Чтение онлайн

Поскольку веши эти были самых разных форм и размеров, люди, которых он заставлял их глотать, часто при этом умирали. Вот он и пришел к выводу, что не стоит начинать вечер, который проводил с жертвой, с глотания, лучше отложить это действо на самый конец.

Как только человек умирал, сделать с ним что- либо более не представлялось возможным.

Автор книги о психокинезе писал также о предсказании будущего. Возможно, проку от этих книг было больше, но Крайта они не интересовали.

Он и так знал будущее. Сам его и творил.

Большинству людей будущее вряд ли понравилось бы, но Крайту не терпелось туда попасть. Он полагал, что мир движется в правильном направлении.

Он вышел из автомобиля и замер под дождем. Подумал о чистом небе, о звездах, но дождь продолжал лить. Крайт предполагал, что так и будет, но считал, что попытка — не пытка, благо усилий пришлось приложить не так уж много.

Объектом его воздействия были не ложки или погода — человеческие существа. С ними он мог делать все, что хотел, а здесь и сейчас он хотел убить мужчину и женщину.

На высвеченной на электронном дисплее карте «Эксплорер» остановился примерно за минуту и сорок секунд до того, как Крайт повернул направо на Т-образном перекрестке. За минуту и сорок секунд далеко они уйти не могли.

Не могли уйти дальше домов, в каньон, не могли в дождь и в темноте.

Если бы они побежали на юг, к перекрестку, он бы их увидел, когда поднимался на холм.

Крайт стоял на зеленом островке в центре круглой площади, которой заканчивалась улица, под ветвями большого кораллового дерева, и оглядывал пять домов. Не видел ни одного освещенного лампой окна.

В эти дни здравомыслящий человек не пошел бы открывать дверь и не впустил бы в дом двух незнакомцев в четыре, с десятью минутами, часа утра.

В каждом доме ворота вели в задний двор. Крайт надеялся, что ему не придется обыскивать все пять дворов.

Держа снабженный глушителем «Глок» в правой руке, стволом вниз, он спрыгнул с островка. По тротуару обошел круглую площадь, изучая каждый дом, пытаясь найти что-то необычное.

Ярко сверкнула молния, разлив серебро по мокрому асфальту.

Крашу давно хотелось увидеть человека, в которого ударила бы молния. Если бы он мог контролировать погоду, то обязательно бы такое устроил.

Однажды он убил электрическим током бизнесмена, который принимал ванну, но должного эффекта не получил. Глаза мужчины не расплавились, волосы не вспыхнули.

Вспышка привлекла внимание Крайта к табличке «ПРОДАЕТСЯ», стоящей на лужайке перед домом, построенным в тосканском стиле, вычурность которого решительно ему не нравилась. Табличку определенно поставили не как положено. Перекошенная, она и смотрела не на улицу, а чуть вбок.

Окна второго этажа были закрыты шторами, но некоторые из окон на первом оставались открытыми. Из абсолютно черных комнат никто не таращился на него, во всяком случае, бледных лиц он не видел.

А вот рядом стоял дом, который ему понравился. Он мог бы провести в нем уик-энд, когда хозяева были в отъезде, вызнал бы их мечты, надежды, секреты. При условии, что в доме соблюдались установленные им стандарты чистоты.

На лужайке лежал велосипед. Получалось, что чистоты в доме ждать не приходится. Если родители не научили ребенка прибираться за собой, значит, их самих отличает неряшливость.

И однако Крайт чувствовал, что люди которые столь тонко ценили чистоту линий в архитектуре, не могли потерпеть безалаберность и в личной жизни.

Все окна на обоих этажах закрывали шторы.

Около парадной двери стояла элегантная кадка из известняка, предназначенная для карликового деревца, вокруг которого высаживались сезонные цветы. Кадка пустовала.

Крайт ещё раз посмотрел на зашторенные окна, на кадку. Перевел взгляд на велосипед. С велосипеда — на табличку с надписью «ПРОДАЕТСЯ» на лужайке соседнего дома.

Дождь погубил его одежду, но успокоил и смыл паутину, застилающую разум. Мыслил он теперь ясно и четко.

Левой рукой схватился за руль и оттащил велосипед в сторону.

На лужайке, там, где лежал велосипед, увидел два бледных пятна. Присев на корточки, чтобы приглядеться. Понял, что это кружочки засохшей травы, диаметром в три или четыре дюйма.

По центру каждого кружочка что-то темнело. Коснувшись этих мест пальцами, Крайт обнаружил дырки в земле. Разнесенные примерно на такое же расстояние, что и ножки таблички «ПРОДАЕТСЯ», которая стояла на соседнем участке.

Тимоти Кэрриер догадался, что Крайт сразу пошел бы в этот дом, если бы понял, что он пустует. Для каменщика у него была необычайно развитая интуиция.

Когда Крайт вернулся с лужайки на тротуар, он наступил на какой-то предмет, который попытался выкатиться из-под его ноги.

Стробоскопический свет небес прорвался сквозь слой воды, бегущей по тротуару, и высветил жёлтый цилиндр, который на короткое мгновение сверкнул серебром.

Наклонившись, чтобы поднять предмет, Крайт заметил, что рядом лежит точно такой же. Два патрона калибра 9 мм.

Вот тут к нему в очередной раз пришло осознание того, что он — не такой, как все люди, и стоит на ступеньку выше. Он — тайный принц, и судьба признает его величие, указав на два неиспользованных патрона, свидетельствующих о том, что Кэрриер и Пекуэтт прошли по этому кусочку тротуара.

Ведь не исключался вариант, что именно этими двумя выроненными патронами Кэрриер, расстреляв все остальные, мог ранить его, Крайта, а то и убить. Судьба не только указывала ему на успешное завершение этой миссии, но, возможно, и заверяла, что в эту ночь он точно неуязвим. А со временем вообще могло оказаться, что он бессмертен.