Чтение онлайн

— Он что, жену ждет? — спросила Эйлис.

— Нет, конечно! — решительно замотал головой Стивен. — С женой у них полное взаимопонимание: он живет своей жизнью, она — своей.

— Ах вот как...

И тут она заморгала, не веря своим глазам: обняв за талию, Джейсон вел к ним Мелани Таренхолт.

— Что она здесь делает?

— Успокойтесь, детка. Их роману с Джейсоном уже не первый год.

— Эйлис! — приблизившись, Мелани послала ей воздушный поцелуй.

За милыми улыбками этой платиновой блондинки таилась ядовитая змея, готовая вот-вот броситься и ужалить. Выяснять с ней отношения по поводу злобных выпадов на приеме было бессмысленно. Что ей сказать? Вы преувеличиваете? Вы ошибаетесь, что я и Джейсон... И тут Эйлис осенило: Мелани искренне верит в то, что у нее с Джейсоном роман, и попросту ревнует. Этим все и объясняется. Эйлис стало жаль Мелани.

— Прекрасно! Не двигайтесь! Улыбайтесь!

Эйлис ослепила яркая вспышка света, раздался щелчок аппарата: фотограф подкараулил их и снял — всех четверых.

— Зачем это? — удивилась застигнутая врасплох Эйлис.

— Из-за Мелани, — ответил Стивен. — Она ведь очень популярна — желанная добыча для каждого фоторепортера.

Все еще моргая от яркого света, Эйлис почувствовала досаду. Теперь еще ее фотография попадет в бульварные газетенки! Этого только не хватало.

— Ну как там в Италии? — спросила Мелани, когда фотограф удалился.

Стивен заерзал в кресле.

— Прекрасно. Провел кое-какую подготовительную работу перед съемками.

— Разве вы не в Судане будете снимать? — спросила оторопевшая Эйлис.

— Натурные съемки действительно будут проводиться в Судане, детка, — сконфуженно пряча глаза, пояснил Стивен. — Ну а павильонные — в Риме. Там обойдется дешевле, чем в Лондоне.

Зачем врать, что будешь за городом, если собираешься в Италию? Непонятно. Какой он странный, этот Стивен, думала Эйлис.

— С Марком Кимброу часто видитесь? — спросила Мелани.

— Только раз мельком, на приеме. Вы же там были.

— Нет, правда? — Мелани улыбнулась так радостно и победно, словно получила роскошный подарок. — Я просто думала... — она сделала мелодраматическую паузу и теснее прижалась к Джейсону. — В Мексике казалось, что вы находите с ним общий язык. Но вы ведь знаете, какой он, Марк...

«Да, теперь я это знаю», — подумала Эйлис.

— Марк вбухал громадные деньги в «Виндзор эрлайнс», — заметил Джейсон, и на красивом лице его промелькнула презрительная усмешка. — Это может оказаться колоссальной ошибкой.

— По-моему, на этот раз он хватил больше, чем может переварить, — с милой улыбкой добавил Стивен.

Метнув быстрый взгляд на Стивена, Джейсон сказал:

— Боюсь, что империя Марка в один прекрасный день может очутиться на Карни-стрит.

— Где это? — спросила Эйлис.

— Там, где терпят банкротство, детка. — И Стивен одним глотком допил свой стакан.

Небо было безоблачным, солнце сияло, и в отличие от двух последних дождливых дней нынешний, казалось, предвещал удачу. Все последнее время Эйлис пыталась раздобыть деньги для пьесы. Идеи разбивались о реальность: все, к кому она обращалась за помощью, вежливо ей отказывали.

Вот и сегодня час шел за часом, череда вежливых отказов не иссякала, и бодрость уступила место усталости. Эйлис шла по узкой улице, понурившись и еле волоча ноги.

Дело было не только в дурной репутации Ренаты. Людям со средствами Эйлис была неизвестна, они не могли ей доверять. Словом, американская романистка, впервые выступающая как драматург, и известная актриса-наркоманка — тандем явно не из самых удачных. Меценатов можно понять, и совершенно ясно, что денег ей могут дать лишь в качестве личного одолжения. И в который раз после ее приезда в Лондон в памяти возникло имя Марка Кимброу. Однако мысль, что этот мерзавец станет опять наживаться на ней, не давала Эйлис покоя. Достаточно тех доходов, что принесет ему картина. С пьесой надо исхитриться и найти другие дырки.

На небе опять сгущались тучи, и вдали слышались приглушенные, но грозные громовые раскаты. Стоя на Уордер-стрит перед зданием, где располагались представительства крупнейших английских кинокомпаний, Эйлис пыталась превозмочь в себе усталость, досаду и отчаяние. Что, если и Найджел Хантер отвергнет ее просьбу?

Заставив ждать ее целый час, так как встреча не была заранее оговорена, секретарша наконец впустила Эйлис в сверкающие стеклом и металлом роскошные офисные апартаменты.

— Спасибо, что приняли меня, — глядя прямо в мутно-голубые глаза Найджела, поблагодарила Эйлис. — Я пытаюсь достать денег на постановку моей пьесы. Это будет...

— С участием Ренаты Тримейн? — прервал ее Найджел.

— Да. Она создана для этой роли.

Эйлис чувствовала, что слова ее не нашли сочувствия. Найджел не заинтересовался ее проектом и разговаривает с ней только из вежливости. По давней привычке она начала рассеянно крутить локон, в трудной ситуации ей становилось почему-то легче от этого.

Тяжело поднявшись, Найджел прошел к огромному, во всю стену, окну.

Если говорить честно, Эйлис была неприятна резкая, грубоватая манера Найджела. Она никогда не пришла бы к нему, если бы не Стивен, уверивший ее в том, что отец в восторге от ее актерского дарования.

— Хорошо, — негромко произнес Найджел, повернувшись к Эйлис. — Я дам вам денег, но при одном условии.

Выйдя из такси, Эйлис направилась к большому георгианскому особняку. Когда она дернула медную ручку двери, опять пошел дождь и в воздухе запахло сыростью. Типичная майская погода для Англии, решила Эйлис, — ливень, тут же солнце и потом опять ливень. Интересно, куда она дела свой зонтик?

— Привет, Малколм, Линда ждет меня, — сказала она открывшему ей дверь лакею.

— Эйлис, я здесь. — Линда высунулась из библиотеки. — Погода промозглая, и я решила, что нам не повредит затопить камин, хотя на дворе и лето. Что-нибудь не так? У тебя расстроенный вид.

— Я собиралась поговорить с тобой наедине, пока еще не пришли Джайлс с Ренатой. — Эйлис присела на мягкий кожаный диван. — Стивену не удалось найти инвестора. Он очень старался, но все боятся рецидивов у Ренаты. Три последних дня я сама предпринимала всяческие попытки раздобыть денег — ведь я знаю, что значит для Ренаты этот спектакль, потому и собственные деньги, все, сколько есть, я тоже собираюсь вложить в проект.

— Неужели ты можешь себе позволить такой риск?

— Наверное, это не очень разумно, но я уже решила. Я верю в мою пьесу и в Ренату. Только не говори ей, что это все мои сбережения. Я уверена, она считает, будто у меня куча денег... Пусть мои денежные дела ее не заботят — она должна думать только о роли. Увы, это только половина денег, остается добыть еще половину.