Чтение онлайн

— Двадцать лет кажутся для ожидания долгим сроком.

— Не для этих парней. Они вам отомстят, даже если на это уйдет вся жизнь.

Она прочитала репортаж до конца.

— Здесь сказано, что он вышел в отставку.

Чарльз рассмеялся.

— Это хорошо. Послушайте, миссис Тальбот, я с Десятой улицы, это территория Гамбино. Позвольте мне рассказать вам о доне Рафаэле. Ему было десять лет, когда родители привезли его сюда с Сицилии. Он принадлежал к мафии в силу семейной традиции. Он очень быстро повышал свой ранг и стал доном в тридцать лет и был умнейшим из них всех. Никогда не сидел. Ни одного дня.

— Везучий человек.

— Нет, не везучий, умный. Несколько лет назад он вернулся на родину и словно бы удалился от дел, но ходят слухи, что он там первый человек. Крестный отец всей сицилийской мафии.

В этот момент в ее частично открытом окне появилась рука, она повернула голову и увидела Генри Киссинджера в машине рядом. Она открыла окно полностью и выглянула.

— Генри, как дела? Вечность не виделись.

Он поцеловал ей руку.

— Не высовывайся, Сара, вымокнешь. Куда путь держишь?

— В «Четыре сезона».

— Я тоже. Увидимся позже.

Машина продвинулась вперед, Сара закрыла окно и откинулась на спинку.

— Господи, миссис Тальбот, а есть кто-то, кого вы не знаете? — спросил Чарльз.

— Не преувеличивай, Чарльз, — засмеялась она. — Сконцентрируйся лучше на том, чтобы туда добраться.

Она рассматривала в газете фотографию дона Рафаэля Барберы и вдруг с немалым удивлением осознала, что ей его вид нравится.

«Четыре сезона» был без сомнения ее самым любимым рестораном, и не только благодаря прекрасной кухне, но и самой атмосфере и убранству. Место сохраняло стиль; от отливающих золотом гардин и темного дерева до спокойной элегантности официантов и метрдотелей.

Как регулярного посетителя ее немедленно усадили за тот столик в зале с бассейном, где она обычно сидела, откуда могла видеть все помещение. Народу было много. Она видела Тома Магитая и Пола Кови, хозяев, суетившихся в глубине помещения, взволнованных более обычного, что было неудивительно в присутствии таких гостей. За столом справа от нее сидел Генри Киссинджер, а стол у дальнего конца бассейна занимал сам вице-президент, что объясняло присутствие крупногабаритных молодых людей, на которых она обратила внимание в вестибюле. У нее возникало ощущение какой-то безвкусицы в том духе результативности и скрытого насилия, который им сопутствовал.

Появился официант.

— Как обычно, миссис Тальбот?

— Да, Мартин.

Он щелкнул пальцами, и на ее столе мгновенно появилась бутылка «Дом Периньон» 1980 года.

— Похоже, забавный вечер, — заметила Сара.

— В действительности вице-президент уже собрался уходить, но всем интересно, он или Киссинджер подойдет первым поздороваться, — сказал он. — Могу я принять у вас заказ? — Он предложил ей меню.

— Я знаю, что хочу, Мартин. Обжаренные креветки с плодами горчицы, потом жареный утенок с вишнями и, коль это такой знатный вечер, для завершения…

— Шербет из горького шоколада. — Они оба рассмеялись. Он повернулся, чтобы отойти, но задержался. — Эй, да он поднялся.

— Похоже, Киссинджер выиграл несколько пунктов, — сказала Сара.

— Точно. — Вдруг Мартин запаниковал. — Он идет прямо сюда, миссис Тальбот.

Мартин быстро отошел в сторону, вице-президент подошел, одарив ее своей неподражаемой улыбкой.

— Сара, вы выглядите как всегда восхитительно. Не вставайте. Я не могу задерживаться. Дела в ООН. — Он поцеловал ей руку. — Вчера говорили о вас в Белом доме.

— Надеюсь, только хорошее? — спросила она.

— Всегда только хорошее, когда это касается вас, Сара. — И он ушел.

Люди заинтересованно посматривали на нее. Киссинджер слегка ей поклонился с едва заметной улыбкой на лице. Мартин снова наполнил ее фужер. Он тоже улыбался. Она с удовольствием выпила, думая обо всем этом. Уже через час об этом будут говорить в баре «21», это появится в колонке сплетен в утреннем выпуске.

— Следующий этап — женщина года, Сара, — прошептала она и подняла свой фужер. — За женщину, у которой есть все. — Она задумалась. — Или ничего. — Сара нахмурилась. — Что я такое говорю? Почему?

К столу подошел Мартин и, наклонившись, сказал:

— В вестибюле ваш шофер, миссис Тальбот. Он говорит, что это срочно.

— Неужели? — Она сразу встала, без всякого предчувствия, разве что удивленная.

Ее могло бы насторожить выражение лица Чарльза, загнанный взгляд, то, как он отвел глаза, когда говорил:

— У меня в машине мистер Морган, миссис Тальбот.

— Дан? — удивилась она. — Здесь? — Дан Морган был президентом брокерской кампании, в которой она стала теперь полноправным партнером.

— Как я уже сказал, он в машине. — Чарльз явно нервничал. — Если вы не против, миссис Тальбот.

Швейцар держал над ней зонтик, пока она пересекала тротуар по пути к машине. Седеющий Дан Морган, одетый в безукоризненный вечерний костюм с черным галстуком, поднял к ней мрачное лицо.

— Дан, что все это значит? — спросила Сара требовательным голосом.

— Забирайся внутрь, Сара. — Он открыл дверь и втянул ее внутрь. — Чарльз, принесите пальто миссис Тальбот. Я думаю, она уезжает.

Чарльз отошел, а Сара снова спросила:

— Что случилось, Дан?

Рядом с ним на сиденье лежал большой конверт, который она заметила, когда Дан взял ее за руку.

— Сара, Эрик умер.

— Умер? Эрик? — У нее появилось ощущение, что она медленно погружается под воду. — Какая нелепость. Кто это сказал?

— Тони Вильерс пытался связаться сначала с тобой, а когда не смог, позвонил мне. — Возвратился Чарльз с ее пальто и сел за руль. — Поехали, — сказал ему Морган.

— Куда, мистер Морган?