Чтение онлайн

Девушка замолчала. Она не знала как достучаться и какие слова подобрать. Тот заданный поток нежности вдруг просто исчез в никуда. Стало одиноко и холодно. А ещё он ей не верит. Как он вообще может.

Лула злилась и была настроена на то, что Ашер всем врёт. Он не может не знать, что с ним. Он просто не говорит и это не правильно. Она хотела возразить что-нибудь ещё.

Но вошел светлоглазый. Его волосы красиво заиндевели. Они почти вернулись к натуральному цвету. В этой измороси он был таким, каким впервые увидел его Дан. Кожа, на удивление, почти не покрылась румянцем. Он довольно долго пребывал на холодном воздухе. Даниэль решил, что он просто приспособился к местному климату, после мягких условий Полиса. Ашер сейчас лучше всех хранил самообладание.

Лула же была, так же отстранена и печальна. А ещё она горевала. Вырванная из купола нежности она дала волю эмоциям.

— Да, Семён не лучший человек на свете. Но. Я помню чей он сын. И это очень много. Мне жаль его…

— Ты была близка с его семьёй, — уточнил Ашер.

— Эм-м-м. Я росла в женской части. Меня воспитывала его мать. Хоть он и не был ко мне добр. Почти никогда. Мне его правда жаль, — ответила Лула, настороженно взглянув на Аша.

— Ложитесь уже спать!

Даниэль тоже по своему скорбел, но пытался сдерживать плотину, что не дает вылиться отравляющему потоку горьких чувств. Он хотел, чтобы эти двое замолчали, иначе его слабость выйдет наружу.

Лула уселась между юношей. Сердце бешено колотилось. Подремать было сложно. Натянутое термоодеяло вынуждало прижаться друг к другу. Зато хотя бы какой то отдых и есть возможность не умереть от холода. Утром их снова ждёт путь.

*****

*****

— Раа, ты исчерпал остатки моего терпения.

— Прости, что? — С наигранным недоумением уточнил тот у Епископа.

Конечно ему уже было известно о чем пойдет речь.

— Я про твою бурную деятельность, на стыке яруса.

— Ах, ты об этом.

Раа милейшим жестом наклонил голову, продолжая играть в невиновность. Побагровевшее злое лицо стоявшего в нескольких шагах Марка изрядно его забавляло. Он едва сдерживал злорадство. Конечно он понимал, что ходит по краю и лучше бы прекратить изводить Епископа, но ничего не мог поделать с собой. Просто сидел в своей любимой позе на полу и позволял смотреть на себя сверху вниз.

— Так вот, — продолжил Раа, — я просто переживаю о своем будущем. Увы, ты стареешь быстрее чем я. Ты подумал, что будет со мной, когда ты отойдешь от дел? Так или иначе, однажды ты покинешь пост, а я останусь.

— Я ничего не имею против твоего желания иметь свой дом. Но тут явно замешано что-то другое. Пожалуйста, скажи мне, что ты не вовлечен ни в какие интриги и не подвержен настроениям некоторых глав Полисов? Если вскроется, что ты с кем-то в сговоре, я не смогу тебя защитить. Пожалуйста, Раа. Ты понимаешь что сейчас происходит? После стольких лет мира, некоторых управленцев не устраивает частичная свобода и локальное самоуправление. Если ты попадешь в эту колею и настроения, то это конец.

— Я не был в сговоре. И не собираюсь вступать. Действую полностью по личной инициативе.

— Иногда ты просто меня добиваешь. Среди моей армии нарастает недоверие к твоей персоне. Прекрати свои неформальные связи с неустойчивыми социальными группами. Подумай хоть обо мне! Действия моего помощника очерняют мою же репутацию!

— Так выпусти меня! Найди того, кто не будет тебя позорить!

Раа прикрыл глаза и слушал вполуха, дальнейшие доводы Епископа. Он прекрасно осознавал свои действия. Но поступал так, как поступал. Даже сам в себе он не мог найти ответ на вопрос "зачем". Его влекло будто бы по течению, которому нельзя противостоять. И не очень то и хотелось.

Раа уже и сам просто ждал развязку всего этого. Он слишком долго наблюдал за творящимися вокруг вещами, людьми — суть которых не меняется. Меняется только картинка вокруг, рычаги управления, некоторые ценности. Но суть остаётся всегда одна: человек хочет жить лучше другого человека, богаче и со властью одного над другим. Духовные ценности, которые прививаются, лишь пыль и видимость.

После некоторой паузы Раа шумно выдохнул.

— Марк, я услышал тебя. Я не буду поддерживать антицерковные слухи. Прости, что я не уведомил тебя о строительстве. Успокой своих псов. Я не твоя собственность, чтобы уведомлять тебя о каждом своем шаге, но да. Мне стоило сказать. И вряд-ли я стал бы по душе новому "хозяину".

— Ну зачем ты вот так…

Раа отвернулся в сторону окна, давая понять что разговор окончен. Не найдя новых слов, Епископ качнулся и вышел. Добавить сейчас было не чего.

Если Раа решил, что диалог окончен не помогут даже пытки. Он просто остался один. Раа просто смотрел, как тонкие струйки стекают по лиловым окнам оставляя видимые борозды из-за налипшего снега. Смешанные осадки рисовали уникальную картину и застилали неоновые болезненные всполохи города.

Раа вдруг пришла мысль, что он зря кинулся спасать Епископа. На самом деле это была его идея: подговорить на покушение, пускать слухи среди толпы, формировать переменчивые настроения.

Местный мэр считал, что Полис Асфодель слишком большой, чтобы зависеть от Столицы. Ему хотелось закрепить политические границы, полностью перейти на самообеспечение, уменьшить влияние церковников, а возможно даже и вытеснить. Просто избавится от влияния и жёстких рамок, переслать платить налоги и иметь прибыль от Обителей в своих руках. И он подобрался к Раа. Сведения полученные от самонареченного божка оказались весьма полезны. И тогда началась работа с населением и попытки навести смуту.

Раа же хотел не столько отхватить кусок от всего этого, сколько отомстить. За эти годы в его душе накопилось столько тьмы, что она ринулась через край. И никто не найдет от нее спасения.

Он прикрыл глаза и пытался ощутить на себе фантомное прикосновение длинных холодных пальцев. За нее он тоже будет мстить.

*****

Раа очнулся от своего длительного заторможенного состояния. Слишком долго он плыл по пути безропотного смирения.