Чтение онлайн

В обоих браслетах, как выяснилось, имелась функция опознавания ауры и телеметрических данных хозяина. Оба контролировали его дыхание и пульс. И оба, что несколько необычно, благополучно зафиксировали факт смерти хозяина. Однако пока они находились внутри границы, тревожный сигнал наружу не уйдет, граница его блокировала, поэтому какое-то время у меня еще имелось. Но стоило только вернуть труп в комнату, как оба браслета немедленно сообщат всему миру, что лэн Норминд Босхо, известный банкир и меценат, безнадежно мертв.

Для Хошш-Банка и клиента с очень высоким уровнем доверия вроде Босхо это, скорее всего, будет означать мгновенную блокировку счетов, такое же мгновенное уничтожение данных в его браслете и внутреннее расследование с целью выяснения, не попали ли со смертью Босхо важные сведения на сторону.

В браслетах Шакса или Дорро, к слову, подобной функции не было. Там стояла программа уничтожения лишь на попытку взлома. Здесь же, если верить Эмме, страховка оказалась даже не двойной, а тройной. Так что по-быстрому выудить сведения из теневого браслета Босхо нам не удастся, а тратить несколько рэйнов на полноценный взлом и обход системы безопасности я не мог.

Информация же с обычного идентификатора наверняка уйдет сразу в род. Или напрямую к тану, или к его доверенному лицу. И сразу после этого резко возбудится служба безопасности рода. А вот насколько быстро сведения о внезапной кончине родственника тана попадут в следственные органы, зависит от того, насколько тан Босхо и его люди готовы к подобным ситуациям.

Исходя из того, что Норминд Босхо умер сразу же, как только я попытался взять его под контроль, скорее всего, варианты действий на случай смерти ключевых фигур в Туран у тана уже давно разработаны. Даже, может быть, отработаны на практике. Не исключено, что для каждого члена рода, замешанного в незаконной деятельности, имеются соответствующие легенды и доказательства. Так что мне, если я хочу хорошенько досадить Босхо, следовало действовать с умом.

Именно поэтому я перво-наперво велел Эмме составить нарезку видеофайлов с участием Норминда Босхо, его подручного Ласса, а также подробные записи, сделанные около и внутри убежища Туран, которые, как обычно, она вела без напоминаний. При этом было важно, чтобы на записи мелькнуло и фальшивое, и настоящее лицо Норминда Босхо. Чтобы был зафиксирован момент снятия иллюзии, наличие у него теневого браслета и некоторые другие детали, которые совершенно однозначно идентифицировали родственника тана Босхо как человека, очень тесно связанного с криминалом.

Плюс я попросил подругу сделать текстовый файл с пояснениями и включить туда точные координаты места, где мы находились. Сделать хотя бы частичную схему убежища с обозначениями расположения камер, блокираторов магии и прочих неудобных устройств, расположение которых я успел увидеть и запомнить. А сам, пока она работала, снял найниитовую броню, вернулся в реальный мир. Пользуясь одной из последних наработок подруги, взломал стоящий на столе комп. После чего Эмма отправила с него анонимное сообщение на имя главы ТСБ провинции Лархэ, а затем продублировала его для глав служб общественного и магического правопорядка по городу Иахо, чтобы никто не смог сказать, что ему о чем-то не доложили.

Исходя из того, что силовики в Норлаэне работали достаточно быстро, следовало предположить, что максимум рэйна через два-три… то есть как раз к рассвету… они уже будут здесь и начнут не слишком вежливо стучаться в ворота. Поэтому на самом деле времени у меня осталось немного, и за эти пару рэйнов следовало многое успеть.

Второе, что я сделал, это создал небольшой пространственный карман и захватил им, словно сетью, источник антинайниитового поля, избавив себя тем самым от дальнейших неприятностей. Карман в данном случае сыграл роль естественного изолятора, погасив поле не хуже, чем это сделала бы граница. Плюс я создал его подвижным, поэтому мог без помех, ничем не рискуя, перемещаться вместе с ним, как с обычным мешком.

Третьим пунктом я снова надел броню и, вернувшись в подпространство, тщательно уничтожил все следы своего пребывания там. Уходя, прихватил и забросил в реальный мир труп Норминда Босхо, тем самым запустив сразу два экстренных протокола в связи со смертью важного лица, которые немедленно дали сигнал тревоги и в Хошш-Банк, и в род Босхо.

Теневой браслет, как и ожидалось, тут же перегорел, не дожидаясь, пока его начнут взламывать. Второй, к счастью, уцелел, но Эмма засекла с него сразу два сигнала, из чего я заключил, что мои предположения в отношении обоих устройств оказались верны.

Только после этого я направился к наполовину вплавленной в стену двери, в которую вот уже четверть рэйна настойчиво пытались пробиться люди Ласса.

Само собой, к тому времени, как я решил выйти, они уже всполошились, потому что наверняка слышали раздававшийся в помещении шум. Плюс туда должны были подойти те, кому координатор поручил притащить переноску для похищенного прибора. А следом за ними и те, кого вызвали по тревоге. Сколько их, правда, было неясно — драймарант, как я уже говорил, надежно скрывал их даже от меня.

Именно поэтому я не стал, как фокусник на сцене, с ноги распахивать дверь, а вместо этого аккуратно прошелся найниитом по периметру, создавая крошечные сквозные отверстия, затем выпустил наружу найниитовые нити. После чего Эмма, не поднимая дополнительного шума, уничтожила видеокамеры и так же аккуратно вырубила два с половиной десятка вооруженных молодцов, находившихся по ту сторону двери. Только после этого я вскрыл ее до конца, выбрался в коридор и, попросив подругу отслеживать обстановку, принялся за работу.

Чтобы у тхаэров возникло меньше вопросов, я решил не просто минимизировать свое участие в уничтожении убежище, но и предпочел представить дело так, словно чужаков тут и вовсе не было.

Для этого я подхватил левитацией одного из беспамятных бойцов, так же аккуратно перенес его в комнату, поставив именно туда и так, как мне было нужно. Не убирая найниитовых нитей, попросил Эмму избавить его от страданий. А как только у боевика остановилось сердце, по-быстрому резанул его парой воздушных лезвий, создавая безусловно смертельные ранения, которые мог нанести только маг.