Чтение онлайн

Анна внимательно слушала его прямой ответ и в знак понимания кивнула головой. Оба вопроса, особенно учитывая его осведомленность, были не обязательны, если он пытался наказать. Эта встреча больше носила характер информативности, а это говорило о его желании разобраться. Похвально.

— Прежде всего, хочу Вас заверить, что считаю себя полностью ответственной за нарушение принципа субординации, предполагающего подобное взаимодействие между институтами возможным только через их глав, — она со всей серьезность приняла свою ответственность, продолжив, — Что же касается Вашего первого вопроса — здесь всё немного сложнее. Ребята очень хотели разобраться в нескольких принципах, лежащих в основе правил взаимодействия в бизнес-кругах. Естественно, их направили ко мне. Они спросили, я ответила. Через некоторое время у них возникли дополнительные вопросы, которые требовали более детального обсуждения и мы пообщались ещё. На этом этапе они уже бурно обсуждали эту тему между собой и спросили, можно ли им ходить ко мне на лекции. Я предложила запросить у Вас такой курс.

В этом месте Анна улыбнулась, потому что она точно знала тот ответ, который он тогда дал.

— "Такого чтива полон интернет, — начала цитировать она, — Совершенно не обязательно тратить драгоценное учебное время на подобную беллетристику…"

— Да-да, — прервал он её с улыбкой, вспоминая собственную фразу, — и "если у меня в институте есть люди, не способные написать поисковый запрос и получить ответы на элементарные вопросы, то я лично готов провести им тренинг по использованию современных технологий."

— Верно.

— Почему же Вы не отступились в тот момент, как сделало бы большинство опытных преподавателей? — он с интересом выслушивал её видение этой ситуации.

— Возможно, поэтому и не отступилась, — её взгляд наполнился добротой, а прекрасное лицо осветилось улыбкой, — Я не настолько опытна, чтобы отказать группе студентов, жаждущих знаний. Я пошла на поводу эмоций и захотела поддержать их интерес к тому, что вызывает у меня самой восхищение. Ведь именно для этого я и пришла преподавать.

Александр смотрел на неё, отмечая искренность и открытость молодой женщины. В комбинации с гибким умом и прирожденной изящностью — она производила поразительное впечатление.

Ненадолго откинувшись в кресле, он с улыбкой размышлял над её словами. Затем, решившись, немного покопался в лежащих чуть отдельно бумагах и протянул ей достаточно длинное письмо на стандартном университетском бланке.

Анна, удивленная его реакцией, взяла документ:

" профессору Александру Форсу,

В связи с последними изменениями в структуре нашего университета и его институтов, рекомендуем Вам принять на рассмотрение в Ваш преподавательский состав нашего преподавателя кафедры менеджмента, Анну Владимировну Велевскую и содействовать её дальнейшему развитию под Вашим руководством.

При выборе данного кандидата мы руководствовались изложенными Вами требованиями и пожеланиями к сотрудникам Вашего института. Заверяем Вас, что данная кандидат полностью соответствует всем Вашим критериям и имеет один из самых высоких уровней посещаемости лекций среди студентов, положительные отзывы коллег и руководства (ниже прилагаются)…"

Далее подробно описывались всевозможные достижения её профессиональной карьеры, как педагогической, так и деловой. Пробежав глазами до конца документа, она перевела недоумевающий взгляд на сидящего напротив мужчину:

— Я, к сожалению, никак не могу прокомментировать это письмо. Мне не известно, кто мог порекомендовать меня. Насколько я знаю, у Вас не только не открыто никаких вакансий, но Вы ещё и категорически против рассматривать возможность привлечения к Вам в штат специалистов гуманитарного профиля.

