Чтение онлайн

— Вижу, ты все-таки отыскал их, — сказал он.

— Да. Теперь мне срочно нужно в Нильгерд.

— Я потерял больше половины своих людей, — заявил герцог, и глаза у него стали злыми. — Многие ранены и обморожены. Дорого нам обошелся твой гребаный бард.

— Лёц мертв, — сказал я и направился к группке эльфов, стоявших в стороне, под большими соснами. Я вошел в их круг и увидел на снегу лежавшие рядом тела. Много тел. Две трети ши, пришедших к Волчьему Логову, пали в сражении. В строю осталось не более полутора десятков воинов. И еще я увидел Зендру, которая стояла над мертвым дедом.

— Мне очень жаль, — шепнул я ей.

— Это хорошая смерть, — ответила Зендра. — Дедушка ушел достойно.

— Я рад, что ты жива, Зендра.

— Не надо, Ллэйрдганатх, — произнесла она с горечью, которая кольнула меня в сердце. — Не давай мне надежду.

— Я выжил благодаря ему, — я показал на Даэга. — И вам всем.

Зендра ничего не сказала, только коснулась пальцами моей груди. Я взял ее руку, поцеловал и, повернувшись, встретился взглядом с Холавидом. Он отвел глаза, и я понял, что нам нечего сказать друг другу.

— Мастер, вас лорд Джарли зовет, — сообщил мне подошедший латник.

Джарли все так же сидел на дереве.

— Что дальше, Кириэль? — спросил он, протягивая мне наполненный вином кубок. Я взял чашу, пригубил, протянул обратно герцогу. Джарли допил остатки и вопросительно посмотрел на меня — он ждал ответа.

— Я же сказал, нам нужно в Нильгерд, — сказал я.

— Твой батюшка едва дышит, — произнес герцог. — Он не доживет до завтрашнего утра.

— Возможно. Однако выбора у нас нет. — Я посмотрел Джарли в глаза. — Но это не твои хлопоты, ваша светлость. Я сам разберусь.

— Я должен радоваться победе? — Джарли потянулся за бурдюком, чтобы наполнить кубок. — Пожалуй, да. Проклятые Псари и маги мертвы, все их отродье уничтожено. Орден повержен. Осталось выпустить кишки из короля Готлиха.

— Если де Клерк исцелится и покинет этот мир, Готлих и его полчища исчезнут как дурной сон.

— Победа без битвы, так? — Джарли засмеялся: он был пьян. — Это хорошо. И я верну себе Роэн-Блайн, верно?

— Именно так, ваша светлость.

— Знаешь, Кириэль, ты блаженный. Ты не понимаешь одной простой вещи. Есть сила, есть слабость. Сегодня я… мы сломили мощь Ордена. Завтра об этом узнает весь Элодриан. И Готлих узнает. Он не рискнет сражаться на два фронта, со мной и с ши. А я вернусь в свой лагерь, пополню армию и начну бить вальгардцев.

— Да помогут тебе боги, — сказал я и шагнул было к телегам, где солдаты оставили носилки с де Клерком под охраной Вероники и Уитанни, но герцог остановил меня.

— Я принял решение, Ллэйрдганатх, — сказал он. — Глупо останавливаться на полпути к победе, не так ли?

— Не понимаю тебя, — я понял, что Джарли задумал что-то нехорошее.

— Все просто. Однажды ты сказал, что де Клерк залог к победе Вальгарда, и если он останется у северян, всем нам крышка, — Джарли упер руки в бока. — Но теперь де Клерк у меня, и я могу диктовать условия Вальгарду.

— Бард умрет, если ему не помочь.

— Да, но Готлих об этом не знает, ха-ха-ха! Я пошлю ему письмецо, в котором сообщу, что его псарня разорена, Лёц и его маги кормят червей, а бард, которым он так дорожил, у меня. И Ллэйрдганатх на моей стороне, — Джарли сделал большой глоток из кубка. — Как тебе мысль?

— Джарли, я понимаю, что ты хочешь вернуть себе престол и отомстить за отца. Но ты выбираешь не тот путь.

— Почему же? Сегодня мы разбили Орден, завтра разобьем войско короля Готлиха. Все вместе, — Джарли положил мне руку в латной перчатке на плечо, сжал до боли. — У бастарда Джарли есть возможность стать не просто герцогом Роэн-Блайн: теперь он вправе претендовать на всю Брутхайму, на Виссинг, Лоннорн, Саратхан, на вальгардскую корону!

— Ты бредишь, Джарли.

— Нет! Сам подумай — мы на пути к исполнению мечты! И ты можешь помочь мне, Кириэль. Ну, поможешь, или нет?

Ну вот, кажется, случилось то, чего я опасался. Джарли раскрыл карты. Этот ублюдок все это время искал своей выгоды. Он считает, что победил. И что пришло время избавиться от меня.

— Вы пьяны, ваша светлость, — сказал я, глядя ему в глаза.

— Каттлер! — заорал Джарли, выхватывая из-за пояса кавалерийский пистоль.

Все, приехали. Эти твари только ждали приказа. Уитанни, почуяв опасность, бросилась ко мне, но поздно — нас взяли в кольцо всадники герцога, и мы оказались на прицеле полусотни пистолей и карабинов, часть из которых наверняка заряжены серебряными пулями. И ши не помогут, их слишком мало, и вокруг них тоже люди Джарли.

Попали…

— Ну, что медлишь? — спросил я, сжимая загривок тихо рычащей Уитанни и стараясь сохранить спокойствие. — Стреляйте, свиньи. Убьете меня, убьете де Клерка, всех нас убьете — и что дальше? Ты, Джарли, даже не понимаешь, чем все это закончится. Дух Разрушения вошел в тебя, и ты закончишь так же, как король Готлих. Найдется новый бастард, который сыграет в футбол твоей отрезанной башкой. И случится это очень скоро.

— Я прикончу твою кошкобабу, — Джарли направил пистоль на прижавшуюся к моей ноге Уитанни. — А потом тебя, Кириэль. И барда прикажу прикончить. Так что решай, или ты со мной, или все вы умрете.

— Насильно мил не будешь, — я плюнул в снег. — Жалко, что хорошее дело потерпело неудачу из-за властолюбивого кретина. Вы разочаровали меня, ваша светлость.

— И меня тоже!!!

Звучный мужской голос прозвучал громко и неожиданно. Я обернулся. В полусотне метров от нас, на большом камне у края дороги стоял человек, державший в каждой руке по пистолю с зажженными фитилями. Рядом с ним стояла женщина, одетая по-мужски, в наемничьем берете и с мушкетом в руках.

— Люстерхоф! — воскликнул я.

— Он самый, приятель, — вальгардец взмахнул рукой, и из-за деревьев вдоль дороги вышли его люди, держа на прицеле своих арбалетов, самопалов и пистолей солдат Джарли. — Мы ехали следом за вами и видим, что успели вовремя. Будем стрелять, или побеседуем?

— Сначала побеседуем, — раздался женский голос, и между мной и Джарли встала фигура в плаще и капюшоне. Женщина скинула капюшон, и я узнал Алиль.

— Убери оружие, герцог, — сказала она спокойно и властно. — Не то…

Со всех сторон раздался тягучий тоскливый многоголосый вой. Лошади кавалеристов Джарли испуганно заржали, заволновались так, что всадники с трудом удерживали их. Миг спустя и люди испугались не меньше лошадей — не меньше двух дюжин гаттьен, возникших из вечернего сумрака, медленно приближались со всех сторон к отряду Джарли, беря его в кольцо.