Чтение онлайн

Уже около шести часов я в пути, пора отдохнуть и лошадке и мне. Рассвет будет еще через пару часов и лучше поспать в это темное время, чем ехать неизвестно куда.

Я свернул на неширокую тропинку влево и через пятьсот метров устроил привал на маленькой полянке. Снял тюки с лошади и устроил себе небольшой бивак, не став разводить костер, чтобы не терять время для сна. Проснулся через пару часов, чувствуя себя отдохнувшим, перекусил немного сам и покормил лошадь. Закинул тюки на нее, осторожно подошел к основной тропке, прислушался и никого не услышав, повел в поводу свою помощницу. Вел до тех пор, пока немного не рассвело, тогда запрыгнул на лошадь и ехал, пока позволяла тропинка.

Заметив свежие следы от конских копыт, я понял, что тропинка эта не так уж и пустынна, судя по отпечаткам, две лошади прошли к границе вчера.

— Значит, будут скоро возвращаться, — подумал я и, на всякий случай, снарядил копье. Встреча с контрабандистами может получиться непростой, не любят они посторонних людей у себя на пути, искренне считая себя хозяевами леса и потайных троп.

Вел в поводу лошадь и искал высокое дерево, чтобы удобно забраться повыше и осмотреть местность. По моим подсчетам, я уже должен подъезжать к границе, здесь никак не обозначенной на местности. Через полчаса поисков увидел такое подходящее дерево, знакомую сосну-ель, выше остальных соседок на пять метров и с удобными, идущими с самого низу ветками. Росла она в паре сотен метров от тропинки, и я решил добраться и посмотреть по сторонам, чтобы хоть немного определиться, с тем, что ждет меня впереди. Пробираться через сплошной лес оказалось очень непросто, приходилось сильно шуметь, чтобы пробить путь для лошади, но все рано или поздно кончается и вскоре я привязывал уздечку к крепкой ветке.

Начал осторожный подъем по толстым веткам, невольно вспоминая свое спасение на таком же дереве, с такими же фито иголками.

Когда поднялся выше основной массы деревьев, перспективы впереди немного определились, гряда довольно высоких холмов, наверняка, обозначала границу. До них примерно два километра, и они сами по ширине занимали полтора километра, такой значимый рельеф местности, который придется мне учитывать.

С других сторон и сзади ничего не разобрать за сплошным покровом леса, это и ладно, мне только вперед и надо, но холмы — это открытая местность, заезжать путнику, желающему остаться незамеченным изо всех сил, на эти небольшие высоты — ни к чему. Придется объезжать по широкой дуге, надо искать тропинки по дороге, чтобы свернуть влево или вправо. Через сплошной лес ломиться — это не вариант, шумно очень и трудно, кто угодно подберется незаметно к тебе.

Только спустился и начал отвязывать лошадку, кинул вокруг поиск и тут же пришел ответ, крупная группа конников быстро скачет по покинутой мной тропинке и скоро проскачет мимо того места, где я сквозь кусты углубился в лес.

Я сразу прихватил за морду лошадку, заволновавшуюся от ржания нескольких жеребцов и шума, производимого ими, прихватил и начал наглаживать, успокаивая и страхуя в такой неподходящий момент от того, чтобы простое животное призывно заржало.

Конники проскакали мимо, и я, перестав придерживать морду лошади, снова вскарабкался на дерево, понимая, что мне надо наглядно убедиться, куда они проскачут и кто это такие. Хотя, уже и сам понимал, что никем, кроме гвардейцев, это количество конных быть не может. И посланы они точно за мной.

Значит, не выдержал все же писарь до семи часов, вскрыл конверт и прочитал его. Часа в три или четыре, похоже.

