Чтение онлайн

– Молодой человек, – заявил тот, – благодарите Бога, что событие, приведшее вас в тюрьму, получило счастливое завершение. Еще немного, и ваш удар оказался бы смертельным, но, к счастью, этого не произошло и ткач не только поправился, но даже просит меня простить вас… Итак, поскольку, помимо всего прочего, у меня сегодня именины, я поступлю более снисходительно, чем вы заслуживаете… Я возвращаю вам паспорт и даю эти четыре талера… Ступайте себе с Богом… А еще я посоветовал бы вам бросить игру, особенно в кегли.

Готтлиб от всего сердца поблагодарил бургомистра за совет и деньги и, раздираемый противоречивыми чувствами, покинул город, повторяя в душе своей клятву никогда больше не играть.

Следующий день был субботой.

Итак, заканчивалась неделя, в течение которой токарь ни разу не сыграл в кегли. А вы, дорогие дети, помните, что он обещал сатане играть не реже трех дней из семи.

Всякий раз, когда Готтлиб вспоминал об этом обещании, сердце его сжималось, а из груди вырывался тяжкий стон.

– О Боже! – шептал он время от времени. – Только Ты можешь меня спасти… Но если даже я недостоин Твоего сострадания, я не стану роптать…

Произнося эти слова, юноша каждый раз испытывал душевное облегчение, будто тяжкий груз спадал с его груди.

Поручив себя Господу, Готтлиб бодро зашагал по дороге и к концу дня подошел к небольшой деревеньке, красиво расположившейся на берегу реки, вблизи вековой дубравы.

Присев у обочины, Готтлиб съел ломоть хлеба, выпил кружку воды и стал молиться.

Едва прозвучало последнее слово, послышался треск раздвигаемых веток. Юноша обернулся и увидел старого угольщика, с головы до ног запорошенного сажей.

Угольщик внимательно посмотрел на него.

– Эй, парень! – спросил он. – Что это ты такой грустный, будто тебе нож приставили к горлу?

– Хуже того… – ответил Готтлиб.

– Хуже не бывает.

– К сожалению, это так, – продолжал токарь, – поскольку мне грозит не только смерть, но еще и вечное проклятие.

– На этот счет, парень, могу тебе сказать только одно: все зависит от тебя! Покуда человек жив, его спасение в его руках!..

Готтлиб грустно покачал головой и тяжело вздохнул.

– Коли так, расскажи, что с тобой стряслось. Может, я дам тебе хороший совет…

Поначалу Готтлиб засомневался, но, видя доброжелательность угольщика, выложил ему все, как на духу. Окончив свою грустную повесть, он добавил:

– Как видишь, я целиком во власти Сатаны, так как наш контракт будет расторгнут только тогда, когда я встречу игрока лучшего, чем я… Но это невозможно, поскольку одним ударом я сбиваю все девять кеглей… Даже сам Господь Бог не сыграл бы лучше!..

– Впрочем, – добавил Готтлиб, подняв глаза к небу, – ждать мне осталось недолго. Вот уже кончается суббота, а я еще не прикасался к шару и не сбил ни единой кегли… И завтра в полночь произойдет то, что и должно произойти… Но что бы ни случилось, от своей клятвы бросить играть я не отступлюсь!

– Ни за что на свете?

– Ни за что. Я больше никогда не буду играть. Ни в кегли, ни во что другое!

– Мой юный друг, – сказал угольщик, – твои дела – что и говорить! – плохи… Однако не следует отчаиваться. Нередко оказывается так, что чем больше опасность, тем ближе спасение. Доверься Всемогущему, перед силой которого могущество Сатаны – всего лишь мыльный пузырь.

– Я знаю! Знаю! – проговорил Готтлиб. – Но Сатана хитер.

– Ну уж не так, как кажется! – засмеялся угольщик, и на его черном лице сверкнули белые, как сахар, зубы. – Тебе известно, чем кончилась его последняя история?

– Нет, – печально ответил токарь.

– Ну так слушай!

«Одному арабскому шейху Сатана оказал, не помню какую, услугу, и когда тот спросил, чем он ему обязан, дьявол сказал:

– Отдай мне урожай этого года и будущего.

– Что ты хочешь получить? – задал вопрос шейх. – Вершки или корешки?

– Разумеется, вершки! – воскликнул Сатана.

Шейх посадил картошку, морковь и репу. Собрав осенью урожай, он отдал дьяволу ботву, а себе взял все остальное.

– Ладно, ладно, – сказал Сатана. – На этот раз ты меня перехитрил. Но со второго урожая ты отдашь мне корешки.

Шейх посеял рожь, рис и кукурузу. Собрав урожай, взял себе зерно, а корни отдал дьяволу!»

– Все это хорошо, – грустно возразил Готтлиб. – Но в моем контракте с Сатаной не говорится ни о вершках, ни о корешках…

– Ну ничего, – подбодрил его угольщик, – не унывай! Иди в деревню, найди там постоялый двор и выспись хорошенько. А утром отправляйся дальше в путь, полагаясь на Всевышнего. Пройди три деревни и остановись в четвертой. В трактире «Меч Архангела» найдешь меня. Ну, до встречи!

И, еще раз призвав Готтлиба не отступать от своих добрых намерений, угольщик исчез в кустарнике, из которого перед тем появился.

Юноша в точности исполнил его указания и после удивительно спокойной ночи отправился на поиски указанной деревни.

Но уже во второй деревне – а вы, дорогие дети, помните, что остановиться Готтлиб должен был только в четвертой – услышал стук кеглей и тут же, всего в нескольких шагах, заметил корчму, а рядом с ней сад.

Стук падающих кеглей доносился оттуда.

На игровой площадке находился всего один человек. От скуки он упражнялся в игре в кегли.

Завидев приближающегося Готтлиба, он вышел к нему и пригласил сыграть.