Чтение онлайн

Оба отправились в небольшое путешествие…

Лёгкий ветерок едва ли охлаждал в это поистине небывалое жаркое и душное утро. Июнь едва получил эстафету лета, как принялся за работу всерьёз, без выходных и поблажек. Прошло всего три часа с момента, как поднялось солнце, но раскалённый гигант настолько прогрел воздух, что день обещал быть суше, чем в пустыне. Ещё и на небе ни облачка. Лишь небесная синь простирается на весь горизонт над горным кряжем Сихотэ-Алиня.

Нетронутая человеком тайга простиралась на многие десятки километров вокруг. Последняя дорога закончилась в десяти километрах от этого места, дальше шли пешком сквозь непроходимые дебри, под вопиющие атаки и гул кровососов. Самки комаров решили, что больше ни один человеческий инкубатор сюда не забредёт, и решили подоить обоих двуногих сразу и досуха.

Скорпион перевёл взгляд на отца, того человека, который его заменил. Третий год зовёт не Дмитрием, а просто “отцом” или “папой”. По началу эти слова произносились с трудом, осторожно, как будто каждое могла ранить похлещи любой осколочной гранаты, но со временем, теплотой и заботой, барьер рухнул, рассыпавшись в самые мелкие крошки. В один из дней Сергей понял, что произносит слово “отец” без внутреннего напряжения - породнились.

Дмитрий побродил вдоль подножья хребта, сравнил нагромождение камней по одному ему заметным ориентирам, затем кивнул, разрушая какие-то внутренние сомнения:

– Из десяти человек, что первоначально были допущены к этому проекту, в живых осталось только трое. Причём я самый молодой из них.

– Где остальные?

– Один в психиатрической лечебнице за границей, другой пропал без вести.

Скорпион воздел глаза к небу, активно почесался, чихнул, наконец, выдал идею:

– Тогда почему ты думаешь, что он живой?

Дмитрий присел возле одного из камня, пробурчал:

– Тоже где-нибудь за рубежом пытают в надежде раскрыть последние секреты родины. Только ничего у них не получиться. Пласт информации об этой базе настолько заблокирован в подсознании, что даже под самым сильным гипнозом или наркотическим препаратом, им не снять этот блок. В случае чего, мозг захлебнётся кровью.

Неприятная догадка вышла из уст сама собой:

– Батя, так ты остался один?

Дмитрий растянул губы до ушей, в глазах отразился блеск:

– Нет. Теперь нас двое. Запомни все манипуляции…

Отец подробно показал все действия. С последним рычагом глыба камня отъехала в сторону, обнажая небольшой чёрный зев, такой, что пролезть в него могли, только ползая на пузе, и только по одному человеку. Из глубин потянуло холодным воздухом, там внизу было гораздо холоднее, как в старинном склепе.

Дмитрий лёг на землю, обронил:

– Десять метров и разодранные в клочья локти и колена стоят того, что ты увидишь. Поползли, не пожалеешь.

Скорпион, проталкивая сумки в пещерный лаз перед собой, приметил:

– Как же интересно ваши толстые профессора сюда добирались?

– А много ты видел толстых отечественных учёных?
– Донеслось до Скорпиона.

Послышался звук задвигаемого камня. Скрылся последний свет, погружая в полный мрак. Ползли на ощупь. Скорпиона не оставляли сомнения, что этот лаз в любой момент может засыпать завалом и пышные каменные похороны обеспечены. Клаустрофобия какая-то. Но всё равно с упорством толкал сумки впереди себя. Метров через десять руки в каменной крошке нащупали другую поверхность, холодную металлическую плоскость. Добрался. Глаза даже начали привыкать к чёрному зеву, очерчивая контуры лаза.

– Закрой глаза, прикрой рукой и уткнись носом в землю. Сейчас будет небольшой сюрпризик.
– Выдал инструкцию Дмитрий, выбираясь из каменной кишки первым.

Едва Скорпион произвёл необходимые манипуляции, как яркий, ослепляющий свет брызнул со всех сторон. Для человека, который только что полз в полной тьме, это могло кончиться потерей зрения.

Затем яркий свет погас, сменившись красной лампой под потолком. Скорпион вылез ил лаза и оказался на металлической платформе размером три на три метра, с ограждением по периметру. Огоньки красных ламп уходили далеко вниз, под платформу, на сколько хватало глаз, казалось, они идут до самой преисподнии. Дмитрий показал на восемь переключателей в стене. Опустил тумблер только одного.

– Только этот, дотронешься до какого-нибудь другого, и четыре крупнокалиберных пулемёта порвут тебя в клочья. Будь осторожен.

Скорпион нахмурился:

– А на выходе? Там если ошибиться?

– Просто не пустит, и все внутри узнают, что на поверхности вражина. Кстати, если через минуту после опускания тумблера не надавливаешь ладонью вот здесь, то…

Платформа с огромной скоростью помчалась вниз, стоило Дмитрию надавить ладонью на место, в десятке сантиметров от тумблеров.

– А сколько метров под землю?
– Скорпион с удивлением заметил, что голос расплывается от скорости, хотя ощущения полёта не ощущалось, как в простом лифте, даже волосы всё так же лежали по плечам.

– Три с небольшим километра.

– Экскаватор пролез в ту дырочку? Его разве не должно было ослепить?

– Это гора уже надстраивалась над базой в естественном виде. Тогда ещё не было никаких спутников, и никто с космоса не мог видеть, что твориться в дебрях тайги Советского Союза. Первоначально эта был просто секретный бункер, возведённый по приказу товарища Сталина. Ни Хрущев, ни Брежнев, ни Андропов об этой базе не слыхали. Горбачёв, не глядя, подписал указ, о модернизации её до этого уровня. Все президенты после него о ней и понятия не имеют. Это внутренняя разработка одного теневого генерала. С мозгами, вместо дачи.

– С мозгами? Что же в ней такого?
– Скорпион, лишь напрягая внутренние ощущения, ощутил, наконец, замедление движения платформы. Они почти приехали.

– Эта база одним залпом устраняет угрозу китайского нашествия. Весь северный Китай будет просто стёрт в порошок. Ещё лет двадцать у них не будет эффективных средств противовоздушной обороны. Если, конечно, наши не продадут что-нибудь из недр НИИ. А иначе бы я давно расстроился, когда услышал по телевизору, что последние военные базы снимаются с дислокации и уходят под нож в небытие. Хорошо хоть про эту не знают. Горы умеют хранить тайны.

Скорпион не высказал в слух мысль о том, как же батя успеет запустить ответный удар по вероятному противнику, если бывает здесь не чаще, чем наступает 29 февраля. Спросил другое:

– Чем пальнёт? Ракеты?

– Напиханные всеми новейшими разработками, в том числе не принятых на вооружение. Специально “не замеченные”, так как они работают по принципам иной физики. Их просто невозможно сбить.

– Ядерка, которую невозможно сбить? Гм… чую ужас потенциального противника.

Отец продолжал, не обращая внимания.