Чтение онлайн

Женщина, которую он знал как Джинджер ЛаФранс, быстро спустилась вниз, под сломанную лестницу, и достала пистолет .38 калибра из кобуры мертвого мужчины. На ее лице с глазами цвета шампанского напрочь отсутствовали эмоции. Она выбросила свой револьвер, ставший простым балластом из-за того, что в нем закончились патроны. Затем она поднялась обратно, выпрямилась и с фонарем осмотрела остатки шаткой лестницы. В ее середине зияла огромная дыра, куда провалился ныне покойный Партлоу. Она пришла к выводу, что должен быть другой путь наверх, и, отступив от лестницы, двинулась влево, пробираясь через нагромождения прогнивших балок и листов жестяной крыши, которую сорвало штормом и накренило набок.

Ей пришлось взбираться на второй этаж по обломкам досок. Наверху ее фонарь осветил очищенную от мусора площадку — должно быть, бывшую парковку — пол которой был одного уровня с настилом пристани. Огромная часть крыши сползла почти до пола и наполовину нависала над той стеной, где должна была быть другая дверь. И она там была, только немного заваленная мусором. К тому же, прямо под линией съехавшей крыши виднелось два прямоугольных окна по обеим стороны от дверного проема — оба без стекла, но слишком узкие, чтобы даже детские тела могли сквозь них протиснуться. Свет выхватил на стене плакат «Наслаждайся кока-колой», который пережил удар шторма вместе с комнатным термометром, который представлял собой нарисованное изображение прыгающей рыбки, испещренное несколькими дюжинами пулевых отверстий — видимо когда-то, это было популярное место для стрельбы по мишеням.

Джинджер немного отодвинула листы жестяной крыши — осторожно, чтобы они не ударили ее по голове — и открыла отверстие, где была дверь. Она осветила лучом фонаря внутреннее пространство следующей комнаты и увидела, что та в основном осталась целой. Однако стоило быть осторожной: хотя пол и стены все еще держались, они почернели от плесени и сочились дождевой влагой, которая попадала сюда через потолок, оставшийся без крыши. Ее фонарь не нашел детей, но она была уверена, что они все еще в здании. Ей казалось, что она чувствует запах их страха, как остроту прогорклого вина.

Ее глаза сверкнули в свете фонаря. Войдя в комнату, она почувствовала, как под ее весом прогибаются обветшалые и сгнившие от сырости доски пола. Она держала пистолет у бедра, но была готова использовать его в любой момент.

— Ну что ж, детишки, — сказала она с натянутой полуулыбкой. — Идите к мамочке.

— Нилла, — прошептал малыш Джек, — по моей шее что-то ползет!

Она шикнула на него. Что бы это ни было, это не могло быть хуже того, что сейчас вошло в соседнюю комнату и приказало им «идти к мамочке».

Они прятались в ванной, по размеру сопоставимой с чуланом в их собственном доме. Они нашли дверь в нее, осторожно исследуя руками стены той, первой комнаты, в которую они попали со смотрового крыльца и где обнаружили, что часть пола там провалилась, оставив вместо себя лишь ободок торчащих обломанных досок. В потолке ванной комнаты зияла большая дыра, открывающая вид на ночное небо, а пол был затоплен стоячей водой.

Дверь оказалась перекошена, но Нилла смогла закрыть ее, навалившись на нее плечом, после чего, поработав кончиками непослушных пальцев, сумела задвинуть и щеколду. Затем она сказала маленькому Джеку сесть под раковину, а сама заняла позицию, сев спиной к унитазу и упершись обеими ногами в дверь, согнув колени.

Они услышали выстрел. Это могло означать что угодно, делать какие-то выводы из этого дети не могли, но они знали точно, что женщина находится в доме вместе с ними, и одно это уже не сулило им ничего хорошего.

Нилла подумала, что женщина, должно быть, способна услышать, с какой силой бьется ее сердце — так сильно оно отдавалось пульсацией в ее ушах.

— Я иду, — в ее сознание вдруг ворвались слова Кертиса. — Мизз Рипп говорит, мы будем на месте примерно через пять минут.

— Кто?

— Мизз Рипп, она собиралась отправиться ловить черепах. Я сейчас в ее лодке. Мы примерно в пяти минутах от вас, — повторил он, словно она с первого раза не поняла его основную мысль.

— Та женщина — она здесь, — испуганно сказала Нилла. — Мы прячемся в ванной. Я не знаю, где мистер Парр. Но у них пистолеты, Кертис!

— Хорошо. Оставайтесь на месте. Не двигайтесь.

— Ты меня слышал? У них пистолеты!

— Я слышал, — коротко ответил он.

Она отвлеклась от разговора с Кертисом, когда под дверью промелькнул луч фонаря. А затем свет исчез. И снова, блеснув, появился. Похитительница искала их.

Нилла слышала, как ее брат старается задержать дыхание, как будто это могло им чем-нибудь помочь.

Свет снова мелькнул.

— Где же могут прятаться две маленькие мышки? — услышали они голос женщины. — Я думаю, они могут быть… здесь!

Дверь ванной издала тихий треск. Нилла почувствовала, как легкая дрожь прошла по ногам, и решила, что женщина положила руку на ручку двери. Свет вернулся, направленный в кривую расщелину у самого пола.

— На табличке этой двери сказано «Комната Отдыха», — проворковала женщина. — Вы там отдыхаете? — в мерцании света Нилла заметила, как ручка двери медленно поворачивается из стороны в сторону. Дверь снова скрипнула, на этот раз чуть громче. Нилла почувствовала ногами, что женщина давит на нее. — О, нет, — нарочито страдальчески протянула похитительница. — Вы там заперлись? Это, конечно, нехорошо, чертовски нехорошо… но боюсь, это вас не спасет. Детки, вы очень сильно разозлили меня, заставив так долго гоняться за вами. А когда Джинджер злится, — произнесла она все еще непринужденным голосом, — Джинджер перестает вести себя, как леди. Слышишь меня, Нилла, дорогая?

Рядом с Ниллой малыш Джек вздрогнул, он переместился, попытавшись почесать затылок о край раковины. Голова ударилась о трубу, и из-под раковины донесся глухой звук.

— Должно быть, тут поселились призраки, — усмехнулась Джинджер.

Нилла и Джек услышали, как ногти похитительницы медленно проскребли по дереву. От этого она запросто могла сильно занозить пальцы, но вряд ли ее это заботило — похоже, единственное, что ее сейчас волновало, это как вытащить детей из ванной.

Затем последовала тишина, в которой собственное сердцебиение казалось Нилле оглушительно громким.