделай вид, что готов сотрудничать, только не сообщай ему никаких фактов. Не дай бог, они заподозрят, что мы паникуем.

Итак, Дэнни получил столь ненавистное нам всем поручение – пообщаться с «долбаным черным сыщиком».

– Ты говоришь таким тоном, словно мы и есть подозреваемые, – пробормотал я.

– Нет, это не я, а тот коп говорил таким тоном, – огрызнулся Тони. И повторил: – Не я.

– А что делать мне? – полюбопытствовал я. – Хочешь, чтобы я – криминальный детект-рогг!– поехал с тобой? Мне то место хорошо знакомо.

– Нет, – бросил Тони небрежно. – Ты пойдешь и объяснишь все Джулии.

Джулия Минна приехала с Фрэнком оттуда, где он был в промежутке между решениями бросить свою «двигательную» компанию и основать детективное агентство. Должно быть, она была последней и самой шикарной девчонкой Мины – высокая, роскошная, натуральная блондинка с вызывающим ртом. Нетрудно было представить себе, как Минна ухлестывает за ней, стягивает с нее блузку, получает локтем в живот. К тому времени, когда мы познакомились с Джулией, супруги уже давно охладели друг к другу. От их былой страсти остались разве что искорки электричества, потрескивавшие в воздухе при ссорах и оживлявшие взаимные оскорбления. И больше – увы! – ничего. Поначалу Джулия нас пугала – не своими поступками, а тем, как она мертвой хваткой вцепилась в Минну; тем, каким напряженно взвинченным он бывал рядом с ней, срывая на нас свое раздражение.

Если бы Фрэнк и Джулия по-прежнему любили друг друга, то мы, скорее всего, сделались бы благоговейными ее почитателями и, питая к ней нечто вроде детской влюбленности, держались бы на почтительном расстоянии. Но холод между ними оставлял пустое место, которое так и хотелось заполнить.

В нашем воображении мы становились Фрэнком и любили ее, согревали ее, становились мужчинами в ее объятиях. Если Фрэнк огорчал и сердил нас, то мы находили утешение в мечтах о его прекрасной, сердитой и разочарованной жене. Джулия оказалась для нас символом утраты юношеских иллюзий. Раньше Фрэнк объяснял нам, что такое девушки, а теперь он показал нам женщину. И своим нежеланием любить ее Фрэнк позволил расцветать нашей любви.

Нет ничего удивительного в том, что мы, парни Минны, воображали себя самим Фрэнком Минной. Но теперь мы поднялись на следующую ступень: мечтали стать лучшеФрэнка, и, принадлежи Джулия нам, сумели бы сделать ее счастливой.

Во всяком случае, мы верили в это. Думаю, долгие годы остальные парни Минны одолевали свой страх, благоговение перед Джулией и желание обладать ею (или хотя бы видоизменяли его, находя собственных женщин, чтобы сделать их счастливыми или несчастливыми, очаровать, разочаровать и бросить их).

Разумеется, все, кроме меня.

Вначале Минна пристроил Джулию на работу в офис адвоката, работавшего на Корт-стрит, – в такую же крохотную лавочку, какой была наша контора. Мы, парни Минны, частенько захаживали туда с мелкими поручениями, записочками и подарками от Фрэнка, наблюдали, как Джулия звонит по телефону, читает журнал «Пипл», варит отвратительный кофе. Казалось, Минна рад поручить ее нашим заботам, причем сам он был вовсе не готов так же заботиться о ней. Ко всему прочему, ему, похоже, нравилось, что Джулия сидит за стеклянной витриной на Корт-стрит. Мы интуитивно чувствовали стремление Минны метить территорию человеческими символами. Он и нас использовал в качестве живых меток, и именно в этом единственном смысле Джулия присоединилась к парням Минны, вступила в нашу команду. Однако что-то там не заладилось у Джулии с адвокатом, и Минна вернул ее в старую квартиру Карлотты на Болтик-стрит, где она, вечно всем недовольная домохозяйка, и провела следующие пятнадцать лет. Заходя в дом Карлотты, я всегда невольно вспоминал очередь людей на лестнице, пришедших к Старой Печке за тарелочкой еды. Теперь старой печки в квартире не стало, а Джулия с Фрэнком питались в основном в ресторанах…

Подойдя к двери, я постучал, особым образом загнув пальцы, чтобы получился нужный мне звук.

Посмотрев в глазок, Джулия впустила меня в квартиру.

– Привет, Лайонел, – сказала она и повернулась ко мне спиной. Я скользнул внутрь. Джулия была в комбинации, с голыми руками, но уже в чулках и туфельках на каблуках. Вся квартира, кроме спальни, была погружена в темноту. Я захлопнул дверь и пошел вслед за Джулией, туда, где на кровати в окружении кучи одежды лежал открытый пыльный чемодан. Мне стало ясно: кто-то лишил меня привилегии первым сообщить ей страшную новость. В пене кружевного белья я разглядел что-то темное и блестящее, почти скрытое полупрозрачными трусиками. Пистолет.