Чтение онлайн

– Определенно, нужно открыть сейф. Это шанс не только наладить дела, но и что-то узнать об отце.

С минуту каждый размышлял о своем. Что таит в себе сейф? Лежат ли там сбережения, или Теодор использовал сейф для документов и научных трудов? Может быть, в нем заперты от мира ценные артефакты прошлых эпох? А если там обнаружатся сугубо личные вещи, непредназначенные для чужих глаз, что тогда?

Наконец, дядя сказал:

– Как насчет восхитительного шоколадного торта?

– Пожалуй! – сказал Ноланд и принялся разливать чай.

Теодор Бремер выбрал для сейфа странное место.

Подвальный этаж дома подразделялся на кухонную кладовую и техническое помещение с канализационными трубами. Поскольку особняк находился на бульваре Пайс – улице, берущей начало от дверей городской ратуши, – Бремеры относились к числу счастливых обладателей электрического освещения, и подвал был оборудован лампочкой накаливания. В пахнущей штукатуркой технической комнате было светло и сухо, вдоль стены проходило несколько медных труб с вентилями. В углу громоздился стальной шкаф сейфа.

"Не очень-то удобное место для хранения документов, – подумал Ноланд, – постоянно сюда спускаться, регулярно менять угольную лампочку… да и соседство с водой рискованное". Альфред подозвал его к сейфу.

– Вот четыре барабана с цифрами. Нам нужно четырехзначное число. Есть догадки? – сказал он.

Ноланд надавил на один из валиков и крутанул его. Раздался жесткий металлический щелчок, цифра ноль сменилась на единицу. На валиках не было ни царапин, ни потертостей, способных дать подсказку. Желтоватый металл блестел холодно и неприветливо. Прокрутив барабан до девятки, Ноланд не обнаружил в замке никаких особенностей: нужно лишь ввести код и повернуть ручку.

Они перепробовали все пришедшие на ум комбинации, начиная от года рождения Теодора, заканчивая количеством воинов в войске хранителя Дерека в последней битве при Дозорной башне. Поднаторевший в истории Ноланд перепробовал десятки знаменательных дат, в первую очередь – упомянутые в книге "Лик истории", которую отец опубликовал перед уходом в экспедицию. Но тщетно: какой бы код ни набирали, металлическая ручка не поддавалась.

– Может быть, ее заклинило? – предположил Ноланд, в очередной раз наседая на ручку.

– Заклинило или нет, в любом случае придется звать слесаря, комбинаций слишком много, – ответил дядя и промокнул платком лоб.

– Но кто возьмется официально взламывать замок? Ведь юридически сейф принадлежит не нам!

– А кто вздумает уточнять? – пожал плечами Альфред. – Сейф же находится в нашем подвале. Я даже думал обратиться к изготовителю, но на сейфе нет никакого цехового знака. Явно несерийный экземпляр.

– Тогда я пошел к кузнецу?

– Не торопись, Ноланд. Ты правильно сказал, что заказ на вскрытие может отпугнуть честного человека. Мне кажется, нужно поспрашивать на рынках предместий. Там могут найтись люди, так скажем, имеющие больше опыта в таких делах.

Ноланд прищелкнул языком.

– Рискованно приводить домой вора.

– У нас ему негде разгуляться, разве что сматывать ковры и отколупывать паркет, – сказал дядя. – Кроме того, надо быть чокнутым, чтобы промышлять на бульваре Пайс, рядом со штабом полиции.

– Может быть, городового пригласить? Для надежности, – сказал Ноланд.

– Маргиналы не переносят блюстителей порядка. Достаточно того, что в особняке есть система оповещения. В случае чего мы всегда можем вызвать наряд полиции, дернув за веревочку. От штаба – минута ходьбы.

– Такое ощущение, что ты уже все продумал! Может, и человек на примете есть?

Дядя покраснел.

Утром следующего дня они сидели в холле и ожидали гостя. Стук часового маятника утопал в пыльном ковре. Тяжелая мебель эбенового дерева, казалось, впитывает и растворяет любой случайный звук. На столике между кресел стояли чашки из-под чая и шахматная доска с оставленными в скуке фигурами.

– Как планируешь с ним расплачиваться? – спросил Ноланд.

– Предложу долю от найденного в сейфе, – сказал дядя.

– А если не согласится?

Дядя потер свежевыбритый подбородок.

– Честно говоря, не знаю, чего от него ожидать. Я с ним совсем незнаком.

Ноланд откинулся в кресле и закрыл глаза. Ожидание истончало терпение, стук часов убаюкивал. Чем заняться, кроме как ждать взломщика, он не знал: впервые за многие годы ему довелось находиться в подвешенном состоянии вне учебы и вне каникул. Дальнейшая судьба зависела только от вскрытия сейфа, и ни о чем другом он думать не мог. Даже любимые книги о похождениях легендарных героев не увлекали – древние предания затмевались насущными проблемами, столь банальными в сравнении с великими подвигами и в то же время такими же неодолимыми.

Зазвенел дверной колокольчик.

Дядя жестом показал Ноланду оставаться на месте, а сам бесшумно подошел к глазку. Раздался второй звонок, и Альфред так же тихо вернулся в кресло.

– Снова слащавый юнец из банка, мнящий себя юристом, – сказал он. – Подождем, пока не уйдет, я всегда так делаю.

К окошку приблизился силуэт. В ромбиках полупрозрачного стекла Ноланд разглядел пятно желтого галстука, какие носят министранты Золотого баала. Несколько раз мелькнуло лицо – кредитор силился разглядеть обитателей дома. Наконец он гневно дернул звонок и удалился.

Дядя Альфред прерывисто вздохнул и пробормотал:

– Как же гнусно прятаться. Не думал, что докачусь до такого.

– Ничего, когда-нибудь мы выпроводим их всех до самой ограды, – сказал Ноланд, чувствуя всю неуклюжесть своей поддержки, когда дядю доканывают не долги и незваные гости, а собственная неспособность наладить дела – качество столь постыдное для человека в возрасте.

Дядя рассеянно покивал и ушел в кухню за чаем. Пару минут спустя в дверь постучали. Гость явно не жаловал дверных звонков.