Чтение онлайн

– Я же сказал: забудь об этом. Давай не будем говорить о Дэвиде. Послушай, любимая, ты права, я устал, я совсем не спал прошлой ночью. Если ты не возражаешь, я чуть-чуть вздремну.

Он откинулся и немного соскользнул вперед в кресле, натянув на лицо бейсболку и подняв воротник. Сплетя свои пальцы с ее и положив руку ей на колени, он сделал вид, что спит.

Валентина от изумления и волнения никак не могла прийти в себя, сердце бешено стучало, мысли путались. Почему Рейф здесь? Что это значит? Почему, даже во сне, он так крепко держит ее за руку, будто никогда и ни за что уже не отпустит?

Вопросы возникали почти с той же скоростью, с какой вертелись лопасти вертолета. Тревожные вопросы, на которые она не находила ответа. Вопросы, вновь открывающие дверь надеждам, с которыми она с таким трудом и болью пыталась расстаться.

– Нет, - пробормотала она и решительно захлопнула приоткрывшуюся было дверь. "Черный дозор" - вот ее жизнь и ее будущее. Рейфу там нет места.

Весь остаток пути, так и не освободившись от его руки, она сухими и унылыми глазами наблюдала пейзаж в окно вертолета.

Глава 12

– Прежде всего - осторожность! Наблюдай за окном, слушай телефон.

До Валентины с трудом доходили наставления Саймона.

Предельно сконцентрировавшись на задании, она старалась не обращать внимания на команду, суетящуюся в соседней комнате. Если бы у нее была возможность выбора, она бы вообще плотно закрыла дверь и выключила свет. Если бы в комнате работал кондиционер, она пустила бы вентилятор на самые низкие обороты. Тогда она наконец оказалась бы совершенно изолирована от посторонних звуков, в полной тишине, в вакууме. Даже слабое движение прохладного воздуха не должно было мешать ей изучать ситуацию, запоминать все до малейших подробностей. Ибо у нее в руках был точный план того помещения, где забаррикадировался сумасшедший Брайсон Льюис, электронный гений и разорившийся дотла миллионер, человек, подозреваемый в растрате и убийстве. Он взял в заложницы свою бывшую жену и грозился, убив сначала ее, все вокруг взорвать.

Еще не было случая, чтобы позиция, откуда Валентине приходилось стрелять, была удобна. Сейчас ее пост находился в бывшей гостинице, служившей теперь ночлежкой.

Времена, когда дом был в приличном состоянии, давно прошли и успели забыться. Единственные удобства, доставшиеся его современным обитателям, были электричество, обшарпанные, вонючие туалетные комнаты с холодной водой да затхлые матрасы, на которых можно было отоспаться после пьянки или накачавшись наркотиками. При первой же рекогносцировке местности, когда она приехала, Валентине стало ясно, что Льюис прекрасно выбрал место для осуществления своей мести всему человечеству и своей бывшей супруге в частности. Его обезумевший гений тщательно спланировал и обмозговал все детали.

В этом умирающем городе среднего Юга, где больше не было промышленности и замерла деловая жизнь, он выбрал самое заброшенное место, в котором знал все уголки, ибо именно здесь некогда работало его процветающее предприятие.

Ветхие, полуразрушенные здания - все, что осталось от распавшейся промышленной империи, - торчали нестройными рядами. Вокруг, распространяя зловоние, громоздились горы мусора и промышленных отходов. Для осуществления своего плана маньяк выбрал здание главной конторы. Одноэтажное вытянутое строение, подступы к которому были чрезвычайно затруднены. Окружающее пространство все еще охранялось с помощью очень сложной и запутанной электронной системы, а также многочисленных минных ловушек, устроенных гениальным, но безумным интеллектом и недоступных для понимания нормального ума.

Движимый звериной ненавистью ко всему миру, а особенно к бывшей жене, Льюис тщательно подготовился и спланировал свою адскую операцию, оповестил о ней город и назначил день мести. Поначалу начальник городской полиции решил действовать прямо и быстро, просто отключив электричество, чтобы, дождавшись ночи, под покровом темноты с командой саперов и специально подготовленными собаками прочесать всю территорию и разминировать ее.

Но Льюис, угадав замысел полицейских, предупредил, что, если отключат электричество, женщина умрет вместе с заходом солнца. На все предложения и уговоры полиции он отвечал одно и то же: в назначенный день женщина умрет. И пусть никто не суется ее освобождать, он заминировал здание по особой, им самим составленной схеме, так что без огромных жертв освободителям не обойтись.

Брайсон, это было ясно, с самого начала решил, что умрут они оба. Поэтому он и был совершенно непреклонен и спокойно наслаждался ужасом жертвы и растерянностью властей.

В этой тяжелой и даже безнадежной ситуации у полиции, перекрывшей все подступы к зданию, оставался только один выход. Раздался звонок. Саймон ответил. Операция целиком перешла в ведение "Черного дозора".

Была срочно сформирована команда, взвешены все возможности и вероятности и, наконец, выработан план. Подготовительный период кончился. Пришло время действий. Из ночлежки эвакуировали бродяг и наркоманов. Наладили телефонную связь с Льюисом. Для решающего выстрела Саймон, хотя ему этого и очень не хотелось, вызвал Валентину - своего лучшего снайпера, своего Ястреба. Теперь она, в полном одиночестве пристроившись у окна в грязной, вонючей комнате, ждала, когда безумец покажется в окне своей бывшей конторы.

Все, конечно, понимали, что, даже если он и покажется, а это было весьма проблематично, шансы на удачный выстрел весьма ничтожны. Расстояние было слишком велико, и из-за забора и гор мусора окно именно той комнаты, где укрылся безумец, было видно не полностью. На ее стороне - один шанс из ста, и Валентина прекрасно знала, что этот призрачный шанс - единственное, что может спасти Бетти Льюис.

Необходимо было что-то придумать, как-то выманить мерзавца к окну.

– Но как?
– прошептала она так тихо, что это было больше похоже на вздох, слабое колебание воздуха, густого от изнуряющей жары, которая так часто бывает ранней осенью на Юге. Рубашка давно уже намокла и прилипла к спине, влажные волосы облепили шею. Пот жег глаза, мешая смотреть. Но она ни разу не шевельнулась, ни на секунду не забыла о цели.

Боясь обнаружить себя случайным взблеском металла, Валентина не надела часы, так что у нее было довольно смутное представление о том, который теперь час. Ведь она могла ориентироваться только по движению солнца. Но внутренние часы тикали в голове. Она всем своим существом ощущала, что отпущенное ей светлое время подходит к концу и неотвратимо близится вечер.

Господи, помоги мне! Дай мне шанс! Всего один шанс!

– Вот, любимая, выпей это.

– Что?
– Тихий шепот не нарушил напряженного внимания.

Холодный стакан дотронулся до ее горячей щеки, и Рейф опустился рядом с ней на колени.

– Не Бог весть что, но все же лучше, чем вода из ржавой трубы, раскаленной солнцем Аризоны.

Аризона.

Мозг Валентины судорожно пытался поймать и осмыслить мелькнувшую при этих словах мысль.

Снова коснувшись ее щеки, Рейф повторил:

– Выпей. Пожалуйста. Обещаю, у меня не войдет в привычку отвлекать твое внимание, но ты ведь сидишь здесь уже несколько часов. Если так пойдет и дальше, ты просто свалишься от обезвоживания.