Чтение онлайн

— Эшли!

Во рту появился привкус крови.

— Эшли? Проклятье, женщина. — Маакс погладил её по голове, а затем открыл рот. — Брут, принеси полотенце из кухни и лёд.

Мужчина быстро вернулся. Маакс приложил пластиковый пакет со льдом к её подбородку, а полотенце — ко рту.

Было чертовски больно.

— Оу-у-у-у.

— Дай, посмотрю. — Маакс на мгновение отодвинул полотенце и вздохнул. — Ты сломала зуб.

Великолепно. Как раз то, что ей нужно.

Маакс отнёс Эшли в постель и уложил. В этот краткий миг, держа её в своих объятиях, он понял, что не получится. Если он хочет сохранить ей жизнь, придётся предпринять что-то радикальное. Ему придётся пойти против инструкций Симил. А значит, пророчество не исполнится. Но если он ничего не сделает, она будет снова и снова умирать, и в этом случае пророчество всё равно будет недействительным. Да, он должен действовать, а значит сделать единственное, что мог: извлечь из этого максимум пользы.

Он улыбнулся Эшли и поцеловал её в макушку.

— Вернусь через минуту.

Он потащил по-идиотски ухмыляющегося Брута в коридор. Что с этим парнем? Он выглядел так, словно что-то употребил.

— Ей нужен дантист, — прошептал Маакс.

— В городе есть. Я пошлю за ним, — ответил Брут, слишком торопясь помочь.

— Ты не понимаешь, в чём сложность? — спросил Маакс.

Брут потёр подбородок.

— Я не фанат стоматологов, но даже для бессмертных чистые зубы и здоровые дёсны — часть жизни. Я уверен, что Эшли выживет.

— Нет, придурок. Им придётся использовать заморозку.

Брут выгнул бровь.

— Очередная катастрофа, ожидающая своего часа; я убеждён, что Смерть преследует Эшли.

— Смерть? Ты имеешь в виду Симил? — прошептал Брут.

— Нет, Смерть — не божество, а сила, которая поддерживает хрупкое равновесие в мире. Планета может выдерживать определённое количество жизней в один момент времени.

В глазах Брута сверкнула паника.

— Зачем Смерти нужна Эшли?

— Откуда, чёрт возьми, мне знать? Очевидно, что она в опасности, если мы не уберём шахматную фигуру с доски.

— В смысле? — спросил Брут.

— Эшли не может здесь оставаться. Я уведу её в будущее.

— Не ты ли говорил, что Симил дала конкретные инструкции оставить Эшли в её времени? Думаю, тебе следует оставить её здесь со мной. Я стану причёсывать ей волосы и красить ногти на ногах. Буду называть её Принцесса Пирожочек.

«Чего?»

— Брут, ты принимаешь какие-то лекарства? Может ты забыл выпить таблетку.

Это, конечно, бред — Брут бессмертен с даром брата Маакса Вотана, который выбрал его следующим в очереди на пост вождя Учбен. Солдат не только крепок, но и никогда не болел.

Брут перестал улыбаться.

— Э-э-э, не знаю, зачем я это сказал.

— И я не знаю, что с тобой происходит, но времени на шалость тревожно-милого альтер эго Брута, нет. Я должен вытащить Эшли, пока ещё что-нибудь не случилось.

— Симил же говорила, — возразил Брут, — что если заберёшь Эшли из её времени, то она не выполнит своё предназначение — остановить апокалипсис!

Да, но нужно найти другое решение. Ради всего святого, это не первое их апокалиптическое противостояние. Конечно, раньше они никогда так не приближались. Матушка-Земля отсчитывала землетрясения, будто это какая-то новогодняя вечеринка.

Маакс выпрямился. Неважно, он уже принял решение.

— Брут, я хочу, чтобы ты позаботился о том, чтобы Учбены присмотрели за домом, кафе и любым другим имуществом. К ней нужно относиться так же, как к одному из богов. Понимаешь? Мне нужна лучшая команда по управлению активами и инвестициям.

— Я могу защитить её. Оставь Эшли здесь со мной. — В глазах Брута мелькнуло разочарование.

Что нашло на этого мужчину? Как будто Брут стал одержим сумасшедшим, глупым мудаком.

— Брут, если у тебя чудесным образом развились чувства к ней, я могу только принести извинения. Я — её пара. Она никогда не захочет другого.

Маакс вернулся в спальню Эшли, Брут следовал за ним по пятам.

— Эшли, мы уходим. — Он сел рядом с ней на кровать, охваченный воспоминаниями о том, как видел её мёртвой. Да, он постарается всё сделать, как надо.

Всё ещё держа полотенце у лица, она спросила:

— Куфа идём??

— Ты в курсе, что Смерть преследует тебя, пытаясь восстановить равновесие, — произнёс он, но на самом деле не знал, чего хочет Смерть. Он никогда не видел, чтобы она так вцепилась в человека. Всё это было очень, очень странно.

— И фто? — уточнила она.

— И я уведу тебя в будущее. Могу только надеяться, что удаление тебя из этого времени побудит Смерть искать равновесия в другом месте.

— Фтой… хофешь фказать, что он убьёф кого-то ефё?

Да, Смерть, скорее всего, найдёт другого человека на её место. Но тут уж ничего не поделаешь.

— Кто-то другой, в конце концов, всё равно умрёт. Ты же, создана для того, чтобы жить. Всегда.

Всегда.

Да. Именно! Почему он не подумал об этом раньше?

«Потому что теперь твоя связь с Вселенной разорвана. Ты можешь поставить Эшли на первое место».

И он поставит. Впервые за всё время своего существования Маакс оправдывал свою репутацию плохиша не потому, что Вселенная заставляла, а потому, что эгоистично хотел чего-то: дать Эшли бессмертие.

В это время, в 1993 году, это было невозможно, потому что сеноты — порталы в царство богов — были заблокированы магией Мааскаб. (Долгая, долгая, долгая история). Но это маленькое недоразумение будет устранено, и сеноты через двадцать лет работают отлично, а значит, Маакс сможет забрать Эшли в свой мир. Мог дать ей бессмертный свет богов.

Ни дантиста, ни спонтанных укусов пчёл, ни утопления. Конечно, это означало, что ему придётся нарушить ещё два священных закона, но эй… живём лишь раз, чёрт подери, лишь раз.

Эшли напряглась

— В чём дело? — спросил он.

— Я не хочу, чтобы кто-то умирал за меня, — пробормотала она.

Ох, infernum. Почему она не понимает?

— Эшли, обещаю, твой уход не призовёт Смерть убивать кого-то ещё; она просто перейдёт к следующей цели, к человеку, чьё время всё равно пришло. Ты никого не спасёшь, если останешься здесь. Пожалуйста. Давай попробуем по-моему. — Она задумчиво посмотрела в окно. — Я хочу, чтобы ты жила, — добавил он. — Хочу дать тебе шанс познать счастье. — Даже если это всего на несколько коротких месяцев. — Долбаный апокалипсис. — Пожалуйста, поверь, это единственный выход. Если останешься здесь, не проживёшь и дня. Я чувствую это своими бессмертными костями. — Она вздохнула и кивнула. — Я рад, — сказал он, — что ты видишь логику. Нам пора идти.