Чтение онлайн

Обыскав карманы гостя, Силин с удивлением констатировал отсутствие оружия. Чалый страховался, менты чаще всего придирались именно к оружию, свое он из-за судимостей иметь не мог, хватало того, что у каждого из его парней имелась вполне законная, зарегистрированная "пушка". Кроме портмоне, "Мотороллы" и связки ключей, Нумизмат выгреб из кармана Чалого штук пять зажигалок самых разных размеров и фасонов. Удивленно хмыкнув, Силин отложил найденное в сторону, на журнальный столик. Чалый все "отдыхал", и Михаил поинтересовался содержанием его кошелька. Сумма оказалась весьма солидной, имелись и доллары, но странно, Нумизмата это обилие денежных знаков даже расстроило. Подобные деньги он зарабатывал месяца за два каторжного труда, а для этого урки они просто мелочь на карманные расходы.

Переложив деньги себе в карман и с недоумением рассмотрев несколько пластиковых кредитных карточек, Силин решил, что пора привести Чалого в чувство. Сделал он это крайне просто. Выбросив из большой хрустальной вазы букет роз, все остальное содержимое Нумизмат щедро плесканул в лицо "отдыхающему". Холодная, мокрая пощечина быстро привела Чалого в чувство. С трудом восстановив равновесие, первым делом слабым голосом выматерился, вытер с лица воду и неуверенным жестом пощупал собственный затылок. Эксперимент не особенно удался, Чалый зашипел от боли и лишь затем, после минутной паузы, он взглянул на своего визави.

За это время Силин хорошо рассмотрел своего нового противника. Чалый оказался далеко не красавцем. Продолговатое худощавое лицо с впалыми щеками. Черные густые брови, почти сросшиеся на переносице, глаза как бы западали вглубь, к тому же казались поставленными чуть ближе, чем надо. Большой, с горбинкой нос в свое время пережил хороший удар с правой и чуть сдвинулся в сторону, над верхней губой застарелый беловатый шрам, сами же губы тонкие, узкие, такие бывают у очень язвительных и наглых людей. По виду Чалому можно было дать и тридцать, и пятьдесят лет. Короткие волосы с двумя залысинками ближе к вискам чуть тронула седина.

"Лет сорок, -- решил Силин.
– - Скорее всего мой ровесник".

Нумизмату невольно вспомнилась Нина, приманка и наживка в его игре, ее молодость, красота и женственность. Михаил даже невольно пожалел свою случайную жертву.

Тем временем и Чалый изучал его. Несмотря на расслабление и чудовищную головную боль, думал он быстро и логично. Этим в свое время он и выделился из общего стада уголовников, став его пастухом. Силина он раскусил быстро.

"Парню от меня определенно что-то надо. Если бы он хотел убить, убил бы давно. На блатного не похож, на фраера тоже. Лох такое дело бы не провернул. Это наверняка он на прошлой неделе шарился около ипподрома с "пушкой". Странный мужик, судя по взгляду, какой-то упертый".

Решив, что стоит взять инициативу в свои руки, Чалый сбросил маску болезненной расслабленности и резким голосом спросил:

– - Ну и к чему весь этот хипеж? Что, обязательно было волыной калган проламывать?

Силин на секунду смешался, слишком быстро с Чалым произошла метоморфоза. Но затем он вспомнил об "университетах" своего собеседника и, чуть усмехнувшись, ответил в тон начатому разговору:

– - Да у тебя, как у прокурора, все дни неприемные, а надо с глазу на глаз покалякать.

Чалый лишь одними глазами повел по сторонам -- голова у него по-прежнему болела, а потом задал волнующий его вопрос:

– - Девка где?

– - На кухне отдыхает, негостеприимная она у тебя, неласковая.

Чалый исподлобья взглянул на Силина.

– - Замочил?
– - спросил он.

– - Нет, что ты. Просто приласкал, как тебя.

Чалого интересовала не просто судьба Ниночки, а ее роль в происходящем.

"Ладно, потом с этим разберусь," -- решил он и спросил у Силина:

– - Ну и что тебе от меня надо?

– - Где коллекция?
– - спросил Нумизмат дрогнувшим голосом, и Чалый сразу заметил, как изменился тон этого странного человека, как заблестели его глаза.

Силин же, наоборот, в который раз увидел в глазах человека, причастного к краже, явные недоумение и непонимание. То, что для него было смыслом всей жизни, для этих урок являлось чем-то второстепенным и незначащим. Снова волна бешенства поднялась со дна души, у Михаила даже перехватило дыхание, так захотелось ему подскочить к дивану и гвоздить рукоятью пистолета по уголовному рылу, пока кровь не успокоит больную душу Нумизмата. Михаил все-таки сдержался, лишь судорога ненависти перекосила его лицо, но Чалый понял все. Немалый опыт подсказывал ему, что этот парень опасен как никто другой.

– - Монеты, что ли?
– - припомнил он.
– - Так бы и сказал. Нету у меня их. Уехали, и очень далеко.

– - Куда?
– - еле выдохнул Силин онемевшими губами. Все, что он готовил целую неделю, рухнуло в один момент.

– - В Москву.

– - Москва большая, -- сжав зубы, напомнил Силин.

– - Это точно, -- подтвердил Чалый и, потянувшись к журнальному столику, взял одну из зажигалок. Нумизмат по-прежнему находился в состоянии шока и лишь наблюдал, как Чалый зажигал и тут же гасил голубоватое пламя. Сначала Михаил не понимал, что тот делает, потом догадался, что у парня такая привычка. Силин даже припомнил название болезни -- пиромания. Этот невольный анализ позволил ему прийти в себя.

– - Так кому же в столице понадобилась моя коллекция?
– - спросил он.

Чалый скривился, чувствовалось, что ему не хочется говорить.

– - Это очень большой человек. Против него ты все равно ничего не сможешь сделать.

– - Ты скажи имя, а потом уж решим, смогу я или нет.

– - А если не скажу?
– - поинтересовался Чалый.

– - Скажешь, иначе я тебя просто убью.

– - Убьешь, так совсем ничего не узнаешь, -- уже наглея, заявил уголовник. Он даже позволил себе достать из пачки сигарету. Но лишь одна затяжка доставила ему удовольствие. Распрямившейся пружиной Силин вскочил с кресла, ударом левой ладони расплющил сигарету о губы Чалого, а правой рукой резко и часто начал бить рукоятью пистолета по голове мафиози.

Чалый едва успел прикрыть голову руками. С трудом, но все же Силин сумел остановиться, черная волна бешенства не успела до конца вырваться наружу. Остатками разума Нумизмат понимал, что сидящий перед ним человек пока ему нужен. И так же неожиданно, как и начав избиение, Силин его и закончил. Сделав два шага назад, он просто упал в кресло, задыхаясь и чувствуя нервную дрожь во всем теле. Прошло секунд пятнадцать, не более, но ситуация в квартире в корне изменилась. Оторвав от головы трясущиеся окровавленные пальцы, Чалый пробормотал с зубовным скрежетом: