Чтение онлайн

– Я хочу вам задать важный вопрос…

Редактор подошел теперь уже к нему вплотную, словно хотел заглянуть в глаза этому человеку, одетому скорее как русский крестьянин, а не как командир некоего вооруженного формирования.

– Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос точно… даже если он покажется вам странным.

– Минутку!.. сначала я задам вопрос, – посерьезнев, и как-то даже подобравшись, приосанившись, сказал Назаров. – А вы кто, собственно, будете такой?

– Меня зовут Павел Алексеевич. Должность моя… она вам ни о чем не скажет. Могу показать документ, – Редактор сунул руку во внутренний карман, где в потайном отделении хранится – как и у остальных двух – служебное удостоверение. – Вот, пожалуйста!..

Назаров посветил фонарем на развернутую ксиву.

– Совет безопасности Российской Федерации… Старший эксперт Информационно-аналитического департамента…

Он криво усмехнулся; передал удостоверение, затянутое в пластик, обратно этому странному мужчине.

– Может, братишка прав? – задумчиво сказал Назаров. – А что, если вы пришли вы от супостата?

– Мы – свои, – веско сказал Николай. – Сам же только что говорил, что регалии и ксивы теперь не имеют значения!..

Он, как и Сотник, еще раньше обратил внимание на то, что на рукаве Назарова видна трехцветная – бело-сине-красная – повязка. Такие же нарукавные повязки, хотя и замызганные порядком, красуются на рукавах тех парней, кто задержали в переулке подозрительную троицу мужчин…

– Мы, Назаров – федералы! Мы трое – сотрудники федерального правительства, – уточнил Николай.

– Если ты веришь мне, Леша, то верь и моим спутникам! – подал реплику Сотник. – Нам действительно позарез нужна инфа!

– Как вас там… Павел Алексеевич? – глядя на мужчину в черных очках, сказал Назаров. – Что именно вас интересует? Сколько у меня бойцов под началом? Сколько и какого имею боекомплекта? Как обстоят дела с питанием, водой, медикаментами, есть ли у нас санитарная часть?.. Какого рода информацию вы рассчитываете получить от меня?

– Я хочу спросить о другом, – почти спокойным голосом произнес Редактор. – Меня… нас троих, а также тех, кто нас послал, интересует, что именно произошло полтора года назад? Вернее, – поправился он, – девятнадцать месяцев тому назад?!

– Что случилось минувшей весной? Именно это вас интересует? Странно…

– Какое событие, капитан Назаров, послужило причиной… первопричиной тому, что мы видели – видим и слышим! – здесь, в Вознесенском?

Исхлестанное ветром, задубевшее на скулах лицо однокашника Сотника на какое-то мгновение застыло… словно он сам, этот человек, превратился в камень и лед.

– Вы это серьезно? – выдохнул он. – Или… это скрытая издёвка?

– Куда уж серьезней… Давайте для начала уточним текущую дату. Сегодня у вас… у нас, то есть, какое число? И какой месяц?

– Седьмое… Хотя нет, уже – восьмое… – Назаров посмотрел на свои «командирские», затем покосился на стоящего чуть правее от них однокашника. – Точно – восьмое декабря!

– Восьмое декабря, – Павел Алексеевич утвердительно кивнул. – Так я и думал… Так что же произошло девятнадцать месяцев назад?.. А именно, восьмого или девятого мая минувшего года? Если, конечно, в эти указанные мною сроки случилось хоть что-то, заслуживающее внимания.

– Девятое мая, – задумчиво произнес Назаров. – Девятое мая, – повторил он странным голосом. – Ну, вы и даете… Кто же из нас, ныне живущих, из тех, кто иногда заведует мертвым, не знает, что именно случилось в тот день, о котором вы упомянули…

Сотник, когда его однокашник сознательно ли, или же вспоминая о чем-то своем, пережитом, отодвинутом, возможно, более свежими событиями в дальний закуток памяти, включил эту драматичную многозначительную паузу, успел весь покрыться потом.

– Да, девятое мая… – глядя куда-то в сторону, произнес Назаров. – Я дежурил с двумя коллегами неподалеку от места события…

– От какого именно «места событий»? Важны детали!

– От Красной площади, естественно!..

– Рассказывайте дальше!

– Когда «ильюшин» резко просел, а затем косо, заваливаясь… и уже был виден дым из двигателей!.. пошел к земле… ну а мы, понятное дело… да, все мы в те минуты смотрели в небо, следили за пролетом… Когда пилот А-50 [105] совершил этот странный маневр… и когда уходящий от него, от неминуемого столкновения «сухой» задел крыло «бункеровщика», [106] пилот которого тоже, вероятно, уходил на вираже от падающего, горящего самолета… Вот это было поистине адово зрелище, я вам скажу!..

Некоторое время в этом помещении с заиндевевшими стенами, подсвеченном двумя включенными фонарями, висела тишина, нарушаемая лишь внешними звуками – завыванием ледяного ветра, вольно, по-разбойничьи высвистывающего в раскрытых внутренностях домовых коробок, а также звуками стрельбы в соседних кварталах.

– Значит, было все ж таки летное происшествие? – спросил Редактор. – И именно девятого мая?

– Вы как будто сами с неба упали… – в голосе Назарова прозвучали смешанные нотки удивления и раздражения. – Фига себе – «происшествие»?! Это была настоящая катастрофа!

– Еще раз прошу вас не удивляться нашим расспросам, Алексей Петрович, – сказал Редактор. – Что именно произошло тогда? Что вы сами об этом знаете? Нам нужны детали!

– Хм…

Назаров, сняв рукавицу, поскреб щетинистый подбородок.

– Странные вы люди… Да кто ж этого не знает?

Двое парней из команды Назарова, стоявших до этого момента спокойно, вольно, – но прислушивавшихся к разговору – передвинули автоматы на живот. Это обстоятельство, понятно, не скрылось от внимания ни двух спецназовцев, ни их командира.