Чтение онлайн

Никому не хотелось доводить дело до стычек и разорительных уголовных процессов. Чаще всего новые города, чтобы придать себе побольше политического веса, старались учредить у себя какое-нибудь высшее учебное заведение. По всей стране, как грибы, росли колледжи и университеты. Но инженер Скиллард придумал более сильный ход.

Да, государству, безусловно, очень нужны образованные люди. Но подлинное образование можно получить только в Старом Свете. Все же новые университеты и академии нужны были для того, чтобы на несколько лет упрятать туда подрастающих отпрысков переселенцев из Старого Света. Пусть лучше крепкие и буйные юноши сидят в аудиториуме, чем слоняются без дела.

Но в Оклахоме в аудиториумы пока еще некого было загонять: у переселенцев и их детей хватало иных забот. Зато эта местность прекрасно подходила для того, чтобы содержать другую публику. И если бы удалось построить вместительную современную тюрьму, то ее услугами охотно воспользовалась бы не только администрация Территории, но и соседние штаты. Где тюрьма, там и суд, а где суд — там и столица.

Таким был расчет инженера Скилларда.

— Нет, коллега, — отвечал ему Остерман, усмирив оскорбленное самолюбие. — Мое имя слишком незначительно, чтобы красоваться на храме правосудия. И вообще, я предпочитаю делать инвестиции, не поднимая шума.

— Дружище, сразу видно, что вы не следите за развитием архитектуры! Нет, нам в Шерман-Сити не нужны мрачные казематы и сторожевые башни. Мы воздвигнем здесь нечто в духе прогресса и либерализма! Нечто в виде…

Он внезапно оборвал свою речь и тревожно оглянулся. Коляска прокатилась мимо оврага, обрамленного курчавым кустарником. Скиллард привстал на сиденье, глядя назад, а потом повернулся к кучеру:

— Мафусаил! Послушай, Мэт, почему ты поехал этой дорогой?

Негр ничего не ответил.

— Эй, Мэт! Нам не надо на карьер, ты все перепутал! Вези нас к моему дому, старый дурак!

Скиллард, хватаясь за бортик шаткой коляски, перебрался ближе к облучку и принялся дергать кучера за полы длинного плаща.

Негр выпрямился, и плащ упал с его плеч.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Скиллард, растерянно поворачиваясь к Остерману. — Но это же не Мэт!

Кучер стоял во весь рост, держа вожжи одной рукой, в другой руке у него был обрез дробовика, а на поясе хищно блестели патроны. Он оглянулся и сверкнул зубами, презрительно улыбаясь:

— А я думал, что для тебя мы все на одно лицо!

— Кто ты? Где Мэт? — дрогнувшим голосом спросил Скиллард.

— Какая разница? — негр натянул вожжи, и коляска замедлила ход.

Скиллард вернулся на свое место и больно вцепился пальцами в колено Остермана.

— С-с… Спокойно, д-доктор! — выговорил он, заикаясь. — У нас в Оклахоме и не такое случается.

Илья с трудом оторвал его вспотевшую ладонь от своей ноги. Оглянувшись, он увидел, что из-за кустов показались фигуры всадников. Они быстро настигли остановившуюся коляску и окружили ее плотным кольцом.

— Спокойно, доктор, это всего лишь индейцы, — сказал Скиллард. — Эй, парни, что это вы затеяли? Вы знаете, кто я?

— Вылезай, мистер инженер, — сказал негр, бросив вожжи и указывая стволом обреза направление выхода. — А ты, доктор, сиди тихо.

Индейцы выглядели совсем не так, как в шоу «На Диком Западе». На них были грубые рубахи без воротника и широкие полотняные штаны. Грязные пыльные волосы кое у кого были перехвачены налобной тесьмой, а у прочих просто топорщились слипшимися перьями.

Скуластые и узкоглазые, они равнодушно рассматривали Остермана, и их лица вовсе не были красными. Скорее, этот цвет можно было назвать густо-желтым.

Лошади были без седел и прочей сбруи, если не считать уздечки. У двоих-троих из-за плеча выглядывали ружейные стволы, остальные были безоружны — по крайней мере, так показалось на первый взгляд. Но присмотревшись, Илья увидел в руке ближе всех стоящего к нему индейца топорик на длинной резной ручке, украшенной продольными разноцветными канавками. «Томагавк!» — вспомнил он название топорика из романов Купера.

Скиллард тяжело спрыгнул на землю и сказал:

— Доктор, не беспокойтесь, сейчас мы все уладим.

«Я не беспокоюсь», — хотел ответить Остерман, но в этот момент фотограф Сол Грубер неожиданно проблеял:

— Мы уже приехали?

От его голоса Скиллард вздрогнул так сильно, что лошади испуганно переступили, а индейцы рассмеялись.

«Они не убьют нас, — понял Илья. — Не могут убить люди, которые так весело и безобидно смеются». — Он и сам попытался улыбнуться, но не преуспел в этом. Наверно, потому, что был готов перебить их всех.

Стать жертвой ограбления не входило в его планы. Илья взял с собой пять тысяч в золотых монетах, которые сейчас оттягивали его пояс. Грабители обнаружат тайный поясок сразу же — они заставляют расстегнуть рубашку даже раньше, чем шарят по карманам. И что тогда? Даже если они оставят ему чековую книжку, найдет ли он банк в этой глуши?

А действовать без финансовой основы Илья Остерман уже давно разучился. Значит, поиски убийц Коннорса опять зайдут в тупик. Выходит, он зря приехал. Получается, права была Инес, когда говорила, что сейчас неподходящее время для дальних поездок…

Один из индейцев заговорил удивительно низким голосом, и все застыли. Было ясно, что говорит вождь. Он был намного старше своих спутников. Его лоб пересекали глубокие морщины, а из налобной повязки свисало белое перо. Седые волосы двумя толстыми косами лежали на ключицах, а серую рубаху украшала кожаная бахрома.

Когда вождь умолк, один из индейцев сказал:

— Наш босс приказал привезти инженера. Землемер тоже пригодится. Доктор нам не нужен.

«Доктор? Это он обо мне!» — догадался Илья, и у него отлегло от сердца. Индейцы уважают врачей. Белые же грабители считают их наиболее ценной добычей, наряду с банкирами и юристами.