Чтение онлайн

Снова что-то вспыхнуло. На сей раз непосредственно перед Яськой, зелёного цвета. Под ногами зашуршало.

Яська вжался в стену. Вновь глянул на спасительный выход.

– Да ну его! Оно мне надо?.. Лучше найти Кольку и уже вместе во всём разобраться.

Из глубин кирпичного мрака дохнуло пронизывающим холодом – так, будто далеко-далеко отворилась и тут же закрылась невидимая дверь, выпустив на волю злобный сквозняк.

Яська услышал, как стучат его же собственные зубы. А из мрака неслось: «Ясь, а Ясь... А может тебя всё же прихлопнуть? Ты как? Не против? Сильно орать не станешь? А то придётся закрыть дверь. Только тогда ты ничего не увидишь. А смысл играть, когда ничего не видно?»

Яська обмер. Значит, снаружи не показалось. Проклятая козявка была где-то рядом. Может даже в той самой черноте, что раскинулась над головой!

«Ясь, а Ясь... Какой же ты глупенький. Разве не помнишь, как я вылезла из твоей ноги? А представь, что вылезу из головы... Ясь, а Ясь, представил?»

Яська всхлипнул. На ощупь отыскал саднящую пипку. Потёр зудящую плоть. Закусил нижнюю губу.

А козявка и не думала униматься: «Ясь, а Ясь, а когда всё закончится, мы останемся тут, в темноте. Ты когда-нибудь оставался в темноте на веки вечные? Нет? Знаешь как это долго?»

Яська зажал уши ладонями и, что есть сил, ринулся на свет.

«Ясь, а Ясь, неужели ты не знаешь, что спасение не всегда именно там, где виден свет? Многие из ваших канули в бездну именно по собственному наитию. Ступать нужно во мрак, чтобы победить Тьму в себе, иначе... Ну так что, попробуешь? Ясь, а Ясь...»

Яська уже не бежал, а нёсся семимильными шагами. А выход всё не приближался, пульсируя где-то за чертой мироздания, словно занавешенное окошко далёкого дома.

Свет медленно угасал.

«Ну конечно, створки!!! Их кто-то пытается закрыть! Или что-то!»

Над паникой прогремела осознанная мысль: «И когда только я успел так далеко зайти?..»

Колено правой ноги во что-то уткнулось. Яська взвыл от боли, полетел на шершавую стену, краем глаза следя за угасающим светом. Кое-как успел вскинуть руки, уберёг голову. На зубах скрипела цементная крошка.

«Так, наверное, и те, кого не стало. Ухнула граната... Всё обвалилось... Тела просто раскидало по сторонам. Кого-то, возможно, вот так же бросило на стену, в крошку из кирпича и цемента. Кто же нарисовал рожицу?.. Наверняка не взрослый».

Яська поспешно выпрямился. Ухватился за стену, чтобы не упасть – всё в голове вертелось, точно на карусели. Попытался сделать шаг, снова обо что-то споткнулся. Склонился было, чтобы разглядеть препятствие, но тут же застонал от прострела в колене – видать сильно приложился.

«Вот ведь дурень и впрямь! – мысленно ругал себя Яська, на чём свет стоит. – Это надо же себя накрутить до такой степени! Ведь ничего не предвещало!..»

«Ясь, а Ясь... А я ведь тут, в голове».

Яська шарахнулся в сторону. Снова полетел носом вперёд. Ладони угадили во что-то вязкое, противно хлюпающее, проскальзывающее между пальцев. Яська заскользил и уткнулся в слизь лицом. Пахнуло тухлятиной, да так что перехватило дыхание! Желудок решительно двинул вверх. Яська с трудом перевалился на бок, чувствуя, как липкая дрянь насквозь пропитывает маячку и шорты – эх и влетит же теперь! – зачем-то попытался утереть лицо руками. Стошнило. Прямиком на голые коленки.

