Чтение онлайн

— Мне п-пора идти! — заикаясь от волнения, пролепетала она. — Я должна привести себя в порядок, потому что мне надо срочно испечь торт! — пояснила она, отступая к ванной комнате. — Это очень важно…

— А-а… — равнодушно отозвался Коул. — Поговорим… потом.

От удивления у Глэдис округлились глаза — такой покладистости она не ожидала. Речь Коула становилась все более невнятной, рука, поднявшаяся к волосам, задрожала.

Глэдис застыла на месте, узнав классические симптомы того, с чем ей так часто приходилось сталкиваться. Как же она раньше не заметила?

— Ты пьян! — резко бросила она.

— А? — непонимающе отозвался он.

— Ты мне отвратителен!

Тут Коул качнулся назад и навзничь упал на постель.

— С-спать, — пробормотал он, закрывая глаза, и сразу задышал глубоко и ровно.

Не в силах поверить своим глазам, Глэдис смотрела на него. Сначала Джерри, а теперь еще и этот! Ее немало удивило, что Коул стал пьяницей, — он всегда презирал людей пьющих. Но ошибиться она не могла. За короткий отрезок времени перед ее глазами прошли все знакомые стадии: гнев, похоть, агрессивность, слезливость, потеря координации… А эта дрожь в руках!

— Будь ты проклят, Коул Лиммерикс! — с тихой яростью произнесла она. — Я не уступлю тебе этот дом! И не дам тебе загубить его, как это пытался сделать твой братец, лжец и мошенник!

Все еще кипя от злости, она влетела в ванную комнату и заперла за собой дверь. Глаза ее горели воинственным огнем. Она объявила Коулу войну. Его вид пробудил в ней воспоминания о жизни с Джерри, наполненной страхом, отвращением, унижениями и стыдом. Это было ужасно!

Глэдис застонала, осознав, что теперь все может повториться, и рот ее презрительно скривился.

Усадьба Гринлэнд не заслужила еще одного такого хозяина! Коулу придется побороться с ней, а она намерена стоять до конца и будет настаивать на своих правах, заручившись поддержкой всех жителей поселка. Этому алкоголику не лишить ее сына наследства!

Коулу вовсе не обязательно знать их с Джерри тайну. А Шона придется держать от него подальше.

Да, трудные дни мне предстоят, подумала Глэдис, но я как-нибудь справлюсь!

Выйдя из ванны, Глэдис увидела, что Коул по-прежнему крепко спит. С его лица исчезли гнев и презрение, черты его разгладились, а на губах играла такая ангельская улыбка, что сердце ее дрогнуло.

Нет уж, этим меня не возьмешь, одернула она себя, но все же осторожно достала из шкафа одеяло и подушку и сняла с Коула ботинки.

Глэдис хотела было даже расстегнуть ему ремень. Ей частенько приходилось раздевать Джерри, когда тот заявлялся домой вдребезги пьяным, — только тогда она к нему и прикасалась. Но она вовремя остановилась, испугавшись влечения, которое вызывал в ней Коул.

Не забывай, сказала она себе, перед тобой не Джерри, который в пьяном виде не был способен ни на секс, ни на что другое. Коул даже спящий волнует тебе кровь, а значит, он в любом состоянии опасен!

Однако бережно подкладывая подушку ему под голову, Глэдис не удержалась и дотронулась до него. Вид спящего беззащитного Коула приятно возбуждал ее. На ощупь его светлые волосы оказались мягкими и шелковистыми. Она провела пальцем по его лбу и залюбовалась красивым мужественным лицом, а потом невольно устремила взгляд на чувственные губы.

Ты просто соскучилась по любовной ласке, подумала Глэдис, оправдываясь.

Коул всегда нравился ей. Был в нем какой-то животный магнетизм, перед которым не могла устоять ни одна женщина, а жуткая репутация только придавала ему привлекательности в их глазах.

Губы Коула были сейчас соблазнительно полуоткрыты… Взгляд Глэдис посуровел, и она поспешно отошла от постели, испугавшись той легкости, с которой только что поддалась соблазну. Нельзя забывать, что перед ней противник, а не потенциальный любовник.

— Можешь морочить головы другим женщинам, — шепотом произнесла она отворачиваясь. — А мне есть чем заняться! Например, обдумать, как с тобой бороться.

Однако образ спящего Коула продолжал преследовать ее, пока она одевалась в комнате экономки, да и потом, когда занималась тортом.

А может, под личиной этого неуживчивого, агрессивного отщепенца, столь драматично поломавшего ее жизнь, скрывается совсем другой человек? Может, сейчас перед ней был настоящий Коул — добрый и нежный, который просто не осмеливался любить из страха перед насмешками и разочарованием? Она задумалась, сморщив нос. Впрочем, даже профессиональные убийцы во сне могут иметь ангельский вид.

Нет, Коул жестокий противник. В отличие от большинства людей, он не обременяет себя соблюдением правил и приличий… Ему нужен этот дом, а ее, Глэдис, он слишком сильно презирает, чтобы допустить даже мысль о том, чтобы она жила здесь, не говоря уже о том, чтобы выделить какую-то часть…

Так что схватка нам предстоит нешуточная, невесело усмехнулась Глэдис. А драться ты обязана, у тебя просто нет другого выхода!

С трудом преодолев липкий страх, она заставила утихомириться расходившиеся нервы, но перед ее глазами помимо воли встала последняя встреча с Коулом. Все эти годы Глэдис старалась забыть о ней, потому что тогда он разбил ей сердце. Но сейчас будущее маленького сына, да и ее собственное, висело на волоске, а анализ поведения Коула мог помочь выработать тактику борьбы с ним. Если она даст слабину, он съест их обоих на завтрак и даже не подавится.

Тогда, восемь лет назад, Глэдис было семнадцать, а Коулу двадцать. Он учился в университете, а она, хотя и была всего лишь дочерью экономки, считала Гринлэнд своим домом. Руфус Лиммерикс относился к ней почти как к собственной дочери.

Коул приехал домой на рождественские каникулы. Родители гордились его успехами в учебе и спорте и, с облегчением узнав, что в университете он пользуется хорошей репутацией, искренне радовались его приезду. Ну, а Джерри, видимо из ревности к брату, дулся на всех, как ребенок.