Чтение онлайн

Вскоре у него была уже надежная, подстрахованная другими видами производств компания, которая вышла на международный уровень. Трудности, конечно, были, но Витя не любил про них рассказывать. А вскоре оказалось, что эти самые трудности только развили его фирменный, непередаваемый стиль бизнеса — холодное упрямство и высочайшую творческую энергию. Креативность.

Словом, Анастасия трудностей даже и не заметила. Ее Витя ничем не заставил поступиться. Хотя что там она и тратила? Ну да, дом надо поддерживать. Затеяли тогда ремонт той, первой дачи. Да, ремонт тогда бросили. На него уже не хватало. А с покупками на семью все обстояло по-прежнему. Так они и жили очень скромно, хватало им как-то денег.

А после дела пошли вообще замечательно! Виктор вторгся на китайский рынок и нашел там благодарную нишу. Нет, конечно, он не продавал китайцам свой фарфор — это было бы смешно. Зато он разместил у них свое производство и теперь вместе с собственным продавал еще и китайскую продукцию, всегда славившуюся своим качеством и древней историей.

Благодаря этому он смог достичь такого уровня личного благосостояния, чтобы позволить себе купить не только квартиру в «тихом центре», но и дом по Рублево-Успенскому шоссе. В Барвихе-19. Рядом с Есиным, главным московским строителем. Тем самым как бы вошел в состав российского высшего общества.

Сначала Анастасию тут, на Рублевке, все радовало. Будоражило кровь сознание, что она принадлежит к высшей касте, что под ее управлением — настоящий особняк, вышколенная обслуга.

Интересно было и жить в атмосфере Рублевки. Когда в магазине можно встретить растрепанную знаменитость. В ночном клубе — оторваться с другими знаменитостями так, как и представить себе не могут обычные люди. А на спортивной площадке поиграть в теннис с женами первых лиц в стране.

Но постепенно это стало привычно. Настолько, что иногда она даже тосковала по тому простому деревянному дому в два этажа, который они построили почти что своими руками… А что! Она тоже кашу строителям варила!

Впрочем, Настя несколько лукавила. Жизнь здесь уже трудно поменять на что-то иное. Их здешний дом из красивого, качественного камня был очень хорош. Выстроенный в английском стиле… нет, все же… Не в стиле. Но с намеком — правда, толстым — на английский стиль… Он внутри был просторнее, чем казался снаружи. И был очень уютным. Поскольку Витя пропадал на работе допоздна, то работами по переделке-перекомпоновке Анастасия распоряжалась практически сама. Конечно, с мужем согласовывались основные идеи — но ежедневно возникало столько частных, но важных вопросов, что она искренне гордилась собою, своим умением управлять. И своим архитектурным вкусом.

Впрочем, трезво понимала Анастасия, от неистребимого советского духа никуда деться не удалось. Да и куда от него денешься, если вырос в двухкомнатной смежной хрущевке? Так что в итоге и вышло смешение английского с хрущевским. Входная дверь открывалась не в гостиную сразу, как у англичан, а в холл. Из холла можно было пройти на кухню, где — ну, куда ж от этого убежишь? — был устроен диванчик изогнутый, чтобы можно было сидеть на нем вокруг стола. Как на традиционной кухне советского человека. Гостиная была, скорее, американизированной: специально устроен подиум, оборудован «мягкий уголок». И еще ей нравилось, что она заставила всех согласиться с отдельным помещением под столовую — вид традиционного стола в углу ее никак не устраивал. Ну, спальню сделали на втором этаже, кабинет для Вити — рядом. Тут же — громадную лоджию, всю в зелени, чтобы летом можно было загорать там обнаженной и чувствовать себя как в лесу. Впрочем, на лес эта лоджия и выходила. В общем, домом она была довольна. Довольна и соседями. Поначалу опасалась, что придется иметь дело с надутыми — или, наоборот, с бандитскими — миллионерами. Хотя где-то в глубине души у самой пела, пела струнка: надо же, мы, мы, мы тоже теперь — миллионеры! И не те, что в рублях, а настоящие!

А все ж настоящих миллионеров она побаивалась. Но оказалось, что уж в их-то поселке вокруг — милейшие люди! В основном врачи, которым выделили тут участки еще чуть ли не во времена Сталина. И которые так и продолжали тут жить, несмотря ни на какие пертурбации, нехватки денег и выгодные предложения от новорусских покупателей.

Хотя, справедливости ради, надо сказать, что все же простых участковых из поликлиник тут не было. В основном главные врачи хороших больниц, профессора. В общем, светила. Но все равно — ауру вокруг поселка они создавали интеллигентную, очень мирную и добрую.

И все было хорошо… вплоть до той нелепой ссоры на стоянке перед магазином…

Произошло все как-то неожиданно. Анастасия ехала с Ленкой и Вигги в «World Class» на Ильинском шоссе. Ей нравилось это место с мягкими теннисными кортами, с хорошей сауной и массажной.

Как обычно, Ленка ныла по поводу своего «связиста». Кикваркин, ее муж и владелец сети магазинов сотовой связи, в последнее время положительно отбился от рук.

— Представляете, — делилась подруга, ища сочувствия и поддержки, — опять нанял новую секретаршу! Приходила я на нее поглядеть… Ну, на морде все у нее написано! Знаете, этак-то на носочках вбегает: «Андрей Алексеевич, вам кофе со сливками или как вы любите?» А сама глазами своими на меня — луп! луп! И вижу, как счетчик в них заработал! Тут же меня раздела, обмерила, возраст вычислила, целлюлит оценила… И вижу, морда этак у нее прямо на моих глазах хитреет! Уже решила, что она с моим делать будет!

— А ты что? Сцену ему не закатила? — спросила Вигги.

— Да Кикваркин же тоже — тот еще жучила! Выслушал, поулыбался снисходительно… Потом обнял и говорит: она-де просто работница. Он-де ее не сам подбирал, из агентства прислали. Хорошо, дескать, вышколена, дело свое знает. А что внешность — так это ему для презентационности так надо! И что тут ответишь? Зато какой секс, девочки, у нас потом был! Он так доказывал, что я у него единственная и любимая, что прямо натер мне все там…

Все трое захихикали.

Ленка давно мучилась со своим мужем. Тот был повеса в самом настоящем смысле слова. Жуир. Игрок женщинами и деньгами. Как уж там он создал свою мобильную империю, понять было трудно. Появилась она как-то в одночасье. Вдруг, буквально за полгода, у всех метро в Москве появились его павильоны-магазины, где можно было купить мобильник и оплатить услуги связи. Откуда на это так быстро и в таком количестве появились деньги, было неизвестно. Ленка тогда еще замужем за ним не была, а по поводу прошлого ни делиться, ни выспрашивать в их кругах было не принято. Злые языки поговаривали, что Кикваркин выиграл большую сумму в казино — настолько его поведение не вязалось с большим бизнесом.

Правда, Анастасия считала эту версию дурацкой. Она сама любила иногда оторваться в «Голден Палас». И прекрасно знала, что по крайней мере в России никто не позволит выиграть крупную сумму. По-настоящему крупную. Бизнес-империю на это точно не построишь!

Став магнатом, Кикваркин от прошлых привычек не отказался. Ленка, как-то раньше срока вернувшись из Канна, застала у него целое лежбище проституток. «Да ладно, — не стал изворачиваться муж, — я же только тебя люблю. А это так — плоть потешить, гормоны слить…» И потащил ее в постель, распорядившись своему водителю — такому же оторве — расплатиться с девками и выставить их вон.