Чтение онлайн

Если не считать музыку, которая играла, можно было ощутить мёртвую тишину, в ожидании моего ответа. Никакого давления. Я смотрела в его сверкающие голубые глаза, и что-то внутри подтолкнуло меня уступить ему. Я, может, и побаивалась его, но у меня было предчувствие, что Тёрнер не сделает ничего такого, что заставит меня чувствовать себя некомфортно.

— Ладно.

Улыбка немного спала с его лица.

— Да?

Он правда думает, что я откажусь?

— Да.

Его улыбка стала намного шире.

— Я заеду за тобой в следующую субботу в пять.

Ничего себе, он не дал мне даже возможности понять, что я только что сделала.

— Куда ты меня повезёшь?

Все, кто был вокруг нас, куда-то подевались. Очевидно, они почувствовали необходимость оставить нас наедине. Выражение лица Тёрнера сменилось с довольного на хитрое и серьёзное.

— Не беспокойся по этому поводу. Но лучше тебе надеть джинсы и майку, или что-нибудь с короткими рукавами.

Дерьмо.

— Ладно, надену.

Он потянулся рукой к барной стойке и взял напиток, который стоял рядом со мной. Похоже, это было виски с колой.

— Спасибо, приятель, — сказал он бармену. — До встречи на следующей неделе, — он подмигнул мне и ушёл так, словно только что выиграл в лотерею.

Я осмотрелась вокруг себя, гадая, наблюдал ли кто-нибудь наш разговор. Потерев лицо рукой, я вздохнула. Почему у меня такое чувство, что я только что согласилась на что-то, что подвергнет сомнению моё здравомыслие? Что-то попало в поле моего зрения. Повернувшись к домику возле бассейна, я увидела, как оттуда вышла Мейси, поправляя своё платье и приглаживая волосы назад. Она выглядела полностью удовлетворённой. Это должно быть похоже на… Прошло много времени с того момента, когда у меня это было. Но я скажу прямо сейчас, Тёрнер Брукс не получит этого от меня. Никоим чёртовым образом. Мне пофиг на то, каким привлекательным он был, или насколько сильно он может уговаривать. Если он думал, что то свидание закончится тем, что я буду стонать его имя, то он отправится домой очень разочарованный.

4 глава

Аннабелль

— Пациентка только что доставлена в палату 213. Раскрытие шайки матки на восемь сантиметров, и, кажется, скоро начнутся роды, — одна из медсестёр проинформировала меня о пациентах на нашем этаже. Она уходила со смены, когда я пришла.

— Хорошо. Она единственная, кто поступил к нам сейчас?

— Пациентка из 215 только что родила, но я отвезу её на реабилитацию, прежде чем уйду. И ещё, насчёт мамочки из 213, она наркоманка. Мы пытались остановить роды, так как она только на тридцать третьей неделе, но это не сработало. Мы всё ещё ждём результатов токсикологических тестов обо всём, что она принимала, но она в плохом состоянии. Злая и агрессивная. Так что будь осторожна, когда пойдёшь к ней. Мы думали о том, чтобы связать её.

Отлично. Прежде я имела дело только с одной наркоманкой на работе. Она пила в течение всей беременности и начала принимать метамфетамин на последнем месяце. К счастью, на ребёнка это никак не повлияло.

— Ладно, спасибо, — я взяла её медицинскую карту и прочитала всё, что они знали о ней. Похоже, они полагали, что она принимала метамфетамин, или какое-то успокоительное средство. Замечательно. Я могла только представить себе, что меня ждёт дальше. Нужно будет вызывать команду из неонатологическое отделения. Только Бог знает, каким родится этот ребёнок. — Ох, — сказала я прежде, чем она ушла. — Они сделали ультразвук, чтобы посмотреть, есть ли у ребенка что-нибудь, что должно нас беспокоиться, помимо очевидного?

— Да, он просто немного меньше, чем мы ожидали. Я сделала ей инъекцию стероидов, чтобы помочь его лёгким раскрыться около трёх часов назад, но кто знает, поможет ли это.

— Хорошо, — я изучила медицинскую карту, получила результаты токсикологических тестов и пошла дальше по коридору.

Прежде, чем я открыла дверь, услышала её крики. Её анализ крови был положительным на метамфетамин и алкоголь. Этот ребёнок был в большой беде.

— Мисс Марч? Привет, я Аннабелль, Ваша медсестра, — я направилась к её капельнице, чтобы проверить содержимое.

— Где, чёрт возьми, та сука, которая сказала, что даст мне что-нибудь от боли?

Я посмотрела на неё.

— У неё только что закончилась смена. Если вам нужно что-то, чтобы ослабить боль, я всё сделаю.

Она рявкнула.

— Какой к чёрту ослабить? Я не хочу ничего этого чувствовать. А теперь дай мне грёбаные наркотики.

Я не очень хорошо лажу с людьми, которые кричат на меня.

— Я не могу сделать вам эпидуральную анестезию, мисс Марч. В вашей крови слишком много наркотиков, что может навредить ребёнку. Я могу предложить вам только что-то слабое, чтобы справиться с болью.

Она размахивала руками, пытаясь вырвать капельницу. Схватка поразила её слабое, хрупкое тело, и она закричала от боли.

— Дай мне что-нибудь. Я не могу больше это терпеть.

Я быстро вышла из палаты, чтобы принести что-нибудь, что поможет справиться с болью, но я знала, что она была слишком далека от того, чтобы попытаться контролировать схватки. Пока раствор через капельницу попадал в вену, вторая схватка заставила её свернуться калачиком.

— Вытащи эту чёртову штуку из меня! — крикнула она.

— Вы не возражаете, если я буду называть вас Адалин?

Она не ответила.

— Ладно, Адалин, вы должны выслушать меня. Я уложу вас обратно, чтобы проверить, готовы ли вы рожать. Если вы сделаете всё, что нужно, и пришло время тужиться, вся эта боль уйдёт.

— Тогда, блин, делай это, — прорычала она на меня.

Мне хотелось разложить кровать быстрее, чем она двигалась автоматически. Пациентка раздражала меня своим отношением. На меня кричали другие пациенты, но никогда не грубили. Это было просто безумие.

Я осмотрела женщину, проверила раскрытие шейки матки. Конечно же, она была готова. Когда ребёнок достаточно опустился к родовому каналу, я позвала другую медсестру, чтобы помочь мне, а затем доктора. Мы вызвали команду из отделения реанимации новорождённых. Я не была обучена тому, что делать с детьми со специальными потребностями. Когда вся команда была готова, Адалин потужилась ещё несколько раз и родила крошечного мальчика. Физически он выглядел хорошо, но был намного меньше, чем должен плод на тридцать третьей неделе. Команда из отделения реанимации новорождённых стабилизировала его состояние, поместила в инкубатор и выкатила из палаты. Была вероятность того, что Адалин не увидит своего ребёнка в течение двух или трёх дней. Не уверена, что её это волновало. Она родила его тридцать минут назад, и всё ещё не потрудилась узнать о нём.