Чтение онлайн

— Блин, — пискнул рядом Илья. — Елена Ан… В смысле, Лен. Я же со всей этой фигнёй даже спасибо тебе не сказал. Когда кровищу эту увидел — думал, всё, честно. Так что, как бы… Спасибо тебе.

Она улыбнулась:

— Вам всем спасибо. Буду стараться для вас для всех. Хотя бы как наш отрядный доктор. А ещё я готовлю вкусно, тоже имейте в виду. Грибы знаю, травки для чая. И драться тоже научусь, вы-то все себя уже проявили.

— Всё будет, — прервал я её. — А пока — вот, держи.

Эссенций выносливости для Сметаны я выделил две штуки — чтобы она быстрее поправлялась. Дополнил одной на ловкость и одной на силу — для общего укрепления тела.

Лена начала с незнакомых эссенций, комментируя их вкус. Ребята тоже заинтересовались — пока что прокачкой мог похвастаться лишь Олег, втихую поднявший себе ловкость.

Лена проглотила последнюю эссенцию — на выносливость. И тут её глаза расширились от удивления.

— Это навык? — оживился я. — Регенерация?

Ничего другого мне в голову не пришло.

Девушка мотнула головой, сглотнула растворившуюся во рту эссенцию и торопливо выпалила:

— Читаю: «Внимание! Достигнут лимит характеристики выносливость для вашего уровня силы — десять. Энергия эссенции выносливости сверх лимита будет направлена на усвоение эссенций. Удачи, игрок!»

Ну охренеть теперь, есть ещё и лимит. При том, всего десятка. Выходит, мы не сможем сегодня обмазаться характеристиками на все деньги, а только поднимем до возможного максимума?

— Так, — я сходу начал вспоминать, сколько эссенций приняла Сметана. — Ты за сегодня съела семь эссенций на выносливость. Последняя была лишней — выходит, своей у тебя изначально было четыре.

— Несправедливо, что мы не знаем свои характеристики, — подал голос Шенг. — Так качаться очень неудобно. Почему они скрыты?

— У Системы спроси, — буркнул я. — А вообще, это интересно. Сейчас лимит — десять. Думаю, он ещё поднимется, иначе я вообще не понимаю, зачем нужны прокачка и все эти разговоры о силе. Пять, получается — средний результат, что-то типа стандарта. Лена — ты как раз рядом с этим значением изначально была.

— Десятка — максимум, — присоединился Олег. — Это уровень какого-нибудь профессионального марафонца, наверное. Спортсмены, военные, агенты спецслужб всякие, космонавты — ну, то есть, самые подготовленные люди.

— И я что, сейчас тоже среди таких? — выдавила Лена. — Ну вот: на мне пахать можно, а я валяюсь без сил. Так не честно.

У меня, скорее всего, выносливость тоже уже близка к верхушке, да и ловкость — я целых четыре эссенции съел. А может, лимит и вовсе достигнут, а со следующей витаминкой я получу такое же сообщение.

Надо же…

Юля тут же влезла с «рацпредложением»:

— Предлагаю посчитать, кому сколько надо эссенций интеллекта до максимума. Узнаем, кто из нас самый умный.

— Юль, — буркнул Илья. — Ты сейчас палишься. С такими предложениями — не ты точно.

— Эй!..

— Ладно, ребят, — я привычно привлёк к себе внимание громким хлопком в ладоши. — Новость полезная, но нам пора двигаться дальше. Собираем вещи — и вперёд.

А ещё…

— В разговоре слово «эссенции» звучит отвратно. Длинное и чужеродное какое-то. Просто представьте, как в бою кричите: «срочно хватай эссенцию!» В общем, предлагаю: называем их «эски». Коротко и понятно.

Новое слово приняли без проблем, как и мою личную классификацию мутантов.

— А ещё, вы уловили важную деталь? Эссенции могут дать энергию для прокачки, если съесть сверх лимита. Сейчас проверим, как это на голод влияет. Лен, извини, быть тебе подопытным кроликом. А ещё, возможно, они и при усталости тогда тоже могут помочь — но это пока просто предположение, ещё проверим. Теперь — в путь.

Добрались мы без проблем, в кои-то веки не найдя приключений на свои задницы.

Лена, когда эссенции начали устраиваться, совсем без еды не обошлась, но лютого обжорства, как у нас всех было при прокачке ранее, у неё не случилось.

Ну вот, как слепые котята тычемся наугад, а всё равно понемногу узнаём о Системе что-то новое. И сколько ещё будет таких открытий — чёрт его знает.

Скорее всего, сейчас мы все прокачаем характеристики до максимума, нам доступного, и это хорошо. Сказать бы, что завтрашний день будет легче, но есть нюанс: патронов осталось не так много.

Мэй в последнем бою, прикрывая нас, расстреляла полтора магазина, и осталось по итогу всего двадцать два патрона. То есть — двенадцать на один полный магазин и десять на второй.

С двенадцатым калибром чуть лучше: у меня полный патронташ на двадцать пять патронов, два — в стволах обреза. По три патрона у Ильи и Шенга, у Юли — два в ружье и девятнадцать из двадцати в патронташе.

Запаса — нет.

Радуют только когти мороков. С ними, доведя до ума оружие ближнего боя, мы станем эффективнее и на короткой дистанции. Тем более, после прокачки.

Ещё, конечно же — шкура медведицы. Даже если защитим только руки, шансы на выживание неплохо так поднимуться. Меня сегодня выручали обычные вьетнамки на руке, непробиваемая чешуя — это уже совершенно иной уровень.

Когда мы свернули с проклада к торчащей над лесом скале, солнце светило сквозь стену осколка на востоке уже над самой линией гор. Ещё чуть-чуть, и стемнеет.

По широкой, утоптанной множеством людей и лошадьми тропинке среди деревьев мы прошли к основанию скалы — там и стояла избушка.

— Нифига, — выдавил Илья. — Я думал, какой-нибудь сруб покосившийся будет.

— Почти так и было. Мы с мужиками договорились, что баблайку надо подновить — да как-то вот вошли во вкус и подняли уровень комфорта.