Чтение онлайн

На крыльце одного из таких домов я замечаю девушку в длинном белом платье с красными расписными узорами. Она тоже замечает меня и медленно встаёт со ступеньки. Не выдержав долгого зрительно контакта, я улыбаюсь ей, и она тут же улыбается мне в ответ.

Кажется, не всё потеряно.

Мы паркуемся у домика из красного кирпича, что стоит в самом конце улицы впритык к ограждению.

Я первой выскакиваю из машины вместе со своей сумкой и несусь в наш новый временный дом, пока родители возятся со Стёпой.

Распахнув дверь, я оказываюсь в скромной светлой прихожей и несусь дальше, совершенно позабыв о ботинках.

В нашем доме пять комнат, две из которых – терраса и кладовка, а остальные – спальни. Наконец-то мне будет где уединиться, ибо жить в одной комнате со Стёпой уже нет никаких сил.

Пока я исследую кухню, родители наконец-то заходят. Я слышу, как за ними захлопывается дверь.

– Марин, помоги мне, – подзывает мать, и я выглядываю из кухни с тающим кубиком сахара за щекой. Она протягивает мне один из чемоданов. – На, отнеси это в комнату с большой кроватью.

– Но я хотела занять большую кровать…

– А где тогда спать нам с папой? – мать хмурится, и я тоже начинаю хмуриться. – Давай, не выдумывай, – она хлопает меня по плечу. – Ты уже выпила дневные таблетки? – и отрешённо спрашивает.

– Нет. Щас выпью.

– Поживее, – добавляет она и принимается раздевать Стёпу.

Я завожу чемодан в большую комнату и ещё пару минут стою внутри, разглядывая её. Затем и вовсе падаю на обалденную упругую кровать, заворачиваясь в прохладное одеяло.

Как же мне не хочется им уступать…

– Мариша! – вновь этот раздражающий зов из прихожей.

Я всё-таки встаю и достаю из своего рюкзака огромную таблетницу, набитую колёсами до конца следующей недели. У матери наверняка есть и запасные, если я потеряю эти, или если мы здесь задержимся.

Открыв ячейку с надписью «понедельник», я вынимаю четыре таблетки и забрасываю их в рот. Затем встаю и двигаю на кухню. По пути я показываю маме язык с белыми капсулами, а уже потом захожу на кухню и запиваю колёса водой из-под крана.

– Можно мне прошвырнуться? – я вытираю губы рукавом и спрашиваю громко, чтобы родители точно услышали.

– Да, – даёт добро отец.

Тогда я вылетаю обратно в коридор и, прошмыгнув мимо семьи, и мимо маминого «только недалеко», вырываюсь на улицу.

Солнце тут же бьёт в глаза. Из-за таблеток чувствуется лёгкое помутнение. Всё вокруг проносится шлейфом. Но это меня не пугает, даже когда тело становится слегка ватным. Побочный эффект новых препаратов. Врачи сказали, что через неделю приёма пройдёт.

Я не бегу, а почти лечу по извилистой тропе, накинув на себя наушники.

Мне хочется жить. Хочется чувствовать. Хочется всего-всего-всего, и как можно больше. Такие, как я, просто существуют с подрезанными крыльями в стерильной птичьей клетке. Будь я чуть храбрее, то давно бы уже стала самолётом.

Почти добравшись до другого конца ограждения, я падаю на колени и заваливаюсь на обваленное и заросшее мхом дерево. Глубокий задыхающийся вдох и медленный выдох. Яблоко как раз кстати валяется неподалёку, так что я хватаю его, немного протираю краем футболки и принимаюсь грызть от скуки. Но оно оказывается необычайно вкусным, так что таких диких яблок я уплетаю штуки три, совершенно позабыв о времени.

– Нравятся яблочки?

Я резко оборачиваюсь на голос, обнаруживая ту самую девчонку в белой одежде с узорами. Она сидит на краю колодца, переплетая свою косу, и глядит на меня почти что не моргая.

– Да, – с неловкой паузой отвечаю я, – нравятся, – и приподнимаюсь, чтобы тоже сесть.

– Это дары Ярило. В честь твоего прибытия, – улыбается она.

– Блин… Ты во всю эту фигню веришь, что ли? – разочарованно вздыхаю я и кусаю новое яблоко.

– Верю. Ещё как верю, – отвечает она, добавляя абсолютно беззаботно, – и ты поверишь.

Я закатываю глаза и отворачиваюсь от неё. Очередная сумасшедшая по мою душу. Как будто родаков и Стёпы мало. А я-то надеялась, что мне удастся с ней подружиться, а она, блин, вон кто – чудачка с приветом.

– Тебе понравится, – продолжает убеждать моя новая знакомая. – Меня Свята зовут, а тебя?

– Маринка, – бросаю я.

– Маринка… – я слышу, как шуршит трава, пока Свята приближается. – Соберём яблок?

Я поворачиваюсь к ней только тогда, когда она оказывается совсем близко и опускается на колени.

Недолго думая, я соглашаюсь. Делать здесь всё равно нефиг, да и яблоки вкусные, и Свята, вроде, ничего. Если сильно прищуриться и не подходить к ней впритык, чтобы не обращать внимания на её чудной наряд.

Моя новая знакомая задирает подол своего платья и предлагает использовать его как авоську.

Мы начинаем ходить и гнуться над яблоней, накидывая спелые плоды Святе в подол. Но они всё никак не заканчиваются и не заканчиваются.

Тогда мы продолжаем складывать яблоки уже мне в футболку, потому что больше Свята унести не может. Так она сказала.

– Думаю, хватит.

– Оставшиеся пропадут, – подмечаю я, слишком увлёкшись процессом.

– Не пропадут, животные съедят, – уверяет меня Свята. – Ты тащи то, что уже собрала, к себе. Только потом возвращайся. Я познакомлю тебя с другими девочками.

– А тут есть и другие?

– Есть, Мара. Есть, – звонко смеётся Свята. – Они будут рады с тобой познакомиться! Возвращайся, как закончишь.

Меня очень воодушевляют её слова. Я отхожу немного, но любопытсво побуждает меня оглянуться. Свята в этот момент подходит к колодцу и высыпает все яблоки, что до сих пор держала в подоле, прямо туда.