Скриптер
Шрифт:
– Принцесса – это я, – сказала дама в ветхих одеждах и нелепой розовой шляпке. – И это именно я, глубоко неуважаемые господа, пообещала этим несчастным, третируемым вами людям устроить сегодня для них праздник души.
Главврач посмотрел на старшего смены охраны.
– Что это еще за чмо? Кто такая? И что здесь делает?
Тот не успел ответить, – да и не знал, что сказать – поскольку это странное существо, эта особа, похожая на нищенку, на побирушку, само подошло к ним.
«Принцесса» достала из кармана своего грязного драного плаща, под которым у нее пододеты еще какое-то тряпки, старый портсигар из мельхиора. Раскрыла его; достала самокрутку, сунула в губы. Извлекла из другого кармана золотистого цвета зажигалку. Щелкнула «ронсоном», прикурила. Затем сделала глубокую затяжку, не обращая, казалось, внимания на присутствующих.
Начальник охраны, у которого от гнева даже лицо перекосилось, снял с пояса резиновую дубинку. Он протянул левую руку вперед, намереваясь схватить эту наглую «бомжиху» – или кто там она – за шиворот. Правая его рука, с зажатой в ладони дубинкой, взметнулась над головой – он не задумываясь ее воспользуется, этой резиновой дубинкой, если дерзкая особь попытается оказать сопротивление, или посмеет не подчиниться.
«Принцесса», странно усмехнувшись своим обезображенным струпьями и шрамами лицом, глядя на него желтовато-изумрудным глазом, выпустила изо рта облачко дыма. В воздухе повис странный аромат, от которого у присутствующих сделалось головокружение. Само это облачко приняло форму правильного кольца диаметром около метра. Затем оно, это «кольцо», плавно переместилось – плывя по воздуху – к застывшему вдруг в своей угрожающей позе старшему охраннику. И вот уже прошло, как бы нанизываясь, подобно тому, как это бывает при игре в серсо, через правую руку, сверху вниз, от головы к подошвам, через все тело…
– Бинго! – звонко сказала «принцесса». – Как звать-то тебя?
– Оле-ег… – тонким, не вяжущимся с его комплекцией и только что звучавшими речами, голосом сказал сменный начальник охраны. – Меня зовут Оле-ег…
– Можешь опустить руку, Олег. Сейчас ты пойдешь к воротам!..
– К воротам, – тем же тонким голосом повторил двухметроворостый охранник. – Ага…
– Откроешь их настежь!..
– Открою ворота настежь…
– Пропустишь на территорию весь приехавший сюда транспорт!
– Пропущу…
– Впустите сюда также всех людей, кто прибудет в скором времени, и кто будет участвовать в дальнейшем!
– И этих впустим…
– А вот никого из медперсонала из больницы не выпускайте!
– Медперсонал не выпускать…
«Принцесса» легким быстрым жестом коснулась указательным пальцем левой руки его лба.
– А теперь, Олег, иди и займись тем, что тебе велено делать!..
Старший охраны четко повернулся кругом и поспешил к воротам – выполнять только что полученные распоряжения.
Главврач, очнувшись, провел рукой по лицу, как будто пытался стряхнуть окутавшую его липкую паутину.
– Что за хрень здесь творится?! – пробормотал он. – Начальник охраны! – крикнул он несвойственным ему – дребезжащим – голосом. – Куда?! Назад! Охрана, ко мне!! А ну схватить эту… эту авантюристку!!! Быстро все ко мне!!!
Несмотря на призывы главврача, никто – решительно никто, ни один из находящихся поблизости людей – не кинулся выполнять его команд.
– Я так и знала, что вы будете недовольны, – сказала, глядя на него своим кошачьим глазом, «принцесса». – Я все про вас знаю, неуважаемый Вениамин Семенович!
– Откуда?! – выпучив глаза, крикнул главврач. – Я тебя… я вас первый раз вижу!
В этот момент подал голос охранник Геннадий.
– Она все знает, – сказал он. – Она знает наперед, что с кем будет. И она знала, что вы, Вениамин Семенович, приедете в больницу, а также и то, что все соберутся здесь, у главных ворот.
– Спасибо, Гена, – не оборачиваясь, сказала «принцесса». – Уточню еще раз: я знаю только то, что мне положено знать.
– Ерунда, – пробормотал дежурный врач Кислов. – Чушь. Бред. Такого не может быть…
– Почему же? – желто-изумрудный глаз уставился на коротышку в белом халате. – Хотите знать свое ближайшее будущее?
– А я его и так знаю…Сейчас мы наведем порядок во Втором корпусе! А утром после дежурства я поеду домой.
– Нет, не угадали. – Особа в драном плаще и шляпке сделала глубокую затяжку, затем пустила кольцо ароматного дыма в его сторону. – Ни сегодня утром, ни завтра, ни через месяц, вы эту больницу не покинете.
– Это еще почему?
– Скоро сами узнаете.
«Принцесса» посмотрела на главврача. Потом пустила еще одно колечко пахучего дыма, от запаха которого у всех, кроме нее самой, основательно кружилась голова, – уже в его сторону.
– А вам, Вениамин Семенович, интересна ваша дальнейшая судьба?
– Да, – сказал тот истончившимся голосом. – Интересна…
Дама в розовой шляпке щелчком отбросила окурок; тот, описав дугу, угодил точнехонько в стоящую неподалеку металлическую урну.
– Сегодняшнее утро вы встретите в смирительной рубашке. А сейчас садитесь за руль! – Она посмотрела на Кислова. – Вы едете с нами! – Потом перевела взгляд на застывшего неподалеку охранника. – Гена, ты тоже!
Все, кому она указала, забрались в салон красной «тойоты». Виновница переполоха уселась на заднее сиденье джипа. И, прежде, чем она закрыла дверцу и дала команду севшему за руль человеку, в машину сиганула черная кошка.
Красный джип Toyota остановился у серого шестиэтажного административного здания, находящегося в центре этого больничного городка. Окна его темны; горит лишь дежурный светильник над козырьком у входной двери. На звонок в дверь отозвался заспанный мужчина лет пятидесяти – вахтер. Он был напуган; он явно не ожидал увидеть на пороге самого Грозного Главврача Психбольницы.