Шрифт:
Кто-то любит зиму, кто-то нет. Одним нравится хруст снега под ногами и атмосфера зимней сказки. Другие ненавидят сугробы и предновогоднюю суету. Павел относился ко второй категории, но не по этим причинам. Ему просто не по душе холод. Да и Новый год давно перестал приносить прежнюю радость и восторг. Кому понравится справлять праздник под шумный гам соседей и грохот салюта в одиночестве?
Когда начинался первый снег, Павел брал дополнительные смены на работе и старался забить ими все праздники. Семьи у него не было, отец и мать в другом городе, до которого ехать 5 часов на поезде. Друзья же праздновали со своими родными. Так что, бой курантов мужчина привык встречать под горячий чай с бутербродами у монитора компьютера в офисе.
Не то чтобы Павел совсем не любил праздники, скорее ему не хотелось упускать возможность подзаработать. А погулять он ещё успеет, потом.
– Слушай, ты точно не хочешь пойти? – спросила Риточка, главбух их маленькой компании «Сладость в радость», которая занималась производством сладостей и ёлочных игрушек. – Будет много народу и салют.
Женщина пыталась запихнуть пухлую папку на полку, стоя на цыпочках. Павел встал и помог ей. Она была невысокой и пухленькой. В отделе её любили за звонкий смех, но не дай бог вы напутаете что-то в цифрах. Тяжёлый взгляд и час нотаций вам обеспечены.
Юноша смотрел на неё сверху вниз и поправил очки.
– Нужно закончить с дизайном сайта. Да и переделать оформление упаковок.
– Ох, Паша, ты так всю молодость просидишь. Но, дело твоё. Главное – офис не забудь закрыть.
Она передала ему ключи и начала собираться.
– Я вас провожу.
Идя по-пустому и полутёмному коридору, Павел ощупал тонкий куверт с премией, который ему вручала главбуха. Хотя, учитывая сколько часов он здесь просиживал и ещё работал дома, конверт мог быть и попухлей.
– Все они жулики и воры. – ворчал себе под нос Сергей Крюча, запирая кабинет. Он никогда не уточнял кто «они» и что именно украли. Лысеющий мужичок всегда был склонен к ворчанию и сплетням, поэтому легко нашёл общий язык с Жанной, секретаршей начальника. Тот тоже любил пообсуждать коллег и их личную жизнь.
– Опять ворчите Серёжа. Хоть бы в праздники угомонились, – вздохнула Риточка.
– Да вы видели цены в магазинах? Я что, по их мнению, деньги на принтере печатаю?! – возмутился мужчина, – А мои оболтусы просят новый компьютер и телефоны. Старые, мол, уже глючат. Так, ещё тёща икры требует купить. Не праздники, а разорение какое-то.
– Ну-ну, – примирительно улыбнулась женщина, – сегодня канун Нового года. Нужно быть щедрым не только на деньги, но и на любовь к близким.
– Любви у меня хватает. Я так их всех люблю, век бы не видеть, – хохотнул мужчина. – Вот завидую я тебе Паш. И деньги тратить не надо и об икре не думать.
Павел закатил глаза. Этот разговор повторялся из года в год и стал новогодней традицией. На улице их ждало такси вместе с Жанной, одетой в новенькую шубу.
– Вот кому точно не приходиться не о чем думать, – шепнул Сергей и спустился по ступенькам.
– Давайте быстрей. Мне нужно ещё за цветами для мамули, – поторопила их секретарша, кутаясь в мех.
– Ты точно не пойдёшь? – мягко спросила Риточка.
– Точно, – отмахнулся Павел. Ему начинала надоедать забота этой женщины. Он для неё, по сути, никто, просто коллега. Главбух вздохнула и тоже села в такси. Проводив их взглядом, юноша закрыл дверь и вернулся в офис. Наконец, тишина. Сделав себе чай, Павел поудобней уселся за компьютер и принялся за вёрстку сайта.
Покой офиса нарушало лишь тиканье часов и проезжающие машины за окном. Большая стрелка замерла на цифре десять , когда до слуха юноши донеслись странные звуки, похожие на скрип половиц. Это заставило его прекратить щёлкать мышкой и прислушаться. В их офисе была либо плитка, либо линолеум, но никак не доска или паркет.
Вот опять «скрип», «скрип». Павел встал и выглянул в тускло освещённый коридор. Никого. Решив, что ему почудилось, юноша собрался развернуться, как сбоку возник низенький силуэт и хрипло произнёс.
Конец ознакомительного фрагмента.