Чтение онлайн

Переведя взгляд на него, Лиза сказала:

— У тебя есть все, что нужно, да? Ваши с Лоуренсом костюмы у Розалинд?

— Джерри забирал их вчера, так что да, они там.

Стараясь не думать, какому риску они могут подвергаться в доме у Розалинд, Лиза сказала:

— Что у тебя со словами? Ты их уже заучил, как думаешь?

— Работаю над этим. А ты?

— Что-то в этом роде. Нужно будет еще пару раз порепетировать, перед тем как ты уедешь вечером. Во сколько ты уходишь?

— Кажется, я с этим еще не определился, но думаю, ты подскажешь мне, если я буду слишком долго крутиться у вас под ногами.

Рассмеявшись, она стиснула его руку и полезла в сумку за телефоном.

— Двенадцать сообщений!

— Помимо тех пятьсот шестидесяти, которые ты уже получила? — лукаво поинтересовалась Эми. — Или это общая сумма?

— Помимо, конечно, — ответила ей в тон Лиза. На самом деле к этому времени ей прислали больше пятидесяти сообщений с пожеланиями удачи, в основном по электронной почте. А сколько могло прийти завтра, оставалось только гадать. Кроме того, всю прошлую неделю ее засыпали дюжинами поздравительных открыток, а пожертвования в пользу детской больницы уже перевалили за десять тысяч фунтов. Какой бы ни была финальная сумма, они с Дэвидом пообещали удвоить ее.

Они с Дэвидом. Мистер и миссис Кирби. Лиза Мартин Кирби.

Волнующие, волшебные слова. В то же время странно было думать, что у нее теперь другое имя, как будто в ней обнаружилась какая-то новая грань, которая до этого оставалась неведомой. Она гадала, каково ей будет в роли чьей-то половинки после стольких лет, когда не нужно было ни с кем считаться, кроме самой себя. Пока что для нее все складывалось неплохо. В конце концов, они с Дэвидом прожили вместе чуть больше восьми месяцев и, с ее точки зрения, очень хорошо ладили. Если не считать редких оговорок Дэвида, когда тот называл ее Катриной (ничего удивительного, хотя приятного мало), и ее дурацкой привычки не развешивать одежду по местам сразу после того, как она ее снимает. Впрочем, когда они занимались любовью, эта привычка никого не смущала. А вот их с Тони исступленные попытки сосуществовать под одной крышей такой оценки никогда не заслуживали. Насколько ей помнилось, семь месяцев было рекордным сроком, который им удалось прожить, не разбегаясь. Но Тони был человеком совершенно иного плана, и в ней он явно пробуждал не самые лучшие качества, и уж точно не теперь. Так что определенно к лучшему, что их пути наконец разошлись.

Через час они вернулись в дом, благополучно устроили Хизер в одной из гостевых комнат и стали барахтаться в море людей, которые беспрестанно ходили между домом и самыми разнообразными автомобилями и переносили туда-сюда цветы, столы, постельное белье, бокалы, супницы, блюда всех размеров, столовое серебро, карты меню, микрофоны, съемочную аппаратуру и бог знает что еще во всяческих чемоданах и тележках.

— Дэвид, где ты? — прокричала Лиза, выбегая из спальни, где оставила Иззи разбираться с платьем.

— Здесь, — крикнул он в ответ.

Она нашла его в спа, наблюдающим, как прозрачная вода каскадом льется в уже наполовину заполненный плавательный бассейн.

— Жалко, что на выходных в нем еще никто не сможет поплавать, — заметил Дэвид, обнимая Лизу одной рукой, — если, конечно, гости не изъявят желания искупаться в холодной воде.

— Подогрев будет готов к нашему возвращению, — напомнила ему Лиза, думая, какое блаженство иметь собственный бассейн, в котором можно плавать каждый день. — Какой же ты у меня молодец! — с чувством сказал она. — Это самый прекрасный дом, о каком только можно мечтать.

Дэвид с любовью посмотрел ей в глаза.

— А ты — самая прекрасная жена, — тихо проговорил он.

Жена. Было такое ощущение, что он говорит о ком-то другом, о ком-то, в чей образ она совсем не вписывается. Жена. До сих пор она понятия не имела, понравится ли ей быть женой. Но, с другой стороны, у нее была уйма времени, чтобы полюбить этот новый статус. И, обняв Дэвида за талию, она счастливо замурлыкала, когда его губы коснулись ее губ.

Мгновение спустя грохот снаружи привел их в чувство. Они ждали криков досады или злости, но, к счастью, этого не последовало. Решив, что ничего страшного не случилось, Лиза сказала:

— Да, так зачем я тебя искала? Ага, знаю. Пожалуйста, не поднимайся наверх, пока мы не поедем на вокзал. Или, если поднимешься, не заходи в нашу спальню, потому что на одном из крючков для картин висит мое платье, а тебе нельзя его видеть...

— ...до завтра, — закончил за нее Дэвид. — Не волнуйся, я не забыл. Вообще-то, если ты не против, я подумывал прямо сейчас оставить тебя с ним наедине, если, конечно, я не нужен тебе для чего-то еще. Я оставлю машину, чтобы ты могла встретить... певцов...

— Шилу и База. К чему такая спешка?

— Никакой спешки. Просто Розалинд будет ждать меня, и я подумал, что, если я только мешаюсь у тебя под ногами...

Понимая, какие смешанные чувства он сейчас испытывает, Лиза ласково улыбнулась и сказала:

— Поезжай, дальше мы справимся, и бери машину, если хочешь. Я всегда могу заехать за певцами на такси.

— За Шилой и Базом, — сказал Дэвид, ущипнув ее за нос. — Ты точно не против?

— Конечно, нет. Ты скажешь ей, что мы уже поженились?

Дэвид покачал головой.

— Вряд ли. Наверное, для нее лучше думать, что все произойдет завтра. Так у нее не будет ощущения, что я сделал это у нее за спиной. По сути так и есть, но надеюсь, что к тому времени, когда она узнает, это уже не будет иметь значения.

Сообщение Тони пришло за несколько минут до полуночи, что в переводе на пекинское время означало около девяти или десяти утра, как подсчитала Лиза — она не могла точно вспомнить, на девять или на десять часов они отставали от китайцев.

Послание было коротким и совсем не таким, как она ожидала. «Привет, малышка! Просто говорю, что буду думать о тебе в твой большой день. Моя потеря — его триумф. Но знаешь, как говорят, пусть победит сильнейший. Пожалуйста, не переживай, что я попытаюсь тебе все испортить (ручаюсь, ты так и думаешь). Я был глупцом и теперь плачу по счетам. Будь счастлива, моя милая. Ты всегда будешь самым главным человеком в моей жизни. Т.»

Сердце Лизы переполнилось чувствами, но она призналась себе, что главное из них — облегчение. Теперь можно быть уверенной, что Тони не выкинет какого-нибудь дурацкого трюка вроде затяжного прыжка с парашютом в самую гущу свадьбы, чтобы попытаться украсть ее в самый последний момент.