Яська в отчаянии взвыл. Попытался отползти подальше. Снова угодил растопыренными пальцами во что-то липкое. В голове щёлкнуло: ткань!

Яська замер.

«А что если это останки тех... Кого гранатой...»

«Да нет же, не может быть! Тела наверняка вынесли и похоронили ещё во время войны».

«А вдруг не вынесли?»

«Да какая разница! Ведь столько лет прошло. Остались бы только кости!»

«Ага, и парочка тройка озлобленных приведений!»

«Не мели ерунды!»

«А что же тогда происходит? Что это за дрянь?! И кто распахнул ворота настежь, а теперь пытается их закрыть? Заходи, Яська, милости просим! Вот только обратно мы тебя уже не выпустим!»

Ответа не последовало – внутренний голос, на то и внутренний, чтобы умолкать в самый ответственный момент.

Яська осторожно ощупал ткань – вроде как обычная мешковина. Тут же мелькнула очередная догадка: «А может, им всем мешки на голову понадевали? Хотя... Как там козявка говорила? Когда в темноте – не так страшно. Тогда что же это?»

Яська наклонился ниже. Приник буквально к самому полу, так что ощутил ледяной шлейф собственного дыхания, отражённый от цемента.

То, что случилось дальше, никак иначе, как дурным сном и не назовёшь. От вида раскинувшегося под ногами безумия Яську не то чтобы парализовало, скорее уж скрутило охватившим душу безумием. Он мог только сидеть на корточках и смотреть в одну точку, не воспринимая действительность, как таковую. Хотя так и должно быть – ведь это очередной кошмар, который вновь наводнили твари. Яська верил именно в это, потому что верить во что-то ещё было попросту немыслимо. Ну не может такого быть в реальности! Не может, хоть ты тресни!

Однако было, не смотря ни на что.

Судьба словно насмехалась, а крыть её карты было элементарно нечем.

Яська налетел на подпёртый к стене мешок – точно такой же, что принёс Колька, когда они ловили стрижа. От удара тот опрокинулся, разродившись жуткой нежитью. Это были какие-то пауки. По крайней мере, так показалось Яське в самом начале. Однако не сказать, чтобы сходство было стопроцентным. Нет, твари походили на пауков так же, как последние – на летучих мышей. Это было что-то ещё. Мёртвое, инородное, в большей степени сравнимое с недосформированными эмбрионами каких-то жутких насекомых. Необычайно длинные и тонкие лапки, причём без суставов – возможно, просто сломаны. Столб позвоночника. Хотя позвоночником это тоже не назовёшь – сплошное желе. Что-то на вроде головы насекомого, не то с рожками, не то с усиками...

Именно от последнего и сделалось по-настоящему страшно.

«Ясь, а Ясь... а я ведь тут, в голове».

Яська вздрогнул. Отрешённо поднялся на ноги. Сделал неуверенный шаг в сторону. От его тела исходил еле различимый свет – как от куска фосфора в темноте, только не зеленоватый, а голубой. Светилась слизь, которая покрывала останки жутких тварей и намертво въелась в ткань одежды.

Яська понял, что оно и впрямь изнутри – это была точная копия грудной клетки человека. Только не костяная, а вылепленная из податливого желе.

Под ложечкой что-то шевельнулось. Яська понял, что не может дышать. Он посмотрел на далёкий свет и сполз по стене на пол.

Ворота оставались открытыми – их и не думали закрывать. Показалось.

Яське было всё равно на всё.

«Ясь, а Ясь... а может поиграем в прятки? В темноте очень удобно прятаться».

9.

Плоскодонка не протекала, и они успешно сплавили её вниз по ручью к речке. Затем Колька вооружился своей лопаткой, как доблестный капитан дальнего плавания, – Яська остался на берегу для того, чтобы облегчить борт, – и лихо двинул вверх по течению к заранее обусловленному месту. Яська плёлся пешком, борясь с душевными переживаниями относительно всего случившегося в башне, попутно силясь избавиться от приставучей слизи.