Чтение онлайн

Кто это? спросил я, но тут трубка разразилась свистом и треском, а потом подарила мне короткие гудки. Определитель номера после фразы Конец разговора показал только черточки.

Очень мило.

Я отключил телефон, перевернулся на спину и стал смотреть в потолок.

* * *

Анна оказалась законопослушной девушкой и в наш офис по повестке пришла без опоздания. Дежурный проштамповал ей пропуск, подписал повестку и известил, что ей предстоит пройти установленные тесты для выяснения наличия экстрасенсорных способностей. Анна спокойно кивнула, словно проходила подобные тесты по три раза на дню, и Денис, мой коллега, повел ее в лабораторию.

Мы с Серапионом устроились на наблюдательном пункте и принялись смотреть, как Денис надевает на Анну микродатчики. Нас она не видела: нашу комнатушку от основной лаборатории отделяло зеркальное окно; зато я прекрасно рассмотрел, что рыжие корни волос она закрасила черным, а макияж ее заметно приличнее, чем тогда, в Доме Литератора.

Волнуешься? спросил Серапион как бы между прочим, перебирая бумаги на своей полке.

Ничуть, совершенно правдиво ответил я.

Анонимный телефонный звонок меня нисколько не напугал. Таких речей я наслушался, будучи журналистом, и застращать они могли примерно так же, как голая задница ежа. Гораздо важнее было то, что дурное предчувствие никуда не ушло, а видение очередной вариации моей жизни язвило, словно рыболовный крючок под черепом. Семья пусть не самая хорошая и не особо любящая, но семья. Мать, отец, даже брат гораздо лучше, чем полуголодная жизнь в приюте.

Я плакал в третий раз в жизни. Таращился в потолок, от которого начала отлетать штукатурка, а по щекам текли слезы в три ручья. У меня могла бы быть семья. И пусть приемный отец бил по рукам за взятый без спроса пирожок, а мать никого, кроме себя, не замечала все же это была семья. И сейчас я не был бы таким одиноким и опустошенным, зная: есть люди, которым я не чужой Могло ли так случиться на самом деле? Или это просто чудеса в работе мозга..?

Денис сел напротив Анны, поправил разложенные перед собой бланки тестов и сказал:

Тестирование проходит в два этапа. На первом вы должны будете ответить на вопросы; отвечайте быстро, записывайте первый же ответ, какой придет в голову. Если будете лукавить, то приборы это уловят. Второй этап это практика, психологическая игра.

Его голос в микрофонах звучал не слишком четко, хотя у Дениса отменная дикция. Сказывается бывшая работа на радио.

Анна кивнула и, придвинув к себе бумаги, погрузилась в размышления.

С вопросами она расправилась за восемь минут, причем контролировавший ложь механизм не сработал ни разу. Серапион очень неприятно ухмыльнулся. Таких вот фирменных оскалов у него целая коллекция, и при этом один другого гаже.

Кажется честная Как же она собирается нас обмануть?

Может, и не собирается, сказал я, глядя, как Денис присчитывает результаты и вносит их в компьютер. Серапион поджал губы.

Еще как.

Я сразу вспомнил как такими же тестами он изводил плачущую Марину. Двое суток потратил, инквизитор, и трудился сам, лично, не прячась ни за чьи спины.

А если она просто человек, как ты и я? или не знает, что ведьма?

Серапион подарил мне взгляд, полный брезгливого сочувствия. И на этого человека я потратил столько времени, написано было на его пухлой физиономии.

Прямо, не знает

Электронное нутро компьютера все еще обрабатывало результаты. Денис предложил Анне минеральной воды; она очень вежливо отказалась.

Или просто контролирует себя?

А, ты же еще не был на наших тестах, протянул Серапион. Если мимику и сердцебиение в принципе контролировать можно, то давление, потоотделение и сужение-расширение зрачков контролю разума не подчиняется.

Но если сильная ведьма-то, промолвил я. Серапион собрался было ответить, но тут компьютер переварил-таки тесты, и Денис вынул из одного из конвертов аккуратную стопочку карточек.

Стандартный тест. Помнится, даже я в институте проходил, с нулевым, правда, результатом.

Итак, Анна, приступим ко второму этапу. На этих карточках пять фигур: круг, квадрат, треугольник, зигзаг и отрезок. Я сейчас буду выкладывать на стол эти карты рубашкой верх; вы же на своем листе рисуйте ту фигуру, которая, по вашему мнению, изображена на моей карточке.

Я заметил, как напрягся Серапион. Его гладкое щекастое лицо окаменело, приобрело суровую монументальность. Наверно, Марина выбила пять из пяти.

У Анны получилось попроще, только три из пяти перепутала зигзаг с отрезком. Я задумался, можно ли считать отрезок и зигзаг фигурами, а Серапион вдруг нахмурился и воскликнул:

Ты смотри! В яблочко

На листке Анны красовались те же фигуры, что и на карточках. Абсолютно те же: крошечный кружок, тощий неравносторонний треугольник, ромб, отрезок и точная копия зигзага, словно Анна подглядела рисунки.