Чтение онлайн

– Я не повторю одну и ту же ошибку дважды.

'Я укушу его... попробую его крови, даже если он мне глаза выцарапает, когда очнётся.
– Кожа на его шее была тонкой и нежной, словно лепестки цветов. Затейливый узор, колючий и бархатный, как иней на стекле, опутал шею, обежал ключицы и обвил плечи. У меня захватило дух.
– Катитесь все в ад, кто считает метки пережитками прошлого!'

'Мой' - самое приятное слово для любого альфы и самое понятное предупреждение для всех, кто вздумает посмотреть на чужого омегу.

18) Бирн - ирландская фамилия, Byrne [Бирн] - 'ворон'.

***

Мне снился кошмар, в котором я жил в подземном бункере в пустыне.

Я был женат на демоне с чёрными, как уголь, глазами, волосами цвета золотых барханов и языком, ядовитым и острым, словно жало. Он был ненормально сильным для омеги. Однажды даже завалил меня носом в кровать, применив какой-то хитрый захват, спустил штаны и сказал, что теперь он будет сверху. Заявил, что опыт у него в этом деле уже есть, и я могу не бояться за свою девственную задницу. Правда, до меня он спал только с омегами, но это неважно. Жопа - плюс-минус нюансы - у всех одинаковая.

Я называл его Заком и мог любоваться им часами. Правда, только пока он спал, когда презрительная ухмылка покидала его тонкие губы, и он вполне походил на обычного человека.

Он позволял себя любить, трогать и целовать, как нормальный и адекватный омега, только когда выдыхался после нескольких раундов в спарринге со мной. Все эти бои портили мне кровь, потому что я дико боялся навредить ему. Иногда во время секса, он меня душил, если думал, что я собираюсь кончить раньше него. Его это заводило. В итоге мы кончали вместе, и я получал от него свою маленькую порцию нежности, он говорил мне: 'Хью, обними меня крепко и считай от пятнадцати назад'. Я прижимал его к себе и считал, и когда я произносил 'один', Зак спрашивал: 'Как думаешь, мы живы?', - что за странный вопрос, я пожимал плечами и отвечал: 'Какая разница, главное, что мы вместе'.

У нас было четверо детей и все - омеги! Копии своего жуткого папаши. И я даже всыпать им не мог, когда они слишком проказничали. Ну, потому что, омеги же.

Мы с Заком ждали пятого малыша и всё, что я слышал от своей 'дражайшей половины', что я - чудовище, похитившее лучшие годы его жизни, а мои отпрыски - вампиры и кровососы, постоянно требующие его внимания и вытягивающие из него последние силы.

Как-то я решил сделать ему приятно, освободить от нашего присутствия на целый день. Взял квадроцикл и увёз детей охотиться за пустынными зверьками. Вечером вместо благодарности он обозвал меня бездушной сволочью и предупредил, что если ещё раз выкину подобный фокус, он сбежит от нас в Индию.

Каждый вечер перед сном я молился, чтобы пятым родился альфа, иначе в Индию придётся бежать мне.

Я даже не мог с уверенностью сказать, что Зак любил меня. Иногда он смотрел так, что мне казалось, будто он хочет убить сначала меня, а потом и себя. Странно, но в эти минуты я был особенно счастлив. В эмоциональном и чувственном плане наши отношения напоминали вулкан кипящих страстей и занимали почти всё моё свободное время. Если честно, это были пугающие отношения.

* * *

– Прости, братишка, что я тебе кайф ломаю, но мы должны бежать. И прямо сейчас.
– Я сонно высказал Гэбу своё возмущение о том, какого хрена так врываться. На меня он мог пялиться сколько влезет, но вот на Зака - категорически нет. Я не помнил, как уснул, прижав его к груди, точно приклеенный. Он так и не пришёл в себя, хотя был скорее жив, чем мёртв. Его тело было горячим, словно печка.
– Вся королевская конница и вся королевская рать мчится сюда, чтобы забрать собственность Reditum, поднимай задницу, хватай своё сокровище и бежим.

– Куда?! Подожди, Гэб, с Заком что-то не так, мне кажется у него жар!

– Да-да. Я знаю. Жар - это хорошо. Течка прекратилась. Организм перестраивается. Если через пару дней придёт в себя, жить будет. Не тревожься, братишка, вот если бы он был холодный и начал коченеть, тогда это было бы печально. Скоро прибудет авиетка от клиники Цилла. Советую одеться, если не хочешь встречать гостей голышом. Не хотел этого признавать, но твой безвкусный адаппластовый костюм - весьма кстати. Наряды менять будет особо некогда. Ты поедешь с Заком до клиники. Мы с Дэйви встретимся с вами позже. Сейчас нам лучше разделиться. Я попробую отвлечь внимание на себя.

– Но...

– Серьёзно, Хью, не будь таким тормозом. Выйдешь через левый туннель на задний двор дома Делаэ. На крыше будет ждать авиетка. Так, и вот что ещё, дай сюда свой браслет.
– Я протянул руку с идентификатором, с ужасом наблюдая, как Гэб в считанные секунды раскурочил его и снял с моей руки. Мои банковские счета, медицинская карта, страховка, открытые визы, паспорт, связь со скайджетом - всё это теперь было для меня в недосягаемости.
– Походишь пока вот с этим.

Так, я получил новый браслет и стал успешным стоматологом Арно Делаэ, женатым на весьма чахлом омеге Йохане, страдающим дисфункцией опорно-двигательной системы. На запястье Зака Гэб застегнул другой браслет, и Зак превратился в Йохана.

Я облачил Зака в свободную одежду и закрепил его в инвалидном кресле с антигравитационной подушкой. Через десять минут после того, как Гэб назвал меня тормозом, я уже садился в просторную авиетку с логотипом Циллы в компании двух сотрудников клиники. На мой запрос о Цилле сеть выдала фотографии пасторальных пейзажей в кантоне Тургау и рекламу реабилитационных, терапевтических и спа-программ. Неплохое место, чтобы скрываться, и для Зака то, что нужно.

По прибытии в Циллу нас заселили в люксовую палату с релаксационной капсулой и обычной двуспальной кроватью. В карте Йохана Делаэ значилось, что долгое время он лечился от депрессии, возникшей на почве невнимания к нему и частых измен со стороны супруга. После аварии, виновником которой был злополучный Арно Делаэ, Йохан Делаэ был парализован и потерял память. В Циллу супруги прибыли на лечение в связи с ухудшением состояния Йохана после его последней течки. Сейчас Йохан, вроде как, находился под действием успокоительных, обезболивающих и снотворных препаратов.