Скайгард
Шрифт:
За боевую стрельбу над курортным побережьем она и сама кого угодно упекла бы за решётку. Всё, что помнила, она рассказала ещё на первом допросе, последующие беседы с эсбистом новых фактов выявить не могли в принципе, поэтому и нервничать не стоило. По истечении недели о девушках словно бы забыли. Дней на десять. Затем всё началось заново, но уже с применением техники. Полсотни датчиков, снимающих все мыслимые характеристики организма, невероятное количество вопросов - и по делу, и откровенно идиотских.
Вопросы часто именно таковыми и выглядели, но Катя знала, что полиграф - штука достаточно надёжная, за последние сотни лет практически доведённая до совершенства, а потому все попытки допрашиваемого погрешить против истины будут выловлены, систематизированы и оценены. Затем допросы прекратились окончательно. Формально девушки находились под арестом, но Шеденберг счёл возможным отказаться от использования обычной гауптвахты - гнусного даже на вид помещения с узкой железной койкой и окошечком в бронированной двери, через которое узнику предполагалось подавать скудный паёк.
Станция «Скайгард-7» была заселена ладно если на четверть, а потому для заключённых выделили целое нежилое крыло… и разместили их в стандартных, вполне комфортных каютах. Единственное, что отличало импровизированные «казематы» от обычного жилища сотрудника «Скайгард», была полная информационная изоляция. Леночкин инфоимплантат не мог установить контакт ни с одной точкой подключения к StarNet. По всей видимости, Шеденберг просто приказал обесточить в этой части станции всю внутреннюю систему связи. А так… душ, маленький санузел, питание из офицерской столовой и планшет с неограниченным запасом литературы - жить можно. Хотя и скучно.
Ну и, конечно, никаких контактов друг с другом, равно как и с иными обитателями станции, кроме следователей и лично Шеденберга. Невинный обмен репликами с Игнатом мог стоить тому дисциплинарного взыскания… все это знали, но каждый второй охранник с готовностью шёл на нарушения. В целом мнение общества склонялось на сторону экипажа «Маргаритки».
И каждый старался дать девушкам это почувствовать - от просто пары ободряющих фраз до чего-нибудь вкусненького в составе рациона. И всё же эта каюта вызывала у Кати тихое бешенство. Стены давили на психику, вгоняли в тоску… и если в первые недели она пыталась хотя бы читать что-то умное, вроде «Основ навигации» Бенжамена Лакто или знаменитой «Физики бета-слоя» Николая Радова, то в последние дни ни на что, кроме тупой приключенческо-любовной жвачки, сил уже не оставалось. Она прямо-таки чувствовала, что деградирует, и вызов к Шеденбергу был воспринят как настоящий подарок судьбы.
Полковник жестом указал девушкам на кресла и, сцепив пальцы в замок, принялся мрачно разглядывать экипаж «Маргаритки». Игра в гляделки продолжалась минуты две… Затем Шеденберг, видимо, решив, что выдержал достаточную паузу, приступил к делу.
– Итак… что с вами делать?
– Э-э… в каком смысле, полковник?
– уточнила Катя.
– Расстрелять?
– предложила Леночка, мило улыбаясь, но шутка прозвучала довольно кисло.
Снежана просто промолчала. Всё произошедшее она с самого начала воспринимала как свою вину, на вопросы отвечала сумбурно, всё время делая упор на то, что это именно она привела подруг на проповеди Бишара, а потому и спрос должен быть с неё. Своим самобичеванием она даже меланхоличного эсбиста довела до того, что тот очень невежливо попросил девушку заткнуться и на вопросы отвечать по существу. Снежка ещё больше расстроилась, замкнулась в себе и с того момента страдала молча.
– Нарушение порядка атмосферных полётов астропорта Талеры. Боевая ракетная стрельба в непосредственной близости от населённых районов…
– Ракета была одна, да и то ЭМП, - уточнила Катя, и тут же замолкла, обожжённая яростным взглядом полковника.
– Уничтожение готового сдаться преступника, продолжил Шеденберг, играя желваками. Плюс всякие мелочи вроде угроз обслуживающему персоналу астропорта и двух повреждённых падающими обломками коттеджей.
Он снова замолчал, давая обвиняемым прочувствовать всю тяжесть содеянного. Затем неожиданно усмехнулся:
– Ну, теперь о хорошем. Комиссия Флота сверила протоколы допросов с содержимым чёрного ящика «Маргаритки». Провела обследование женщин, посещавших проповеди Бишара. Кроме того, был допрошен ваш добрый знакомый господин Резник…
Кстати, да будет вам известно, он и в самом деле считается хорошим специалистом по Пси, по крайней мере в узких кругах. Установлено, что женщины, включая офицеров «Скайгард» Шелест и Соболеву, подвергались пси-воздействию…
Он вздохнул, протянул длинную паузу и закончил:
– … а потому Шелест и Соболева, находясь под остаточным влиянием пси-программы, не могут в полной мере отвечать за свои действия.
Катя с Леночкой переглянулись - неужели с них снимут обвинения? Это казалось нереальным, учитывая, сколько же они натворили. Снежка всё так же равнодушно смотрела в одну точку - самое тяжёлое обвинение против неё было выдвинуто ей же самой, и мнение военных или гражданских экспертов её интересовало мало.
– Кроме того, формально служащие «Скайгард» находятся под юрисдикцией Флота и могут быть судимы исключительно Трибуналом Флота. Заседание какового состоялось вчера. Мне поручено огласить принятое решение…
Полковник взял со стола лист бумаги (можно подумать, чтение с планшета или с экрана произвело бы меньшее впечатление) и приступил к оглашению приговора:
– По факту открытия огня в зоне ответственности астропорта Талеры с применением системы электромагнитного подавления - снять обвинения с капитана Шелест ввиду невозможности указанной сотрудницы «Скайгард» адекватно оценивать последствия своих поступков ввиду остаточных последствий пси-программирования.
Снять обвинения с членов экипажа Градовой и Соболёвой в виду невозможности их вмешательства в действия командира в боевой обстановке. Упомянутая Градова густо покраснела.
Тот факт, что Катя пустила ракету вслед убегающей яхты, был исключительно на совести самой Леночки - пусть она и не советовала подруге применять к беглецу радикальные меры, но общий настрой капитану создавала именно Лена. И следователи, безусловно, это понимали.
– По факту открытия огня по частной яхте «Сирена» с применением штатного ракетного вооружения, повлёкшему смерть владельца яхты гражданина Федерации Тамира Бишара, - снять обвинения с капитана Шелест и членов экипажа Градовой и Соболёвой.