Чтение онлайн

Златокузнецам необходимы были тигли, щипцы, множество различных молотков и молоточков, наковальни разных размеров, напильники, паяльная лампа и мехи, кроме того, бура и сера. Столярам -- топоры и пилы, молотки и долота, резцы и зубила, ножи, некогда они были из камня, а теперь выделывались из бронзы.

...Да, металлическое ремесло на Крите шагнуло далеко в среднеминойский период по сравнению с более ранними временами. Бронзу научились выплавлять так хорошо и получали ее так много, что и тазы и посуду (котелки на трех тонких ножках и котлы без ножек, кувшины и ковши, чаши и кубки) делали из бронзы.

12. Только относительно высокая техника, высокое для своего времени развитие ремесла, сельского хозяйства могли послужить фундаментом для критской культуры.

И то, что Крит был островом, вовсе не мешало ему (а может быть, даже помогало) вести обширную торговлю.

Один из ярких примеров тому -- все тот же известный уже нам игральный столик: ведь слоновую кость доставили либо из Африки, либо из Индии! Асфальт скорее всего из Месопотамии, лазурь, которая редко была природной, а чаще приготовлялась из медного оксида, смешанного с солями кремниевой кислоты, вероятно, из Египта.

13. Кносский дворец -- мы уже упоминали об этом -- был самым большим на Крите, но отнюдь не единственным.

Сейчас уже хорошо известно, что примерно в 2000 году до нашей эры, -может быть, немного раньше, может быть, немного позже, -- в разных уголках Крита воздвигнуты были князьями Кносса, Феста, Малии дворцы с большим числом комнат, со складскими помещениями, с мастерскими. Стены дворцов украшали красивые фрески.

А два-три столетия спустя, где-то около 1700 года до нашей эры, на Крите грянула катастрофа. Разрушен был дворец в Кноссе. Мы можем только гадать о причине. Скорее всего виновато землетрясение. Но может быть, и междоусобная борьба? Ведь дворец в Фесте тоже погиб, но несколько позже. Впрочем, не исключено, что он был разрушен тогда же, но просто не до такой степени.

Гибнут и города Мохлосс, Гурния, Паликастро.

Около 1600 года до нашей эры жизнь вновь налаживается. Это время второго, главного периода расцвета Крита. Крит на вершине своего экономического могущества. Из руин восстанавливаются старые дворцы: они перестраиваются, они улучшаются -- и все в том же Кноссе, и в Фесте, и в Гурнии, и в других местах.

Свой золотой век Крит переживает между 1600 и 1450 годами до нашей эры. Эгейское море стало Критским морем.

А потом... потом снова грянула катастрофа.

14. Разрушению подверглись целые города: Кносс, Фест, Агиа-Триада, Гурния, Мохлосс, Малия.

После этого удара Крит уже не поднялся.

Когда произошла катастрофа?

Археологи отвечают: вероятно, не позже 1400 года. Они вычислили дату, сопоставляя данные, полученные при раскопках соответствующих слоев земли на Крите, и последние упоминания о Крите египтян времен Аменофиса III (1401--1375 годы до нашей эры).

Конечно, тут возможно некоторое смещение: не исключено, что они и ошибаются лет на тридцать -- пятьдесят.

А вот месяц, когда произошла катастрофа, ученые называют почти с полной гарантией.

Возможно ли такое? Оказывается, да.

Ученым помогли следы пожара.

Словно зная, как важны когда-нибудь окажутся эти следы, ветер запечатлел на остатках стен критских зданий следы дыма. Это был достаточно сильный ветер: он нес дым горизонтально.

Когда на Крите бывает такой ветер, который мог бы отнести почти горизонтально к северу языки пламени от горящих стропил? Как правило, лишь в конце апреля -- начале мая.

Эванс, посвятивший немало лет изучению причин катастрофы, писал: случилось землетрясение, а потом уже, как следствие, возник пожар.

"Люди, -- говорит Эванс, -- были захвачены врасплох. Судя по следам, все произошло чрезвычайно быстро. Вот, к примеру, тронный зал кносского владыки. Он был найден в состоянии полнейшего беспорядка. В одном из углов лежал опрокинутый большой сосуд от масла, рядом нашлись какие-то культовые сосуды. Вероятно, царь поспешил сюда, чтобы в последний момент свершить какую-то религиозную церемонию. Но не успел ее, очевидно, закончить. Следы насильственно прерванной работы видны и в домах ремесленников, художников".

Была выдвинута и другая гипотеза: произошло мощное вражеское нашествие, вторжение на остров враждебных племен.

Воинская флотилия, писали сторонники этой гипотезы, настоящая армада могла более или менее внезапно оказаться у берегов Крита. Высаженные в различных местах десанты чуть ли не в один и тот же час начали штурм укрепленных городов. И закрепив первые успехи, вражеские войска двинулись дальше.

Кто были эти захватчики? Вероятнее всего, греки ахейцы, поднявшие знамя восстания против гегемонии Крита.

"В один из весенних дней середины XV века, -- писал английский ученый Джон Пендлбери, -- когда дул сильный южный ветер, которому было суждено отнести почти горизонтально к северу языки пламени, в конце апреля или начале мая, настал час расплаты".

Это была хорошо организованная военная экспедиция с определенной политической целью: упадок Крита не мог явиться результатом простого разбойничьего набега, считал Пендлбери. "Удар был ужасающий, -- писал он.
– В последний момент, когда дворец был уже окружен врагами и бой шел на этажах, когда языки пламени охватили тронный зал, сюда в сопровождении телохранителей вбежал царь Минос..." В отчаянии он пытался молитвами и жертвоприношениями отвести беду от своего государства. Но тщетно.

Другой современный английский историк, Джоффри Бибби, не верит в мощный флот, в десантные части. Но и он считает, что миф о Тесее как- то связан с крушением Крита.

"В тот год, -- пишет Бибби, -- "праздник быков" собрались отметить с небывалой еще дотоле торжественностью. Множество ловких бойцов (Бибби называет их тореадорами.
– - Л. В.) прибыло из Греции, чтобы принять в нем участие. И эгейские князья вместе со свитой тоже прибыли сюда чествовать победителей. Среди них обращал на себя внимание Тесей из Аттики.