Чтение онлайн

– Ну что ж, до твоего появления жизнь не предвещала ничего необычного. Елена работала, да и работает в госконторе, я военный специалист на закрытой базе под Хабаровском. Звания у нас свои, я что-то вроде майора. Жили мы никому не мешали, как вдруг в одну из ночей в дверь постучали незнакомые лица, предъявили милицейское удостоверение, Лена открыла. Вместе с милицией в дом ворвались трое из числа тех, кто остался в лесу. В общем, захотелось им оружия достать, как доставали на хиреющих разворованных базах до этого, в девяностых. Только, наша база не из погибающих, она секретна так же, как для меня сейчас ты. Но смысл в том, что я как раз и занимаюсь разработкой новых видов вооружений. Не всё же комсомольским заводам на себя брать. Кое-что и у нас есть. Но об этом в следующий раз.

– Значит, кто-то решил вас подставить?
– предложил Скорпион, разворачивая бинты. Посторонний предмет в руке всё чётче обозначал свои грани.

– Именно. Я даже знаю его фамилию. Он мой коллега, но доказать ничего не могу. Вот и решил взять жену и уехать на неделю-другую в лес. Пока на работе обещали разобраться.

– Разобрались?
– Сквозь боль улыбнулся Скорпион, пытаясь предположить, что могло остаться в руке после операции.

– Дело в том, что этот мерзкий тип стоит по статусу выше меня. Он окончательно запутал начальство, на работе полнейшая неразбериха.

Скорпион тяжко вздохнул. Час, от часу не легче.

– И вот мы в лесу. А оказалось, бандит этот имеет гораздо более крупные связи, - добавил Дмитрий.

– Да, да. Они ему очень помогли… - напомнил Скорпион, прощупывая руку. Из-под повязки брызнула струйка крови, белый бинт пропитался, обозначая красные пятна.

– И вот появляешься ты. Как итог, бандиты варятся в котлах, а тип на работе грызёт ногти после моего возвращения. Кстати, тот инцидент возле дома. Хозяин собаки подал в суд на тебя за превышение самообороны.
– Дмитрий горько улыбнулся. Жизнь в сумасшедшей стране заставляла смеяться над нелепостями и сквозь слёзы.
– Но, я вспомнил твой пример, да и свидетелей пол двора. В общем, после того, как мёртвой собаке ломом расцепили зубы и тебя увезли в реанимацию, я и ещё пару мужиков со двора навестили спортсмена-собачника. В общем, теперь он переезжает, возместил тебе весь моральный ущерб, а иск в суд съел на моих глазах вместе со своим братом-адвокатом. И вообще, ты теперь дворовый герой. Вот. Примерно так всё сейчас и происходит.
– Несмотря на запутанные слова, рассказ немного прояснил картину.

В дверном проходе появилась Елена с двумя запаренными термосами и здоровым врачом в придачу. Заведующий детским отделением был больше похож на крепкого санитара из психиатрического диспансера. Что поделаешь, многие работают не по специальности…

Гулкий бас загрохотал:

– Это кто тут отказывается лечиться в моём отделении?

Скорпион вскочил на ноги, боль в руке заглушил силой воли. Сквозь зубы прошипел:

– Нет у меня к тебе веры. Ты где диплом купил?

Бугай отшатнулся, голос стал низким, угрожающим:

– Что такое?

– Не знаю, что такое! Ты лучше скажи мне, что осколок собачьего зуба делает в моей руке? Забыли?
– Скорпион окончательно осознал, что именно ощущает в ране рядом с запястьем.

Инородное уплотнение. Организм не зря разбудил вскоре после операции. Повышенная температура была как сигнал. Тоненький звук маячка говорил, что не всё в порядке. Хотя после наркоза вливают сильную дозу антибиотиков, жаропонижающих и болеутоляющих. Сразу и не заметешь.

– Какой зуб? Как так? На рентген!
– Завопил заведующий.

Прибежал лечащий врач, засуетилась медсестра, пригнали каталку. Началась нездоровая суета, крики, ругань. Скорпион с усмешкой вспомнил, что с такой заботой относятся к заплатившим пациентам. Как ни странно, сейчас им оказался именно он, значит, Дмитрий с Еленой “позолотили ручку”.

Рентген действительно показал инородное тело, что приняли за потемнение в результате заляпанных снимков

Елена ругалась. Даже интеллигентку можно когда-нибудь довести. Врач ссылался на то, что таких пациентов вообще не стоило брать без документов и страхового полиса. Дмитрий кричал, что посадит его за взяточничество.

– Вытащите этот кусок из его руки!
– Кричала Елена.

– Ему нужно восстановление после предыдущей операции, хотя бы сутки.

– Расстреляю! Всех к стенке!
– Дмитрий многое вспомнил из лексикона спецназа.

– Люди, да что ж это делается?
– Моющая невдалеке полы техничка стала сетовать главврачу на низкую зарплату.

Скорпион тихо схватился за голову. “О, Род, куда я попал?”. Поймал здоровой рукой пробегающую медсестру. Силы стремительно покидали тело, дрожь и слабость после наркоза накатывали волнами:

– Где тут у вас перевязочная?

Медсестра ткнула пальцем в дверь с надписью “горшечная”, внизу карандашом было подписано “перевязочная ”. Скорпион пнул дверь, оказалась незапертой.

Сознание плыло, нащупал выключатель; мёртвый свет осветил хирургический стол, лежащие в растворе инструменты и откупоренный бутыль с надписью: С2H5OH. Рядом лежал маленький кусочек хлеба.

За спиной появились врачи, Елена и Дмитрий. Скорпион схватился за скальпель, предчувствуя, что сейчас отберут.

– Ты ещё слишком молод! Не делай этого!
– Завопила техничка и добавила шёпотом, обращаясь к своим докторам, - я по телевизору видела, что с самоубийцами надо разговаривать.
– Серая жизнь уборщицы неожиданно скрасилась тем, что сейчас на глазах произойдёт убийство или самоубийство, а она, как самая смелая, предотвратит его или потом будет давать комментарии в камеру. По телевизору покажут.

Скорпион устало закатил глаза и разорвал оставшиеся повязки. Окунул скальпель в спирт и надрезал гноящуюся рану, схватил пинцет. Врачи, замерев, наблюдали, как мальчик, закусив до крови губу, роется в ране.

Кровь тяжёлыми каплями падала на пол. Осколок зуба со звуком металлической пули, грохнулся на кафельный пол. Скорпион припал на колено, здоровой рукой еле держался за хирургический стол. Из последних сил произнёс:

– Елена, плотная тугая повязка, пропитанная настоем с цветка, менять каждые полтора часа, чай с кореньями вливать в рот каждые три часа. И ещё… заберите меня отсюда!

Дмитрий подхватил тело обессиленного самоврачевателя, положил на стол. Лена в первый раз за десять лет супружество слышала строгий голос мужа: