Сказка о том, как Иван женился...
Шрифт:
— Поговори мне, — окончательно утвердилась в принятом решении Прокуратура.
***
Как всегда в их семье, вначале все складывалось прекрасно. Отпуск. Отдых на море в шикарном отеле. Дети рядом. Мать на даче. У них с Андреем отдельный номер. Правда, на пороге покрытого сусальным золотом отеля их встретил не только мини-бар с бесплатным пивом, но и подозрительные немцы. Тем не менее виски с содовой, наливаемое щедрой рукой турка, и королевская кровать, да с мужем, да под приятное жужжание кондиционера смогли расслабить усталое тело российского врача настолько, что звонок явно перебравшего в познавательной экскурсионной поездке супруга не поселил в душе страха.
Она внимательно выслушала все инструкции, перемежаемые словами «шмаровоз американский» и «кумпол у козла снесло», а потом решила, это задание ей под силу!
Вспомнив студенческие годы в Пицунде, кандидат медицинских наук слегка подкрасила губы и, захватив сто долларов «благодарности», отправилась на ресепшн. Портье снисходительно отнёсся к пожеланию «пока мужа дома нет, разыграть друга» и выдал ключ-карточку в номер напротив, лишний раз уверившись в моральном облике любой из «российских Наташ», с мужем они приехали на отдых или без...
***
Пока Наталья Николаевна в сарафанисто - подкрашенном виде передвигала кресла в чужом номере и прятала в тугом бюстгальтере маникюрные ножницы для самообороны, Ирен Рихтенгтен одевала удобные шорты и драпировала лицо косынкой и кепкой.
— Это все халоймес! — шептала она себе. Но уверенность в правоте росла. Хенрик лишится покоя без своей маленькой тайны. А покой семьи для еврейской матери священнее, чем Брейшит!
***
Дживс Бристон не то чтобы нервничал, но почему-то постоянно поглядывал на часы: стрелки вели себя странно: то торопились ускакать, показывая, что время летит стремительно, то словно замирали на месте.
В такие моменты начинало покалывать в груди. Вначале просто как короткие разряды током, но с каждым разом боль кусалась все сильнее.
Через два часа дороги ощущения были такие, словно на уровне соска прожгло сквозную дыру. На лбу появилась испарина.
Выписанные кардиологом таблетки почему-то, не помогали, но мысли о находке и торжественной поездке в Ватикан слегка притупляли занозу боли.
Отель встретил прохладой, тихой музыкой и запахом только что расставленных в огромные вазы свежих роз.
Бристон вздохнул с облегчением и заторопился к себе.
— Вам доставить в номер шампанское? — услышал он.
— Спасибо, — буркнул оторопевший Дживс и посмотрел на подозрительно улыбчивого турка, стоящего за стойкой ресепшен.
— Нет, не стоит...
Портье игриво помахал ему вслед.
Глава 18
Её всегда окружала плотная вязкая тьма, с редко мерцающим светом похожих на лазерную указку лучей. Она жила в этой чернильной приторной сухости бескислородной камеры, тёплой и вызывающей озноб. В протуберанцевых всполохах сливающихся в запредельное сияние лучей.
Аид, её спутник, друг, муж, её частица живой человеческой сущности, её второе Я, которое она сама, по собственной инициативе, перенесла в себя, так описывал этот мир.
Но глубина и тьма земной мантии мудро хранила свои тайны. Глупцы сложили о ней легенды, а умных она давно отвадила от себя, дав им видимость прозрения. Да и сколько их, ведающих: Пифагор, Леонардо, Джордано Бруно, Планк...
Иногда, они вместе слушали рокот гигантского огненного сердца планеты. Реже, угрожающий гул, начинал напоминать рёв и стоны, загнанного вглубь зверя, и они засыпали, под эти звуки.
Планета жила, огрызаясь и ласкаясь к ним одновременно. А вокруг катил безбрежные огненные чёрные воды Великий Океан расплавленной тверди, своей кровью поддерживающий магнитное поле. Их с Аидом дом.
***
— Ты уверен в правильности решения? — огненные лучи, сплетались и расплетались в глубине.
— Они будут собраны. Их собственный дух решит все вопросы. Я буду наблюдать.
— Они избраны. Ты сделал выбор.
— Разве я, обманщица Лилит?
— Мое имя Кора. Выбрал ты.
— Я не поощряю детей, пусть решают сами...
За стенами рокочет бушующий магмой океан. Кровавые блики лучей строят на стенах странные фигуры.
— Мир не стоит на месте.
— Мы тоже должны измениться. Я хочу. Мы хотим. Невозможно слушать только, как бурлит вечность...
***
Алгоритм загадочной улыбки портье расшифровался просто – дверь номера была незапертой, хотя агент мог поспорить на свой профессиональный жетон, что уходя, он заблокировал замок. Комната приветствовала жильца таинственным полумраком.
— Жарковато сегодня, поэтому я взяла на себя смелость опустить жалюзи, — слегка извиняющимся тоном сообщила восседающая на кресле рядом с заправленной постелью женщина. – Меня чуть тепловой удар не хватил, — и она указала на влажное полотенце, которое словно тога обволакивало грудь.
— Да… пожалуйста, — озадаченно пробормотал плохо себя чувствующий Дживс, пытаясь угадать, что же привело к нему супругу прокурора. – Можете даже душ холодный принять, по такой погоде… освежает, я не против.
— Благодарю, но это слишком интимный момент, а тут всё-таки отель, — отказалась дама и изобразила целомудренную улыбку.
О том, что здесь действительно гостиница напомнила и соседка — она как раз прошлась по общему балкону-террасе в несколько легкомысленном летнем наряде, состоящем из шорт, купального лифчика и банданы.
— Простите, я не помешаю? – Ирен заглянула через приоткрытую дверь, а затем аккуратно постучала ноготком в окно. – У меня животрепещущий вопрос…
До конца объяснить цель своего визита она не успела – агент отчего-то опустил глаза с лица дамочки на её бюст, вздохнул, а потом, закатив глазные яблоки, прохрипел нечто маловразумительное и гордо рухнул на мягкий ковровый ворс.