Сквозь тернии
Шрифт:
Яська мотнул головой. Смахнул с кончика носа холодные капли. Постарался заставить себя думать о чём-нибудь другом.
«А похолодало-то как! Такое ощущение, что место июля занял промозглый ноябрь. Просто так, чтобы и без того заморочить людям головы. Хотя... Скорее это и впрямь Оно, явившееся с частицей своего мира. Мира, промёрзшего насквозь безразличием!»
Яська понял, что ему никуда от этого не деться. Страх, он такой: если завладел частичкой сознания, то всё, – остаётся с ним только смириться. А если будешь сопротивляться и дальше, так чертовщина начнёт мерещиться во всём. Включая и самое дорогое...»
Яська непроизвольно вспомнил мамин образ, что возник в сыром подвале котельной.
«И что это было?»
Дождь усилился. Нет, не то. Скорее усилился ветер – теперь он работал двумя руками, швыряя колючие сгустки то в лицо, то за шиворот, то просто куда попало. Сделалось вдвойне неприятнее, и Яська поспешил к накренившимся воротам. Здесь он на секунду замер, в очередной раз обозвал себя балбесом и дурындой: это надо же было свалять такого дурака!
«Хоть бы спички догадался с собой захватить. А так шарь теперь на ощупь впотьмах, как в прошлый раз!»
«Ага, спички. Как их донесёшь?.. Даже дождевик, вон, не помогает. Так что от этих укоров не многим легче».
«А стоять просто так и обзывать себя балбесом – легче?»
«Конечно, нет. Да если бы и вспомнил про спички – это же нужно на кухню идти... Через весь дом. Мимо бабушкиной комнаты. По скрипучему коридору. Непременно бы наткнулся на неприятности, а тогда уж точно, пиши-пропало!»
«Пиши-пропало будет тут, в темноте!»
Яська поморщился: это уж точно. Особенно, если вновь привяжется гадкая козявка. Ведь она так и норовит нарисоваться в самый неподходящий момент!
Яська сосредоточиться на щели между двумя створками.
«Надо бы пошире открыть, чтобы света больше было...»
Он так и сделал. Закатал рукава по самые локти. Зачем-то поплевал на ладони – наверняка для обретения дополнительной уверенности в собственных силах, – затем упёрся в ближнюю створку озябшими пальцами и попытался оттолкнуть прочь. Под ногами забурлило, за шиворот снова потекло, под ногти набилась сизая грязь, а створке хоть бы хны – стоит себе подбоченясь на месте и словно усмехается над Яськой. Мол, недюжий силач пожаловал, нечета всем остальным смельчакам, что канули в бездне, решившись на доблестный подвиг.
Яська разозлился и навалился на створку всем своим весом. Та уныло скрипнула – и бац, плашмя, в траву! А Яська, естественно, следом. Он ведь не ожидал такой подлости. Оказалось, зря. В подобных ситуациях нужно постоянно держать ухо востро, иначе быть беде. Пускай и столь сомнительной, но обиды от того не меньше. Да и злости, что только лишний раз обволакивает сознание, не позволяя адекватно мыслить.
Яська приложился подбородком в дюйме от огромного гвоздя, торчащего из поперечного бруса, и какое-то время совсем не двигался. Смотрел перед собой, слушал колотящееся сердце, думал, как же повезло, что мимо. Вот тебе и неприятность: сейчас как бы насадился на этот штырь! Брр. Что больно – это ещё ладно, можно перетерпеть. А ведь гвоздь мог угодить в глаз или прочертить по шее... а там, совсем рядом, сонная артерия... и сердце – неподалёку.
Яська почувствовал нарастающую панику. Сердце защемило – будто и впрямь впился гвоздь, а по спине расползлись противные мурашки.
«Ясь, а Ясь, чего это ты? Я ведь ещё даже и не начинала!..»
Яська взвизгнул и молниеносно вскочил на ноги.
Ну вот, дождался!
Однако как началось, так и закончилось. Яська не поверил, прислушался. И впрямь больше ничего – лишь бормочет в деревьях ветер, да нещадно колотят по кирпичу мелкие капли.
Яська вновь обернулся к проходу. Только сейчас понял, что во время падения смачно прикусил язык и сбил эмаль с нескольких зубов. Полость рта медленно наполнялась шлейфом крови. В желудке противно заурчало, а Яська весь перекосился. Он ненавидел, когда вот так: пустой желудок и льющаяся в него кровь! Гадость.
В глубине коридора что-то прошуршало...
Яська вздрогнул. Тут же позабыл про кровь и боль. Воззрился на непроглядную темень. Ничего, только сердце вновь разошлось: громыхает фокстрот где-то в районе желудка, так и норовя провалиться ещё ниже.
«А там ещё неизвестно, подо что танцульки танцуют...»
Вновь прошуршало. Однако на этот раз значительно ближе – Яське показалось, на самой границе света и тьмы. Из глубины коридора в его направлении что-то двигалось, однако вовремя среагировало на свет и отдёрнулось назад, по всей видимости, не желая показываться на глаза.
Яська машинально отступил. Нащупал в кармане дождевика прыгалки – какое-никакое оружие.
«Не с голыми же руками на неизвестность кидаться!»
«А зачем ты вообще сюда припёрся? Какая неладная тебя принесла?! Или снова перебродил во сне, набравшись напускной уверенности в собственных силах? Неужто забыл, куда может завести самоуверенность?..»
«Ничего я и не забыл! А сны и впрямь намного реальнее, чем кажутся. Через них можно попасть куда угодно! Достаточно просто перебороть страх и по-настоящему поверить! И это вовсе не самоуверенность!»
«Ну и бред, только послушай себя».
«Бред, закрывать глаза на очевидное. Особенно, когда на тебя что-то смотрит из тьмы! А может и сама Тьма... Истина совсем рядом».
«Ну так пойди, разберись с этим чем-то, ты же у нас герой, каких ещё не видывали! И река ему покалено и горы по плечо... даже звёзды, и те, – сами в руки падают!»
Яська вздрогнул.
Снова прошуршало. Нет. Прошуршало – это не совсем верно. Скорее звякнуло. Ну да, похоже на обрывок цепи, что волочится по бетонному полу.
«А кому нужно волочить за собой цепь?»
«Призраку, кому же ещё! В мультиках они всегда с цепями на руках и ногах изображены, чтобы было проще запугивать!»
«Да иди ты! А ещё внутренний голос, называется... Больше на психопата Ищенко смахивает».
«Ну и пожалуйста!»
Яська замер. В глубине коридора мерцали два зеленоватых огонька – точно угольки, что вывалились из топки, – изредка вздрагивая у самого пола, на уровне коленей. Тьма словно дышала, пристально следя за поведением незнакомого мальчишки. А может знакомого... и такого желанного.