Шрифт:
Глава 1. Как загорается неизвестная звезда.
Луна тогда была яркой и особенно завораживающей. Свет ее как обычно падал на маленькие цветы, не без труда распустившиеся на руинах старого города либо деревни – кто знает, сколько лет они пустуют. Вот совсем еще молодой цветочек поднимает свои листочки навстречу ночному светилу, давшему ему жизнь. Растению достаточно совсем немного, лишь маленький лучик, даже блик от лунной благодати, чтобы выжить. Однако никакая планета, звезда или спутник не вернет погибшего в наш мир. В объятия цветка вместо холодного света упали алые капли крови. Медленно лепестки опустились под их тяжестью, когда огромная нога, не похожая на человеческую, хладнокровно раздавила с десяток ночных цветов.
Когда нечто большое и страшное накрывает своей тенью, все, на что способен несчастный – молиться. Неважно как, неважно кому, но он будет молить о спасении…либо о скорой, но легкой смерти. Именно это и делал израненный новичок среди охотников за монстрами, пока огромный, похожий на медведя своими габаритами и на волка своими челюстями, демон неторопливо приближался к нему.
Рычание чудовища было похоже на гром, что сотрясает воздух вокруг. Улыбнувшись жестоко, монстр блеснул глазами и совершил прыжок, который оказался последним, что увидел паренек. Тьма поглотила его сознание, напомнив, почему он должен был умереть подобно совсем юному цветку…
Накануне этих событий
Юноша гордо рассматривал себя в зеркале. Блестящие доспехи идеально сидели на его довольно мускулистом теле. Не успели они попасть к нему в руки, как парень начистил их до такой степени, что в искусно выполненной защите можно было увидеть отражение яркого солнца на небе. Если бы люди не знали этого блондина, то сказали бы с уверенностью, что их посетил какой-то важный рыцарь, ведь никто из маленькой деревеньки не мог позволить такую роскошь. Да и не нужно это никому. Жители такого захолустья, что отрезано от всего мира лесом и болотом, не горели желанием идти в бой, который предполагал покинуть дом. Жизнь здесь строится на сельском хозяйстве, да торговле. Чаще всего фермеры уезжают из деревни на заработки, но бывает и наоборот, извне прибывают торговцы. Казалось бы, маленькая деревушка, окруженная лесом и болотом – лакомый кусочек для оборотней или демонов. Однако никто никогда не нападал на жителей. Именно этот факт и смущал всех, кто был знаком с Тревором. Он не был из богатой семьи, но благодаря своей неплохой выносливости и силе смог накопить достаточно денег, чтобы приобрести базовое снаряжение для охотника на монстров. Каждый в деревне с радостью предлагал ему работу, ведь никто даже не думал, для чего такому веселому и беззаботному парню нужны средства.
«Такие красивые, сияющие, без единой царапинки!» – думал он, никак не желающий оторвать глаз от своего отражения.
–Дорогой, ну что же ты делаешь?
Любование юноши прервал женский голос. На пороге его комнаты стояла взволнованная мать. В ее глазах холодел страх за сына, а дрожащие руки выдавали приближающееся отчаяние. Юноша посмотрел на мать с недопониманием, как бы задавая ей вопрос «о чем ты?»
–Зачем ты купил все эти вещи? – разорвав молчание, продолжила женщина.
Было понятно сразу – она уже давно знает причину, но что-то в материнском сердце еще надеялось на благоразумие сына.. Но, к ее великому сожалению, она была неправа. Ее надежды были развеяны в тот момент, когда ее дорогой первенец подтвердил свое желание стать охотником.
–Нет! Я тебе не дам на это благословения, Тревор! Ты же знаешь, сколько их погибает на этой работе! – отчаявшаяся мать начала кричать.
В воздухе чувствовалось напряжение, грозящее перейти в истеричный крик. Дрожь в руках женщины перешла на все тело, а из глаз потекли реки слез. В каждой слезинке, падающей на деревянный пол, была заключена последняя материнская надежда. Но окончательное решение сына разбило ее так же, как и слезы разбивались при встрече со старыми досками под ногами. Юноша вздохнул, когда мать упала на колени, и прорвался ее крик боли.
Тревор никогда не был тем, кто может правильно проявить сочувствие. Нет, он не был эгоистичным и бессердечным, совсем нет. Но как вести себя в такой ситуации он не знал, не понимал. Этим очень был похож на своего отца, который уже появился за спиной матери. Мужчина осмотрел душераздирающую картину, что воцарилась в комнате сына, и позвал младшую дочь, чтобы та позаботилась о своей страдающей матери. В его взгляде не было ни капли сожаления, лишь понимающее смирение и гордость за выбор первенца.
–Пойдем, поговорим в тишине. Пусть мать успокоится, дай ей время, – произнес отец, поманив рукой.
Юноша, что стоял с опушенными глазами до этого момента, послушно последовал за ним, сохраняя молчание. Лишь на пороге он бросил последний взгляд на зеркало и, запомнив свой вид, произнес себе под нос: «Это мой выбор, и я не собираюсь сходить с выбранного пути».
…
–Смотри, Тревор все-таки решил уходить.
–Да, да, похоже на то. Ну, вот не дурак ли?
–Самодур, какого еще поискать надо. Слышали, как его мать сейчас кричала? Совести у него нет, так над ней измываться!
Мужчина грозно посмотрел на торговок фруктами и овощами, которые уже вовсю сплетничали про его сына. Этого было достаточно, чтобы все замолчали и в смущении вперемешку со страхом скрылись в тени коробок и корзин. Блондин про себя усмехнулся. Верно – его отец хоть и добродушный, но на вид суровый лесоруб, которого побаивалась вся деревня. Редко кто осмеливался шушукаться не то, что за его спиной, а в принципе, даже когда его нет рядом.
«А эти женщины довольно смелые» – подумал парень, не прекращая семенить за отцом.
Так как деревня маленькая, то мужчины дошли до места назначения довольно быстро. Прогнав налетевших ворон под дерево с белыми цветами, лесоруб пригласил сына сесть рядом с ним. Тревор оглядел до боли знакомое место. Это была небольшая полянка с одним единственным деревом. Вокруг не было ни души, кроме этих мусорщиков, как любит звать ворон сосед семейства. Дома людей были в нескольких метрах от поляны, но в них уже давно никто не живет. На противоположной стороне простиралось огромное болото, огражденное старым забором, который вот-вот должен либо рухнуть, либо окончательно сгнить. Это дерево… никто из селян не знал, что это за древо, почему на нем растут белые цветы и можно ли их срывать. Оно стоит тут, скорее всего дольше, чем жил на этом свете юный охотник, ведь отец приводил его сюда каждый раз, когда нужно было поговорить о чем-то. Даже не о важных делах, а вообще: был разговор и о разбитом соседском окне, и о первом дне в школе, и даже о первой любви. Это дерево помнит все.
«Похоже, что ты услышишь последний наш разговор» – мысленно обратился с почтением к старому «наставнику» Тревор и сел на землю, осторожно прислонившись к сухой коре.
Лесоруб посмотрел на небо серьезным взглядом. Даже такому мужчине было нужно время, чтобы задать, пожалуй, самый тяжелый вопрос.
–Ты принял окончательное решение?
Сын утвердительно кивнул, на что отец закрыл глаза и продолжил:
–Скажи, что ты уже узнал по своей … работе?
Вопрос оживил юношу. В нем вспыхнул азарт и восхищение, с которыми начинающий боец начал пламенную речь.