Он с неприкрытым интересом наблюдал её реакцию. Она не только не восприняла эту рекомендацию, как предложение о переводе к нему в команду, но и считала, что он ждет её объяснений по этому поводу. Учитывая только что состоявшийся разговор и то, какие сплетни ходят среди сотрудников университета как в отношении него лично, так и всего его института, ему было забавно видеть недоумение, лёгким румянцем проступившее на её белоснежном лице. В бликах потухающего огня камина, её серо-зеленые глаза выглядели особенно ярко и насыщенно. Он заметил, что невольно ей улыбается:

— Анна, — его голос зазвучал уверенно и проникновенно, — Вы немного недооцениваете мою адаптивность к изменяющимся обстоятельствам. Не думаю, что с моей стороны будет умно не отреагировать на тот спрос, которым пользуются Ваши факультативы и Ваш лично энтузиазм, проявленный в борьбе за любовь к знаниям у моих студентов. Я логик, и способен заметить очевидные вещи. Тем более, что в настоящее время бизнес-администрирование становится всё более актуальным. Уверен, моим студентам это прекрасно известно, не зря же они так постарались, чтобы Вас заполучить.

Она почувствовала, как её щеки покрылись нервным румянцем, смешанным с некоторой долей смущения, которое она невольно испытывала в обществе этого уверенного в себе мужчины. Анна старалась понять, что скрывается за этим насмешливым взглядом проницательных глаз и никак не могла разобраться в своём к нему отношении. За то время, которое она общалась со студентами его института, она привыкла его опасаться. Сейчас же сопоставить то впечатление, которое у неё раньше сложилось о суровом профессоре с обаянием этого шикарного делового мужчины, ведущего с ней абсолютно честные и открытые переговоры, было сложно. Она всеми своими силами старалась не позволять его исключительному шарму и обаянию влиять на своё восприятие.

— Правильно ли я понимаю, — начала она осторожно, — что это Вы инициировали возможность рассмотрения моей кандидатуры к Вам в штат?

Его карие глаза снова загорелись лукавыми огоньками, а рот искривила хитрая улыбка.

— Что Вы думаете о таком варианте, Анна?

Он с любопытством наблюдал, как сильно эта молодая и весьма талантливая женщина, исходя из той информации, которой он владел, удивляется его поступку. Он точно знал, что в ближайшее время на кафедре, где она преподавала, планируются серьёзные сокращения и она, безусловно, очень заинтересована в рассмотрении предложения о работе с ним, хотя ещё несколько минут назад даже не допускала такой возможности. Сегодня утром, когда он просил ректора направить к нему на встречу Анну и подготовить на неё соответствующую рекомендацию, он сильно сомневался в том, какое решение примет. Очень многое зависело от неё. В сложившейся ситуации было два варианта развития событий: если бы она не заинтересовала его или соврала хотя бы в одном вопросе, в чем он был практически уверен, он просто отправил бы её обратно ждать окончания своей карьеры, нисколько не заботясь о её будущем; и второй вариант — намного более сложный и неожиданный — она вызывает его интерес и он оставляет её у себя. Вот здесь и начинаются настоящие трудности, поскольку её точная осведомленность о полном отсутствии вакансий у него в институте — не просто прихоть. Она не знала, что это результат отшлифованной многими годами и многими умами системы безопасности, нацеленной не только на сохранность конфиденциальности задач института, но и безопасности не посвященных людей. Глядя сейчас в её ставшие совершенно огромными от волнения и удивления глаза, он сожалел, что затянул решение этого вопроса настолько, что она уже и так стала "слишком вовлеченной" в их дела. Альтернативой её (и умной и проницательной и красивой) согласию у него работать было не самое приятное решение, которого Александр хотел бы избежать. Он уже понял, что позаботится о её согласии. Но пока он ждал.

Анна боролась сама с собой. Она не из одних уст слышала странные отзывы об Александре и его весьма неординарном способе вести дела института, да и ребята до странного боялись ему перечить. Однако личное впечатление, которое у неё о нём сейчас сложилось, больше вызывало интерес и даже интриговало. Можно даже со смелостью сказать — он ей понравился и как человек и как руководитель. Она почувствовала какую-то особую расположенность и внутреннее желание продолжить общение с этим необычным мужчиной, а работа с ним была единственным шансом добиться этого, учитывая тот замкнутый образ жизни, что он вёл. Также она понимала, что отказавшись сейчас от этого предложения, она вряд ли сможет продолжить преподавать. О реорганизации уже ходили не просто слухи.