Слеза чемпионки, Роднина Ирина Константиновна

Слеза чемпионки

на обложку

Роднина Ирина Константиновна

Шрифт:

Когда мама умерла, я попала в жуткую ситуацию. Я не могла приехать в Москву ни когда она болела, ни даже на похороны. Я приехала только через полгода, и эта боль остается со мной до сих пор. Прошло уже двадцать лет, а до сих пор внутри чувство боли, что не была, не была. Но появилось и совершенно неожиданное ощущение. Раньше я знала, что за мной следят родители, коллектив, родственники, тренер, наконец вся эта громадная страна, как карта во всю стену моего кабинета. А когда мама умерла, может потому, что я жила в Америке, я совершенно четко поняла, что у меня за спиной пустота. Что на меня, физически ощутимо, опираются два моих ребенка, а мне назад шаг сделать нельзя, иначе мы все вместе полетим в пропасть. Что я теперь осталась с совершенно неприкрытой спиной.

Поэтому я так за свое здоровье сейчас борюсь, чтобы, не дай бог, мои дети это пережитое мною чувство раньше времени не испытали. Борьба идет ежедневная. Возраст. Организм не молодеет. Мама у меня была полная, папа — коренастый. У меня конституция располагает к тому, чтобы раздаться. Плюс у меня такие широкие плечи, которых при моем росте в обычной жизни быть не могло. Это всё нагрузки. Спинища такая, потому что когда была травма позвоночника, мне пришлось ее так закачать, что я поднимала штангу, и у меня «становая» была двести. Не у всякого мужика такая спина. Естественно, все еще усугубляется тем, что здоровье подорвано спортом. Любой профессиональный спортсмен имеет очень мощные сердечные мышцы. Если их не держать в тонусе, то они начинают атрофироваться. Все говорят: ну как же, он такой здоровый, он же спортсмен! А какое количество спортсменов в возрасте сорока-пятидесяти лет получили обширные инфаркты и операции на сердце. Потом, если мышечный аппарат нес большие нагрузки, то сейчас они резко снизились, и организм начинает сигнализировать — болят кости, связки, вылезают старые травмы.

Поэтому я сейчас поднимаюсь каждый день на час раньше, заставляю себя бегать или ходить на тренажере. Потому что в Москве, к сожалению, воздух далеко не чистый и нет условий для бега. Даже не потому, что климат плохой, — культуры такой нет. Город не приспособлен для жизни и тем более для занятий спортом. Если я вырываюсь на природу, начинаю заниматься спортом как подорванная.

У нормальных людей обычно две жизни: одна — это карьера, или, другими словами, работа, другая — личная. У меня еще была третья — спортивная. Она сложилась так, как мало у кого из спортсменов складывается. Что касается личной жизни, она тоже удалась: двое толковых взрослых детей, наверное, позволяют это сказать.

Пришло ли время подводить итоги? Если пришло, то главный из них таков: итоги подводить рано.

Иллюстрации

1988 г. В Загребе

1948 г. Евпатория. Папа и мама — еще до меня

1955 г. Снова на Черном море — папа, мама, сестра Валя и я

< image l:href="#"/>

Папа, Константин Николаевич Роднин

Мама, Юлия Яковлевна Роднина. Оба снимка сделаны в 1946–1947 году

Мама всегда старалась одевать нас с Валей одинаково

На катке в парке им. Жданова

< image l:href="#"/>

1969 г Ленинград, чемпионат СССР, первое место Москвина — Мишин, второе Белоусова — Протопопов, третье Роднина — Уланов

1969 г. Делегат съезда ВЛКСМ

1969 г. В поездке по Сибири. В центре кадра — мы с Улановым и Татьяна Тарасова

1973 г. Кёльн, чемпионат Европы. Позируем после награждения

1973 г. Совсем начинающий

1973 г. Обязательная программа, тодес назад внутрь

1974 г. Примерка костюмов к программе на музыку из кинофильма «Неуловимые мстители»

1973 г. Кёльн, чемпионат Европы. Подарки победителям

1974 г Спартакиада народов СССР. Команда Москвы: Роднина, Горшкова, Гаранина, Баконина, Пахомова, Моисеева, Алексеева, Шеваловский, Коварев, Кокора, Зайцев, Миненков, Бойчук, Завозин. Последним в этой колонне стоял Горшков, но он не попал в кадр