Чтение онлайн

***(АНЯ)

Веселая обычно девчонка, работавшая посудомойкой на кухне, плакала навзрыд, утираясь рукавом и не очень чистым передником. Лицо уже распухло от слез, а она все не могла остановиться. Вероника "призывала" с кухни уже вторую чашку с водой, а я пыталась выяснить причину такого безудержного горя, из-за которого вылилось уже море слез.

– Ну все, давай, бери себя в руки, - уговаривала я девчонку.
– Хочешь, я тебе сказку расскажу?

Я ляпнула просто так, а та всхлипнула еще раз и кивнула. Вот засада! Я пыталась что-нибудь срочно вспомнить подходящее, лихорадочно шаря взглядом по столовой. Мне на глаза попалась дверь, ведущая в кухню... Что-то такое промелькнуло, но я упустила. Вновь посмотрела на девчонку и тут же ясно представила ее, мелкую, смешную, неуклюже пробирающуюся по пояс в снегу между высоченными соснами на лесную делянку с судочками для еды...

***(НАТАН'НИЭЛЬ)

Я чувствовал негативные эмоции. Кто-то из людей был сильно расстроен, но в то же время, даже в этой Школе, оказалось, есть те, кто проявляет искреннее сочувствие. Я был приятно удивлен, зная, насколько бывают злы дети. Правда, они уже выходят из того возраста, когда иметь собственное мнение не считается нормой, но я видел много подобных школ и других учебных заведений, где происходит самая настоящая травля физически слабых или малочисленных представителей какой-нибудь расы, не умеющих постоять за себя. Это как маленькая модель будущей взрослой жизни, только более утрированная, извращенная и более максималистская. Мне стало интересно, и я задержался.

Вокруг заплаканной девочки, едва перешагнувшей порог, за которым ее можно было бы назвать подростком, а не ребенком, собралась небольшая толпа. Орчанка, что заинтересовала меня больше других первокурсниц, как возможная кандидатка в невесты моему непутевому племяннику, стояла рядом с ней и ласково гладила по волосам все еще всхлипывающую девчушку.

Орчанка была хороша. Неудивительно, что нас обычно тянет к такому типу женщин. Карие глаза с бесовщинкой, хищные черты лица... Горячая, гибкая, высокая, заводная. А как они танцуют! При этом совершенно нет шансов на легкую доступность, что и раззадоривает особо неокрепшие молодые умы.

Думаю, я вычислил загадочную пассию мальчишки. Тем более, в тот вечер было какое-то нашествие орков в городе. Наверное, насмотревшись, не смог справится с разгоряченной кровью и обуздать свои желания. Так поломать себе жизнь... Жаль дурачка, но ничего не поделаешь. Надо проучить, и Малый Обряд будет проведен, скольких его истерик мне это не стоило бы. Не самая плохая кандидатура, кстати. Как же ее зовут?.. Ве... Вере... Вероника! Угу.

А смотрела орчанка при этом на человеческую девушку. Я повнимательней взглянул и на нее. Симпатичная, даже, наверное, красивая, по человеческим меркам, естественно. Серые глаза, эмоции на живом лице, длинные русые волосы. Фигуристая... довольно большая грудь, впрочем, у человеческих женщин это признак хорошей перспективы материнства. Только мелкая. Едва ли не самый маленький рост среди стройных высоких не-людей.

Не сильно выделяясь, оставшись позади и слегка зачаровав себя от излишнего внимания, я прислушался к тому, о чем человечка так увлеченно и вдохновенно рассказывала, изображая персонажей, уже не замечая собравшихся вокруг слушателей.

Вот уж, действительно, сказка! Чудесные отношения из мира людей, в котором не было никакой магии. Где она только такого нахваталась? И их отношения к любви, дружбе, порядочности, долгу, совести - все было понятно и занятно одновременно: какие-то машины, работающие на со-ляр-ке и бен-зи-не (без всякой магии!), конечно, при изрядной доле воображения, можно представить. Гномы еще и не такое наизобретают, с их непревзойденными инженерными талантами, но вообще, утопия полнейшая.

Сама сказка про девушку-повариху Тоню, полюбившую "гарного хлопца" Илюху, про их чувства, переживания, про то, как долго они шли к взаимопониманию, про их друзей, подруг, недоброжелателей и соперниц мне понравилась.

Примерно на половине ее забавной истории, я увидел племянника и поспешил отодвинуться еще дальше. Он странно себя вел. Подошел как-то робко, словно решаясь на что-то. Я знаю, насколько сын своей матери обычно самоуверен, понимая, что действительно имеет выдающуюся внешность и некий шарм, а тут... Но самое странное, что его больше заинтересовала рассказчица, а не сногсшибательная орчанка. Надеюсь, он не решил их тут всех оприходовать, раз ему уже терять нечего?

***(САНДРИЭЛЬ)

Я подошел поглазеть, что за собрание в столь странном месте. Мне показалось, что я слышу знакомый голос. Впрочем, неудивительно, я теперь почти всегда слышу ее голос, эта человечка когда-нибудь сведет меня с ума. Но, оказалось, что на слух жаловаться еще рано. Анхелика действительно была в центре внимания. Тариэль, присутствующий с самого начала, вкратце обрисовал ситуацию. Я с грустной улыбкой смотрел на Аню и хотел, чтобы она меня не заметила. Она не обращала на меня внимания, но настроение заметно портилось. Я уже успел ее изучить за эти несколько дней. Я когда-то слышал, что люди верят - зло возвращается сторицей к тому, кто это зло причинил. Я хотел ее наказать за то, чего она не совершала, а наказанным оказался сам...

В целом мне ее мифический мир людей понравился. И где ж она такие сказки слышала? И песни ее странные, и сама она... опять приходит на ум это слово "неудобная". Неправильная, непривычно реагирующая на элементарные ситуации...

Я все смотрел и смотрел, не замечая больше никого вокруг, на смеющуюся, забывшую про свои горести девчонку, на раскрасневшуюся увлеченную рассказом Аню, и мучительно раздумывал, что делать?

Решение пришло само, когда сказка подошла к концу. Все начали расходиться, девчонка принялась убирать со столов и "нечаянно" (при совсем крошечной помощи с моей стороны) вновь уронила тарелку...

Анхель, медленно направляющаяся вместе с Вероникой к выходу, обернулась. Кухонная девчонка уже снова собиралась зареветь, но я проявил оперативность и оказался рядом.

– Эй! А ну не реви! Смотри!
– я взмахнул рукой (честно говоря, жест больше на публику, грациозные пассы руками для меня уже необязательны), и куски разбитой тарелки, подчиняясь моей команде, сползлись и слепились вместе. Целехонькая тарелка зависла на расстоянии ладони над полом.
– Ну что застыла? Поднимай!