Чтение онлайн

"Совершенно напрасно ты это делаешь. Нас здесь уже и так приняли за своих".

В слух же он сказал совсем иное:

— Конечно, Ральф оставайся с нами! Будет здорово! — и тон такой нарочито радостный. Я, в какой уже раз отметил, что в Алане пропадает актерский талант.

— Раз вы так настаиваете…

По лестнице мы поднялись на третий этаж. Ральф несколько раз приветливо кивнул встречным людям и получил в ответ встречную любезность.

Ральф щелкнул выключателем, и комната озарилась бледным светом.

Комнатка оказалась крохотной, по-спартански обставленной. Три узких кровати, стояли вплотную друг к другу. Из всей мебели, кроме коек, в комнате был приставлен небольшой столик с двумя стульями возле окна, да стенной шкаф возле самого входа. Отдельная дверь вела в крохотную ванную комнату, совмещенную с туалетом.

Окошко в комнате было одно, совсем крохотное, и заваленное снегом. Под окном размещалась батарея, дающая жизненно необходимое тепло.

Я занял центральную кровать. Возле двери постоянный сквозняк, а возле окна, там, где протянулись уродливо изогнутые трубы батарей, наверняка было слишком жарко. То место, что выбрал я, было оптимально, как не посмотри.

Вещи мы, на скорую руку, покидали в шкаф и, не сговариваясь, пошли вниз ужинать.

Утро было таким, какое бывает только на картинах, да в рождественских фильмах — сказочно красивое, величественное. Пушистый, белый снег, закрыл собой скаты крыш, облепил дома и запорошил улицы. Мороз нарисовал на окнах домов причудливые узоры. Тучи уже не были такими низкими и беспросветными, сквозь них, то и дело, проглядывало холодное солнце, заставляя тысячи снежинок сверкать разными цветами радуги. Еще вчера неприветливый город, вдруг расцвел и стал казаться уютным.

Под самым окном, неуклюже семеня ногами, пробежал упитанный мужчина, в толстом тулупе с роскошным меховым воротником. Лицо его, толи от морозца, толи от бега в теплой одежде, раскраснелось. Какое-то неловкое движение и, истошно взмахнув в воздухе руками, мужчина, поскользнувшись, со всего размаха летит в ближайший сугроб, в котором полностью исчезает!

Я, невольно, тихонько рассмеялся, из-за открывшейся мне картины. Теперь в сугробе образовался контур человеческой фигуры, совсем мультфильме, если его герой пробегал сквозь дверь или стену.

В сугробе появилось какое-то шевеление, и, наконец, весь облепленный снегом, вылез и сам мужчина. Матерился он так громко, что ругань его была слышна даже на третьем этаже. В большинстве своем мат был не ясен, видимо сказывалась специфика мира, потому переводчик просто пасовал, но иные выражения были полнее знакомы и понятны. Даже чувство ностальгии появилось — в школе все примерно на таком языке изъяснялись.

Мужчина, толи, уже высказав все наболевшее и исчерпав свой словарный запас, толи, вспомнив о делах, по которым так спешил, прекратил ругаться. Кое-как отряхнув руками тулуп, он, все той же забавной походкой, поспешил дальше.

Полюбовавшись еще десяток минут видом из окна, я пошел будить, тихонько похрапывавшего Алана.

— Я не сплю, — предупредил меня Алан, даже не потрудившись открыть глаза, когда я подошел к его кровати.

— Почему же тогда не встаешь?

— У нас есть время.

— Откуда оно вдруг взялось? — удивился я. — Ты же сам говорил, что нам необходимо поторапливаться.

Алан тяжело вздохнул и, наконец, соизволил открыть глаза. Смерил меня тяжелым взглядом.

— Поиски отменяются. Я знаю, где живет нужный нам с тобой человек.

— Но откуда? — удивился я.

— Ральф сказал, точнее написал. Он, прежде чем уйти, оставил нам с тобой записку, где указал точное месторасположение лаборатории. Поиски займут максимум час, поэтому мы можем позволить себе поваляться в кровати и отдохнуть. У меня после вчерашнего пути все кости ломит.

По-моему за все время нашего знакомства, мой друг впервые пожаловался. Сам же я чувствовал себя очень даже хорошо — был свежий и отдохнувший. Энергия во мне так и бурлила, требуя немедленного выхода. Сидеть же в номере мне показалось совсем не интересно.

Вздохнув, я подошел к кровати, стоявшей возле двери. Она оказалась идеально ровно заправленной, а на одеяле лежал лист плотной бумаги. Я быстро пробежал его глазами, тем более что написано было всего несколько строк. Ральф коротко извинился, что ему пришлось уйти так рано, не попрощавшись с нами. Ему было искренне жаль, что все получилось именно так, но у него вдруг возникли дела, требующие скорейшего разрешения. В последнюю очередь, он действительно упомянул, где именно мы сможем найти нужного нам человека.

Я положил лист бумаги на место.

— Хорошо, пусть так. Но ты все еще не сказал, почему мы раньше так торопились.

— Ты и сам знаешь причину, — лениво откликнулся Алан. — Чем дольше мы находимся здесь, тем выше шансы, что наше инопланетное происхождение будет раскрыто.

— Это мы обсуждали уже. Ты говорил, что есть еще какая-то причина.

— Тем, ты не психуй. Сначала меня внимательно выслушай. Дело в том, что время в мирах течет не одинаково. В этом мире может пройти всего день, а в другом мире год или вообще десятилетие.

— То есть, в мире Даны, прошел целый год? — угрожающе спросил я.

— Нет, я просто объяснил тебе общий принцип, — начал терпеливо рассказывать Алан. — Специально, никто не измерял разницу между этими мирами, но она, приблизительно, составляет одну неделю. То есть, за прошедшие у нас сутки, в том мире прошла неделя.

— Спасибо, я уже и сам понял. Ты говорил, что вампиры совсем скоро перестанут таиться, и будут нападать в открытую.

— Да, это наиболее вероятный сценарий развития событий. Чем больше станет их популяция, тем увереннее они начнут себя чувствовать. Но это произойдет не раньше чем через месяц, по самым скромным подсчетам.