Это очень плохо, гвардейцы могут по следам на тропинке понять, куда я свернул, если у них будет время на поиски. Придется тогда бросать лошадь с тюками и удирать через лес, что не хорошо для меня. Самому тащить большую часть нужного барахла и одновременно бежать от погони, это надо быть двужильным. Я, в принципе, такой и есть, но лучше все же лошадь не бросать и служивых не убивать.

Поэтому я, с понятным нетерпением ожидал, когда замелькают фигуры преследователей на склонах холмов и дождался. Они устало поднялись на гребень холма по центру и стали осматриваться. Видно, конечно, так себе, но в одинаковой одежде, похоже, в форме и четверо их всего, еще четыре лошади в заводных, получается. Я уже мог на секунду улучшить зрение до орлиного и воспользовался даром от магии, чтобы понять, что это гвардейцы, их и точно — четверо всего, они соскочили со своих коней и вытирают их от пота.

Это не так опасно, как если бы гвардейцев было восемь, но, все равно — дорога вперед перекрыта. Может, они — только передовой дозор и на подходе основная часть гвардейского подразделения. Эти четверо с заводными лошадьми скакали почти непрерывно и потратили всего часа четыре с половиной или пять, чтобы занять стратегическую позицию на господствующих высотах.

Очень жаль, что я еще не преодолел холмы, но военные там скоро все осмотрят и увидят следы предыдущих лошадей, определят, что прошли они вчера, свежих следов нет и я не проезжал сегодня. Поэтому останутся там, перекрывать этот участок и точно, скоро появился дымок, парни начали готовить горячую пищу, не собираясь сидеть всухомятку, как, наверняка, приказали им командиры. Значит, прямо сейчас они своих не ждут, может, вообще, никого и не будет больше, не такая я уж важная птица. Хотя, как на это посмотреть, письмо, это одно дело, а живой свидетель — это совсем другое. Хотел же забросить письмо в ящик около здания Караулки, там оно точно долежало бы до утра, но это тоже риск, можно попасть на глаза стражникам и они решат сразу открыть ящик из интереса.

Сейчас около девяти утра, полдесятого, так что, в пути они часов с пяти, дежурная рота при дворце короля, значит писарь открыл письмо в четыре часа ночи или в полчетвертого, охренел от моей писанины и понесся зарабатывать свое будущее. Теперь он точно, не признается, что ждал четыре часа, скажет, что проснулся от удара конверта, подсунутого в ставню и сразу его вскрыл. Молится там за меня, чтобы не поймали и не привезли обратно в город.

Ну, пока, все на тоненького прошло, если бы не мои умения и осторожность, гнались бы сейчас за мной четверо гвардейцев и стремительно мои шансы на успех мероприятия по тихому исчезновению катились бы в задницу.

Так то, ничего страшного не случилось, надо объехать гряду холмов и дальше уже ждет меня свобода. Пора искать тропинки в объезд и лучше не медлить с этим, сзади с отставанием в пару часов могут подтягиваться и основные силы.

Через километр нашлась и тропинка в обход открытого места, следы пары лошадей сворачивали на нее и уходили вперед, я немного затер все следы на расстоянии двадцати метров, чтобы не бросались в глаза и поспешил по тропинке.

Дальше вел лошадь, контролируя пространство вокруг и вскоре сторожок дал сигнал, что мне навстречу движутся люди и лошади. Наверняка, это те самые контрабандисты, которые возвращаются назад и будут не рады мне, гвардейцам и просто нашей встрече.

Поэтому я остановился, съезжать с тропинки некуда, сплошной бурелом и незачем.

Достал кольчугу и спокойно надел ее перед внезапно появившейся парой угрюмых, крепких мужиков, так же ведущих в поводу двух сильно нагруженных лошадей. Надел и подхватил снова копье, выставив его поперек тропинки.

— О-па! — один из мужиков положил руку на длинный кинжал, висевший на поясе, второй оглянулся назад, не засада ли это у них на пути. Повернулся обратно и с угрозой спросил:

— Что за намеки? Зачем копье поперек тропы поставил?