СЛОМ
Шрифт:
– Что?..
– Вы поссорились, да? Почему вы расстались? Мне кажется, это его мучает.
– Ничего, пусть помучается…
Полина отняла руки от лица, зачерпнула горсть пушистой изморози и отправила ее в рот.
– Может, вам с ним поговорить?- предложила Майка.
– Мы уже поговорили,- Полина снова засунула руки в карманы и нервно пожала плечами.- О чем еще говорить? У него долг, у меня долг. Он считал себя не вправе навешивать свой долг на меня. Он меня, видишь ли, слишком любил, чтобы заставлять страдать. Господи… Как будто я не ждала и не умирала тысячу раз, когда он выезжал на свои задания… Чистоплюй. Терпеть его не могу…
Майка поежилась от холода.
– Но ведь прошло столько лет. Вы уже совсем другие люди. Я уверена, если вы поговорите…
– Нет,- Полина подняла голову к лунному диску.- Видишь Луну? Я могу любоваться ей. Думать о ней. Гулять при ее свете. Даже потрогать ее могу, если захочу. Но она никогда не станет моей. Так и будет болтаться там одна, в этой пустоте. Как и Олег. Никакой штамп в паспорте не сделает его моим. Он живет этой чертовой работой. Он ей дышит. Ест, пьет, шутит. Стихи читает. А мысли все где-то там, там… Не со мной, а с работой. Потому что долг, долг этот… Висит, как Дамоклов меч…
– Полиночка, извини…
– Не вздумай меня жалеть. Терпеть не могу жалости. И хватит об этом. Я замерзла, пойдем.
Полина решительно встала и быстро пошла, не оглядываясь. Майка секунду помедлила, вздохнула и побежала следом.
***
– Собачий холод!- выругался Уинс, наливая виски в стакан.- Плеснуть вам?
– Пожалуй,- кивнул Майк.- Только безо льда.
Майор Эшлер взял из бара второй стакан и тоже наполнил его до половины. Протянув Майку выпивку, он снова зябко поежился:
– И как эти русские умудряются тут выживать? Неудивительно, что их тоже тянет на Ближний Восток…
Вагон дернулся, и виски плеснулось майору на руку.
– А, дьявол,- снова выругался Эшлер, отряхиваясь.- Похоже, наконец отбываем. Ну, за успешно завершенное дельце, капитан.
– Это локомотив подали,- хмуро заметил Майк.- Отбытие еще через десять минут. И на вашем бы месте я не пил за успех заранее. У русских это плохая примета.
– Бросьте, Майк. Я не суеверен. Да и что может случиться сейчас?
В дверь постучали. Панель отъехала в сторону, и в проеме показался солдат охраны.
– Майор Эшлер, сэр, позвольте обратиться к капитану.
Уинстон кивнул.
– Капитан Майерс, сэр,- сказал солдат,- вас там спрашивают, на перроне. Какой-то человек в штатском.
– Как он просил доложить?
– Сказал, что хочет видеть старого знакомого, сэр. По выправке – военный офицер.
Солдат щелкнул каблуками ботинок и вышел. Майор посерьезнел и поставил стакан.
– Вы кого-нибудь ждете, Майк?
– Нет. Но я догадываюсь, кто это может быть.
– Тот капитан?
Майк чуть отодвинул занавеску и внимательно оглядел платформу.
– Полагаю, да. Я предупреждал вас, майор: их нельзя недооценивать. Особенно этого.
– Но у них нет прав устроить обыск.
– Надеюсь, что так.
Майор чуть приоткрыл дверь в спальное купе дипвагона. Киборг лежал в ящике. Так же спокойно, как и полчаса назад. Удостоверившись, что с грузом все в порядке, Эшлер запер дверь на ключ.
– На всякий случай,- пояснил он.- Пойдемте, узнаем, что скажет этот русский. Я хочу посмотреть на него поближе.
Капитан взял с полки бутылку и чистые стаканы. Офицеры прошли мимо охраны и спустились на перрон.
– Майк!- воскликнул Иван.- Я боялся не успеть попрощаться. Думал, неловко выйдет.
Майк зажал бутылку под мышкой и потряс протянутую руку:
– Иван, я так и подумал, что это вы,- заулыбался он.- Чертовски рад. Вот, знакомьтесь: майор Эшлер, Уинстон Эшлер. Уполномоченный нашей дипмиссии.
– Зовите меня просто Уинс,- так же широко улыбнулся майор, принимая руку Ивана.- Давно хотел с вами познакомиться. Майк мне о вас очень много рассказывал. Жаль, что у нас так мало времени. Поезд отходит через четыре минуты.
Майк уже разлил виски по стаканам.
– Я выпью за наше знакомство,- заявил Уинс.- За самого храброго русского офицера, с которым мне довелось встречаться. Если, конечно, Майк немного не преувеличивает в своих рассказах.
– О, нет, нет,- заверил Майерс,- нисколько. Многие мои ребята ему жизнью обязаны. Да и я тоже, к слову говоря. Я пью за вас, капитан.
Иван чуть улыбнулся и поднял стакан:
– А я выпью за вас, Майк. За хорошего солдата. Так считают ваши подчиненные, Майк. Я это знаю. И хочу, чтобы вы тоже это знали. Вы хороший солдат, Майк. Чертовски хороший солдат. Помните об этом, что бы с нами ни случилось там, в будущем.
Тепловоз дал гудок, и офицеры поспешно поднялись в вагон. Поезд тронулся. Иван замахал рукой вслед уплывающему вагону.
Майк опустил руку и задернул занавеску.
– Думаю, капитан, вы немного склонны к преувеличению действительности,- усмехнулся Уинс.- Я никакого сверхъестественного чутья у него не заметил.
Майк задумчиво теребил подбородок. Майор плеснул виски еще в два стакана и позвал:
– Теперь-то вы не откажетесь выпить за успех дела?
Однако Майерс продолжал стоять, глядя поверх занавески на проплывающие городские огни.
– Майк…
– Что он сказал?- задумчиво спросил капитан.- Вы помните, что он сказал?